— Что, блондин, потихоньку выдыхаешься? — усмехается Терренс, резко заводит руку Питера за спину и больно ее выворачивает. — Удары и раньше были слабенькие, а теперь даже девчонка будет бить сильнее тебя.

— Ха, как будто кто-то из вас меня удивляет! — огрызается Питер, локтем бьет Терренса в солнечное сплетение, резко разворачивается и врезает ему кулаком по челюсти.

— Нам еще есть чем тебя удивить, Теодор, — заявляет Даниэль и вместе с Эдвардом присоединяется к борьбе Питера и Терренса. — Мы еще не раскрыли все карты.

— Хорошо чесать язык, когда на самом деле ничего такого нет. — Питер отталкивает от себя Даниэля ударом в прыжке ногой в пах. — Когда мозгов хватает только на то, чтобы бить морды.

— Ха, как будто в твоей башке что-то еще осталось, — бросает Терренс. — Наверное, твой папаша как-то решил уронить тебя башкой вниз с надеждой, что ты откинешься. А ты выжил, но остался дебилом.

— Кто бы говорил, истеричка!

— Ха, я бы поспорил, кто из нас истеричка! — восклицает Эдвард, ногой бьет Питера в висок и борется с ним в рукопашную. — Тратишь время на борьбу, которая не имеет никакого смысла.

— О нет, еще как имеет! — хитро улыбается Питер. — Чем больше вы машете руками и ногами, тем быстрее выдохнетесь. Тем легче мне будет вас прикончить.

— Ну знаешь, нам тоже будет легче вырубить тебя и отвезти куда-нибудь еще дальше за город, — заявляет Даниэль. — Чтобы там заставить тебя платить по счетам.

— Какие у вас несбыточные влажные мечты! — Питер ногой отталкивает от себя Терренса, бьет Даниэля кулаком в висок и валит Эдварда на землю после того, как хватает его за волосы. — Быстрее мертвый вернется в мир живых, чем вы сможете меня прикончить.

— Пусть тебя прикончит какой-нибудь бандит, — уверенно говорит Терренс. — А у нас большие планы на будущее, которые не могу пойти коту под хвост из-за провокаций одного мудака, который совсем выжил из ума.

— На том свете у вас будет много времени, чтобы осуществить не только их, но и те, о которых вы еще даже не думали.

Питер сначала сталкивает лбами Даниэля и Эдварда, а затем хватает последнего за шиворот и со всей силы толкает его к дереву, об ствол которого тот ударяется головой. И пока тот камнем заваливается на землю и потирает место, на котором появляется царапина от сухой ветки, Роуз делает то же самое и с Перкинсом. Он намеревается провернуть этот трюк и с Терренсом, но тот оказывается к этому готов и гораздо быстрее перехватывает инициативу, с еще большей жестокостью начав наносить блондину резкие и четкие удары. Питер изо всех сил пытается скрыть то, что у него ноет все тело, а каждый новый удар только усиливает неприятные ощущения. Впрочем, парень успел уже так сильно разойтись под влиянием адреналина, что теперь просто не может остановиться. Не может просто так все закончить. Да и не очень он этого и хочет. И прошлые обиды не дают ему покоя, и голос Теодора в голове только больше провоцирует его на совершение действий, о которых потом может сильно пожалеть.

«Давай, Питер, давай! — подбадривает Теодор. — Не останавливайся! Ты должен убить этих тварей. Должен! А иначе они не дадут тебе нормально жить. Убей их! Убей!»

— Еще раз тронешь ребят – я тебя, сука, на части разорву! — яростно угрожает Терренс и крепко вцепляется Питеру в горло. — НЕ СМЕЙ ИХ ДАЖЕ ПАЛЬЦЕМ ТРОГАТЬ!

— И кто меня остановит? — ехидно смеется Питер. — Ты что ли, полоумный?

— Я что, выгляжу как какой-то КЛОУН? СРАНЫЙ ШУТ? БОЛТУН, КОТОРОМУ ЛИШЬ БЫ ЧТО-ТО СКАЗАТЬ?

— Ты выглядишь как пациент психбольницы.

— От сбежавшего пациента психбольницы слышу.

Терренс кулаком врезает Питеру по виску и едва успевает увернуться от ответного удара ногой в живот. Ему удается зажать шею блондина в локте и немного потаскать его за собой до того, как он грубо сваливает его с ног. После чего заваливается на него всем весом, залупляет несколько крепких пощечин и пару раз бьет затылком об землю, крепко сдавив горло обеими руками.

— Забавно, что человек, до смерти боящийся остаться совсем один, столкнулся со своим страхом лицу к лицу, — презрительно усмехается Терренс. — Вообще-то ты должен был всеми силами этого избегать, но нет. Ты делал все для того, чтобы от тебя отвернулись. Всех отвергал, ото всех прятался, всем грубил, всех боялся…

— Лучше уж быть одному… — с затрудненным дыханием бросает Питер. — Чем постоянно… Терпеть боль… И унижения…

— Ничего, белобрысый, ничего… Это еще не конец… Не все карты раскрыты… У нас с парнями еще припрятан козырь. Который мы обязательно используем.

— Ты блефуешь! Ничего у вас нет!

— Ошибаешься. У нас есть то, что тебе очень понравится. То, что заставит тебя, сука, наконец-то очнуться и призадуматься над тем, что ты СДЕЛАЛ ЗА ВСЮ СВОЮ ГРЕБАНУЮ И НИКЧЕМНУЮ ЖИЗНЬ!

После того как Терренс снова бьет его затылком об землю он не успевает понять, как Питер скидывает противника с себя, заваливается на него всем весом и сам начинает крепко сдавливать ему горло, скаля зубы с громким учащенным дыханием. Несмотря на острую нехватку воздуха, МакКлайф-старший не теряется и выбирается из ловушки, когда загребает в руку немного земли и швыряет ее в лицо блондина. И пока тот энергично потирает заболевшие глаза, он отбрасывает его мощным толчком колена в пах, быстро поднимается на ноги, хватает противника за шиворот и насильно тащит к краю обрыва, как бы усердно тот ни сопротивлялся.

— Говоришь, высоты боишься… — ехидно усмехается Терренс, силой поднимает Питера на ноги и подводит еще ближе к краю, крепко схватив его за волосы. — Окей… Тогда тебе очень понравится перспектива отправиться в свободный полет и отбить себе все что только можно.

— Ага, сейчас! — восклицает Питер. — Больше я на этот трюк не куплюсь! Все равно вы меня не скинете.

— Если будешь выкобениваться еще часик-два, то нам с парнями точно не останется выбора, кроме как избавиться от тебя раз и навсегда.

— Ха, вот ты и подтвердил ваши намерения! Вы все-таки пытайтесь меня убить!

— Иногда даже самые нереальные желания и страхи могут материализоваться. Могут стать твоим самым страшным врагом, от которого тебе никуда не деться, куда бы ты ни пошел.

— Расслабься, дылда, по твоему ничего не будет. Ни ты, ни эти два урода не смогут ничего со мной сделать.

— Еще раз посмеешь оскорбить ребят – и я за себя не ручаюсь! — грубым низким голосом угрожает Терренс. — А посмеешь их убить – Я ТЕБЯ, БЛЯТЬ, НА КОЛ ПОСАЖУ!

— Хватит пустых угроз, МакКлайф. Не будь гребаным трусом, веди себя как настоящий мужик! Либо скинь меня с обрыва, либо убей!

— Что, все-таки не терпится сдохнуть? Хочешь познакомиться со своей покойной мамочкой и передать ей привет от своего папаши? Который тоже скоро к вам присоединится!

— В отличие от вас, уроды, я свои обещания сдерживаю. Если я сказал, что убью вас, ЗНАЧИТ Я ВАС, СУКА, УБЬЮ!

Питер локтем бьет Терренса в солнечное сплетение, хватает его за шиворот и пытается силой подвести к краю обрыва и скинуть с него. Но тот, стискивая зубы и превозмогая боль, изо всех этому сопротивляется и в какой-то момент начинает бороться со своим противником в рукопашную. И надо отметить, эта борьба дается ему довольно-таки просто из-за того, что блондин начинает все больше уставать и ослабевать, как бы усердно он это ни скрывал. Да, конечно, МакКлайф-старший и сам не чувствует себя бодрым после всего произошедшего. Но все же он запрещает себе даже думать об этом и клянется стоять до последнего не только ради себя, но и ради Эдварда с Даниэлем, которые только сейчас немного оклемались и поднимаются на ноги, взявшись за руки и не забыв справиться о самочувствии друг друга.

— Не устал еще крыльями махать, пингвин? — ехидно смеется Питер.

— А ты, истеричка? — огрызается Терренс. — Тебя отмутузили сразу трое, а ты типа все еще бодренький!

— Ха, это вы называйте отмутузили? — Питер ногой бьет Терренса по лодыжке. — Да меня скорее ребенок изобьет сильнее, чем вы трое вместе взятые!