— Твоя хозяйка вернулась, Сэмми, — уверенно говорит Наталия. — Почему ты ее не встречаешь?

— Неужели ты на меня обиделся? Обиделся, что я пропала на такое долгое время? — Хелен опускается уже на колени, с еще большей жалостью посмотрев на Сэмми. — Ну прости меня, мой маленький… Прости, пожалуйста. Я ведь совсем этого не хотела. Не было ни дня, чтобы я не вспоминала о тебе. Я мечтала поскорее тебя увидеть и прижать к себе.

— Не переживай, приятель, все закончилось! — восклицает Ракель. — Твоя хозяйка вернулась и больше не оставит тебя. Ты больше не одинок.

— Не рви мне душу, Сэмми, я тебя очень прошу. Ты же знаешь, как сильно я тебя люблю. Ты занимаешь в моем сердечке особое место. Всегда будешь занимать. И я бы ни за что не оставила тебя по своей воле. Никогда. Клянусь.

— Давай же, Сэмми, подойди к Хелен, — побуждает Эдвард, хлопает Сэмми по заду и подталкивает его. — Давай-давай, иди. Иди, говорю.

— Ко мне, Сэмми, — делает подзывающий жест Хелен. — Ко мне, мой маленький. Иди ко мне. Давай-давай. Иди сюда.

Спустя несколько секунд Сэмми все-таки не очень охотно подходит к Хелен и с равнодушием обнюхивает ее руки, которая она ему протягивает. Тут-то он определенно начинает что-то подозревать, обнюхивает их еще пару раз и добирается до других мест до того, как начинает энергично вилять хвостом и с внезапно появившимся блеском в глазах издавать громкие завывания. Только лишь сейчас песик наконец-то признает свою хозяйку и начинает радостно бегать и прыгать вокруг нее, заливаясь громким лаем без остановки. Из-за чего девушке с трудом удается как следует погладить своего ретривера и прижать его к себе.

— Сэмми, мальчик мой! — радостно произносит Хелен и заливается смехом, когда Сэмми тычется носом ей в лицо и пытается его облизать. — Маленький мой… Господи, ты боже… Сэмми… Хороший мой… Исхудал совсем… Худенький стал… Господи ты боже мой… Совсем ничего не ел, наверное…

Лишь спустя несколько секунд Хелен удается крепко обнять и прижать к себе возбужденного от радости Сэмми, все равно продолжающий вертеться как уж на сковородке, не зная, как выразить весь спектр эмоций, который он испытывает, чувствуя запах своей любимой хозяйки.

— Я так по тебе скучала… — Хелен несколько раз целует Сэмми в мордочку, а он в ответ с радостными поскуливанием лижет кончик ее носа. — Так переживала… Спрашивала себя, что с тобой стал после ранения. Сердце разрывалось от того, что ты мог остаться там один. Я так испугалась…

В какой-то момент Сэмми вырывается из объятий Хелен и продолжает туда-сюда бегать вокруг нее или тыкаться ей в лицо носом, заставляя ее хихикать и широко улыбаться.

— Прости меня, мой хороший… Прости, что чуть не оставила тебя. Мне очень жаль. Я готова сделать все, о чем ты только попросишь. Что угодно. Только дай знать.

В порыве радости Сэмми с радостным лаем одним движением валит Хелен на пол, забирается на нее и продолжает то тыкаться мордой куда попало, то облизывать места, на которых останавливается его взгляд. И даже если девушке не всегда бывает от этого комфортно, сейчас же она разрешает своему песику делать что угодно и выражать свою радость как только он пожелает.

— О боже мой… — скромно хихикает Наталия, прикрыв рот рукой. — Что Сэмми вытворяет!

— Наверное, он так никогда не радовался даже наисвежайшей сочной мясной косточке, — предполагает Ракель.

— Ну что, приятель, готовься к тому, что сегодня этот песель с голодухи сожрет весь месячный запас корма, — похлопав Даниэля по плечу, отвечает Эдвард.

— Да, вон как у него глаза резко загорелись, когда он обнюхал Маршалл и все-таки узнал ее, — добавляет Терренс.

— Ах, как же хорошо, когда все хорошо, — с широкой улыбкой расставляет руки в бока Даниэль. — Когда жизнь не касается дерьмом.

Все скромно хихикают в тот момент, когда носящийся из стороны в сторону Сэмми запутывается в собственных лапах и заваливается на пол. Впрочем, он быстро поднимается, что-то с себя стряхивает, заливается радостным лаем и подпрыгивает, пока Хелен принимает сидячее положение и наглаживает и начесывает ему шерстку.

— Сэмми, маленький мой… — мягко произносит Хелен, берет морду Сэмми в руки, прислоняется своим лбом к его голове и мило ее чмокает. — Мальчик… Я так тебя люблю. Ты моя радость. Я никогда тебя не предам. Никогда не откажусь от тебя и не выкину на улицу как вещь. Никогда. Мы всегда будем вместе. Обещаю.

Сэмми с жалобным поскуливанием начинает бодаться головой об грудь Хелен, пока она продолжает наглаживать его шерстку и снова крепко обнимает своего песика, что все еще никак не может хоть немного сдержать себя.

— Тише-тише, лапочка, тише, твоя хозяйка рядом. Вот она. Она рядом. Рядом, мой хороший…

Хелен еще несколько секунд наглаживает Сэмми где только можно до того, как решает все-таки встать на ноги. В чем ей сразу же помогает Даниэль, аккуратно придерживая девушку обеими руками и позволяя ей опереться на него.

— Сэмми… — радостно произносит Хелен, взяв морду Сэмми в руки и энергично погладив ему щеки. — Сэмми…

— Наконец-то в его глазах появилась радость! — отмечает Наталия.

— Теперь он не отойдет от Хелен ни на шаг, — предполагает Ракель. — Будет ходить за ней по пятам.

— Пусть ходит, — мягко отвечает Хелен, гладя Сэмми по голове, пока тот неотрывно смотрит на нее преданными глазами. — Пусть мой мальчик ходит. Пусть.

— А я уж подумал, что он реально на тебя обиделся, — признается Терренс. — Решил, что ты его бросила.

— Я бы не удивилась. Ведь меня так долго не было.

— Да ладно, подулся бы немного и простил! — восклицает Эдвард. — А вообще, собаки узнают хозяина по запаху. Вон Сэмми тебя обнюхал и сразу завилял хвостом.

— Ну что, мой маленький, что? — умиляется Хелен, видя, как Сэмми бодается головой об ее ноги и прижимается к ним как можно ближе. — Что ты хочешь мне сказать?

Сэмми несколько раз негромко подает голос, заставляя всех скромно улыбнуться. Но в какой-то момент Даниэль отводит взгляд в сторону, а его улыбка мигом сползает с его лица, когда он замечает, что Анна стоит в сторонке и сначала держит руку на груди, а затем с учащенным дыханием едва успевает облокотиться на стол из-за того, что у нее подкашиваются ноги. Недолго думая, мужчина тут же подходит к своей возлюбленной и приобнимает ее за плечи, обеспокоенно спросив:

— Все в порядке, любимая? — Даниэль тыльной стороной руки гладит Анну по щеке. — Ты какая-то бледная…

— Мне что-то нехорошо… — бросив короткий взгляд на Даниэля, которого она видит несколько размыто, вяло произносит Анна. — Голова кружится… И слабость жуткая…

— Спокойно-спокойно, дыши глубже. — Даниэль покрепче приобнимает Анну за талию, пока она утыкается носом в его плечо. — Все хорошо, малышка, я рядом.

— Анна, ты чего? — проявляет беспокойство Хелен, подойдя поближе к Анне. — Эй, дорогая…

— Боже мой, подружка… — затаивает дыхание Ракель.

— Анна, дорогая… — широко распахивает глаза Наталия.

— Эй-эй, ты только не вздумай здесь вырубиться, — решительно просит Терренс.

— Да-да, нам волнений и так уже хватило с твоими подружками, — тараторит Эдвард.

Последовавший за своей хозяйкой Сэмми начинает жалобно скулить, таким образом проявляя беспокойство за Анну, которая испытывает легкую тошноту, учащенное сердцебиение и нехватку воздуха в легких.

— Давай присядем, — предлагает Даниэль и медленным шагом ведет Анну в сторону. — Вот так, не спеши.

— Похоже, я переволновалась… — тихим, вялым голосом предполагает Анна и нервно сглатывает. — Слишком…

— Держись, подружка, не падай, — спокойно просит Хелен, взяв Анну под локоть. — Не падай…

— Все хорошо, ребята, не волнуйтесь. Все хорошо…

Но не успевает Даниэль довести ее до дивана и усадить, а Хелен взять под руку, чтобы помочь, как окружающие звуки перестают доходить до ушей Анны, а она сама проваливается в бесконечную темноту, безвольно закрывая глаза.

— Анна… — взволнованно произносит Даниэль и вовремя успевает подхватить Анну в тот момент, когда ее тело резко обмякает и почти падает на пол. — Анна!