Эдвард еще какое-то время с ужасом думает о том, что ждет его в будущем, и настраивает себя на завтрашний разговор с Терренсом и Ракель. А затем, он решает потихоньку готовиться ко сну, немного нервничая из-за того, к чему приведет его затея и не станет ли это причиной, по которой его отношения с близкими людьми могут ухудшиться.

***

А вот Наталия пока что не собирается готовиться ко сну, даже если сейчас времени около одиннадцати часов вечера. Девушка сидит в своей комнате в полной тишине, которую иногда нарушают звуки проезжающих машин, громкие разговоры людей или лай собак. Она с грустью во взгляде рассматривает какие-то фотографии, которые она нашла в письменном столе. Все они были сделаны в разные промежутки времени. Какие-то снимки очень многое значат для девушки, и она очень бережно хранит их, с легкой улыбкой на лице вспоминая те моменты, что произошли в то время, когда эти кадры были сделаны.

Например, сейчас Наталия смотрит на фотографии, на которых запечатлены вполне счастливые и искренне улыбающиеся Ракель, Терренс, Наталия и Эдвард. Парни выглядят серьезными, уверенными и счастливыми на снимках с девушками. Но на тех, что запечатлены только они, эти двое позволяют себе подурачиться друг с другом. А подруги одинаковы очаровательны и прекрасны на снимках с мужчинами и друг с другом. Все эти снимки яркие, позитивные и живые. Никто не пытается выбрать выгодную позу и выдавить из себя улыбку, чтобы хорошо выглядеть в кадре. Все ведут себя абсолютно естественно и делают то, что им вздумается.

Глядя на это фотографии, Наталия начинает плакать от осознания того, что больше никогда не сможет переживать эти прекрасные времена. По крайней мере она и Эдвард уже никогда не смогут пережить что-то хорошее, ибо между ними все кончено. Даже если в глубине души они продолжают любить друг друга, как бы сильно они ни пытались подавить в себе свои чувства.

« Я действительно была по-настоящему счастлива, когда проводила время с этими людьми… — с грустью в глаза думает Наталия. — Намного счастливее, чем сейчас… На этих снимках я радуюсь жизни и веселюсь от души… И насколько я помню, с нами на этой прогулке были еще Питер и Даниэль с Анной. Одна из наших первых совместных прогулок… Когда мы с Ракель смогли подружиться с Роузом и Перкинсом. »

Наталия тяжело вздыхает, взяв другой снимок, на котором как раз можно увидеть по-настоящему счастливых Даниэля, Анну, Питера, Терренса, Ракель, Эдварда и ее саму.

«Боже, как жаль, что Питер решил покончить с собой, — думает Наталия. — Мне будет очень грустно, если такой хороший парень погибнет.»

Наталия отрывает взгляд от фото и издает тихий вздох.

«Впрочем, я его понимаю… — думает Наталия. — Ведь у меня остается все меньше и меньше сил сдерживать свои эмоции и чувства в себе. Я не могу больше молчать о том, что является настоящей правдой. Если бы Эдвард знал всю правду, он бы не ненавидел меня так сильно и не считал лгуньей и потаскухой. Мне безумно больно, что он считает так, но я не могу ему ничего сказать. Да и смысла в этом я уже не вижу… »

Наталия снова переводит взгляд на фотографии в ее руках и начинает чувствовать, как из ее глаз по щекам медленно текут слезы.

«Мы с Эдвардом не можем быть вместе, — с грустью во взгляде думает Наталия. — Несмотря на то, что я все еще безумно люблю этого человека, наши отношения никогда не станут прежними. Прежде всего из-за моей лжи… Я ведь и правда лгала ему… Все не так, как он думает. Есть другая, настоящая причина всех моих страданий…»

Наталия тяжело вздыхает и окидывает взглядом всю комнату.

«Я бы многое отдала, лишь бы вернуть его, — думает Наталия. — Но думаю, Эдвард уже потерял доверие ко мне. И даже если я расскажу правду, то у него все еще останутся сомнения в моей верности и искренности. А при каждой нашей ссоре он будет упрекать меня в этом.»

Еще раз тяжело вздохнув, Наталия кладет фотографии на тумбочку рядом с кроватью, встает, подходит к окну и начинает с грустью во взгляде рассматривать то, что происходит на темной улице, освященной фонарями и светом из дальних зданий и фарами от машин, грузовиков, автобусов, трамваев и прочих транспортных средств.

«Не люблю темное время… — думает Наталия. — Хоть это время и очень красивое, оно довольно опасное, и я не могу избавиться от мыслей, что приходят ко мне с наступлением темноты. Все-таки утром или днем я чувствую себя немного лучше. У меня нет столь ужасных ассоциаций с дневным временем.»

Наталия снова вздыхает и глазами лениво сканирует все, что находится за окном.

«Боже, у меня остается все меньше сил притворяться, что все хорошо, — думает Наталия. — Мне надоело это! Я хочу избавиться от этого мерзкого чувства, которое меня терзает. Хочу рассказать всем правду и доказать, что я не лживая и умею любить и быть преданной. Хочу дать понять, что я никого не предавала, и меня просто подставили… Подставили…»

Постояв еще пару секунд у окна, Наталия отходит от него и медленно направляется в ванную комнату, вытирая с лица слезы. Девушка лениво открывает дверь, включает свет, заходит в помещение, медленно подходит к зеркалу и начинает внимательно всматриваться в свое отражение. Глаза уже давно не сверкают особенным блеском, и под ними есть мешки, а волосы стали тусклыми и потеряли свой изначальный оттенок белого. Хоть Наталия от рождения и натуральная блондинка, она часто окрашивает волосы в золотистый блонд, который ей очень нравится уже много лет. Однако сейчас длинные волосы, небрежно забранные на верх, потеряли свой блеск и стали безжизненными.

«Да уж, я и сама не рада тому, что сейчас вижу в зеркале, — думает Наталия, замечая, что ее щеки стали еще более впалыми, а само лицо кажется еще уже. — Черт, так больше не может продолжаться! Мне надо что-то менять и перестать быть овощем. Если так пойдет и дальше, то я сделать что-нибудь ужасное и вообще захочу застрелиться. И самое главное – я должна набраться смелости рассказать о своих переживаниях хоть кому-то. Надо как-то перестать подчиняться этому проклятому голосу и сказать себе, что я хочу сделать это ради своего же блага.»

Наталия нервно сглатывает и тихо вздыхает, руками опираясь на раковину.

«Когда Ракель и Анна пришли ко мне и отвлекали меня от плохого в течение нескольких часов, то я почувствовала себя намного лучше, — думает Наталия. — Я должна это признать. Если бы не девчонки, то я бы точно сошла с ума. И я думаю, что они заслужили узнать обо всем в первую очередь. Я должна поговорить с ними и рассказать то, что скрываю уже очень давно.»

Наталия на пару секунд задумывается и кивает, уставив взгляд в одной точке.

«Да, я так и сделаю, — уверенно решает Наталия. — Не знаю, когда я это сделаю, но у меня больше нет сил молчать и скрывать всю правду. Ту правду, которая убивает меня изнутри и травит мою душу. Как яд, который медленно, но верно убивает человека, уничтожая его самого все больше и больше с каждым днем до тех пор, пока он не потеряет силы бороться и не умрет.»

Убрав свои волосы назад, Наталия еще несколько секунд смотрит на свое отражение. А после этого она медленно отходит от зеркала и выходит из ванной комнаты, выключив там свет и закрыв дверь. Девушка еще какое-то время ходит по всей квартире, заглядывая в каждую комнату, осматривая какие-то вещички или заглядывая в окна, чтобы увидеть, что происходит на улице.

Сейчас, казалось бы, время ложиться спать, но Наталии совершенно не хочется это делать. В последнее время она стала испытывать с этим некоторые проблемы. Как, впрочем, и с питанием. Иногда у девушки начали появляться боли в желудке, который буквально ест сам себя. Например, как сейчас. Блондинка чувствует довольно знакомые, неприятные ощущения в желудке и также понимает, что к горлу подступает тошнота, которую она пытается изо всех сил сдержать.