— Конечно же, есть! — по-доброму усмехается Терренс. — Сейчас все будет!

Терренс как раз видит, что неподалеку от обеденного зала, в котором он ужинает с близкими, ходит Виолетта и как будто не знает, чем заняться. Мужчина громко подзывает ее к себе и просит принести всем по новому бокалу и бутылку прохладного шампанского. Служанка быстро выполняет его просьбу и ставит перед всеми фужеры, пока МакКлайф-старший открывает принесенную бутылку. После чего про его просьбе женщина наливает всем понемногу и удаляется, оставив бутылку на столе.

— Ну что, дорогие мои, давайте выпьем! — предлагает Терренс, взяв в руки свой бокал.

— Пусть в нашей жизни больше не будет подлых людей, которые захотят нам отомстить или сделать все, чтобы поссорить нас между собой, — держа свой бокал, с широкой улыбкой говорит Ракель. — И чтобы рядом с нами были те люди, которые заставляют нас улыбаться и мотивирует на достижение своих целей.

— Пусть у нас не будет ссор и скандалов. Надеюсь, мы никогда не превратимся из друзей во врагов. А даже если у нас и будут какие-то проблемы и непонимания, то мы всегда будем решать их сообща, не будучи во власти каких-то плохих эмоций.

— Пусть наша крепкая дружба просуществует еще очень много лет, а лучше длится до конца наших дней, — с бокалом в руке гордо приподнимает голову Наталия. — И пусть каждый нас будет счастлив рядом с теми, с кем он чувствует себя защищенным. Будет рядом с теми, в присутствии кого его душа поет, а с лица не сходит широкая улыбка.

— Надеюсь, что каждый из нас не потеряет свою семью и всегда будет рядом с ней не только в самые ужасные, но в самые хорошие времена, — скромно улыбается Эдвард. — Пусть в нашей жизни всегда будут люди, которые дарят нам радость и своим присутствием приносят свет в тот дом, в котором мы живем.

— За всех нас! — с легкими улыбками радостно произносят Эдвард, Наталия, Ракель и Терренс.

Все четверо с громкими возгласами приподнимают бокалы, слегка ударяют по каждому и делают несколько глотков шампанского, которое приходится им по душе. После этого они решают до конца доесть остатки еды, которая осталась в их тарелках, и все это время с большим удовольствием болтают обо всем на свете.

А затем Наталия, Терренс, Ракель и Эдвард перемещаются в гостиную, где они удобно устраиваются на мягких диванах и продолжают свой разговор. А перед этим хозяева дома дают служанкам понять, что они могут начать мыть всю посуду и протирать стол, и те немедленно приступают к делу, также о чем-то беседуя между собой.

— Кстати, приятель, ты еще не забыл, что обещал как-нибудь зайти ко мне домой и поиграть со мной на гитаре? — с легкой улыбкой спрашивает Терренс.

— Конечно, помню… — скромно отвечает Эдвард. — Только я не захватил с собой гитару.

— А что, ты и правда умеешь играть на гитаре? — искренне удивляется Ракель.

— Да, играю довольно-таки неплохо. И люблю петь при каждом удобном случае.

— Надо же, так ты играешь на гитаре и поешь… — слегка приоткрывает рот Наталия.

— Пою. И играю.

— Черт, так чего же ты раньше молчал?

— Прости, так уж получилось… — пожимает плечами Эдвард. — Хотя ты никогда и не спрашивала меня об этом. А я и не заикался.

— Да, но я догадывалась , что ты можешь хорошо петь.

— Правда?

— Слишком уж у тебя красивый голос. Я еще в день нашего знакомства задалась вопросом, не поешь ли ты.

— Ну как видишь, пою.

— Подожди, подружка, — уверенно говорит Терренс. — Завтра у нас с парнями будет репетиция, и мы заставим этого чувака сыграть и спеть для нас.

— Только после вас, мой дражайший друг, — слегка склоняет голову Эдвард.

— Слушайте, Терренс, Эдвард, а может, вы что-нибудь споете для нас с Наталией прямо сейчас? — скромно предлагает Ракель. — Я с удовольствием послушаю, как вы играйте и поете вместе. И заодно узнаю, как Эдвард поет и играет в одиночку.

— Точно, ребятки, давайте вы для сыграйте для нас? — широко улыбается Наталия. — Я уже давно хочу узнать, как поет Терренс, ибо ранее никогда не слышала его пение и игру. Хотя и уже в курсе, что он поет и играет на гитаре, благодаря своей милой подружке, которая много раз упомянула об этом. А уж Эдварда я послушаю с огромным удовольствием… И что-то мне подсказывает, что я была очарована его голосом с первых же минут нашей встречи по веской причине…

— Ну что, Терри, порадуем наших красавиц? — с легкой улыбкой обращается к Терренсу Эдвард. — Споем что-нибудь?

— Лично я готов сколько угодно петь и играть для столь важных персон, — уверенно отвечает Терренс.

— Тогда вперед! — скромно улыбается Ракель. — Покажите нам, как вы умейте петь и играть.

— Тогда я пойду схожу в комнату и принесу свою гитару.

— Ну давай.

— Тащи свой зад сюда поскорее! — восклицает Наталия.

— Я мигом, ребята, — тараторит Терренс.

— В зеркало не смотреться! — весело произносит Эдвард. — А то вдруг захочешь поправить прическу. Или тебе станет плохо, если ты увидишь прыщик где-нибудь на носу.

— Спасибо, что напомнил. Обязательно посмотрюсь перед тем, как вернусь сюда.

Терренс довольно быстро встает с дивана, направляется к лестнице, по которой поднимается на второй этаж, и пропадает из виду. Оставшиеся в гостиной Эдвард, Наталия и Ракель провожают его взглядом и с легкой улыбкой переглядываются друг с другом.

— Ну вот, подруга, сейчас ты убедишься в том, что я не врала, когда говорила, что Терренс прекрасно поет и играет на гитаре, — уверенно говорит Ракель.

— Полагаю, любовь к музыке у наших ребят в крови, — скромно хихикает Наталия, положив голову Эдварда к себе на плечо и нежно пригладив его волосы.

— Похоже на то.

— И что-то подсказывает мне, что у них и правда огромный талант.

— По крайней мере, Терренс действительно поет потрясающе, — с легкой улыбкой скромно отвечает Эдвард. — У него очень сильный голос, и он легко может брать высокие ноты. Да и с гитарой МакКлайф очень ловко обращается.

— Уж мне-то не приходиться в этом сомневаться, — тихо хихикает Ракель. — Про его музыкальный талант я знаю очень хорошо… Но думаю, что и у тебя окажется не менее прекрасный.

— Ну лично я не считаю, что плохо пою и играю. Хотя мне еще очень далеко до тех великих артистов, которые известны во всеми мире.

— Если у тебя окажется невероятный талант, то я буду настаивать на том, чтобы ты последовал примеру Терренса и создал свою группу, — шутливо заявляет Наталия. — Ну или присоединился к группе Терри и поехал с ними в туре с « The Loser Syndrome… »

— Нет, Наталия, об этом я могу только лишь мечтать, — со скромной улыбкой качает головой Эдвард. — Мои таланты никому не будут нужны, потому что я – никто. А у Терренса обязательно все получится, потому что он не только по-настоящему талантливый и собрал свою группу, но еще и имеет много связей в шоу-бизнесе, которые также помогут ему начать музыкальную карьеру. Этот факт – причина, почему парни так быстро стали известными и уже очень скоро будут выступать с « The Loser Syndrome ».

— Да, но ведь и он когда-то был никому не известным мальчиком, — отмечает Ракель. — Однако как ты видишь, сейчас его знают во всем мире, и у него куча поклонников и хороших друзей и знакомых. Целеустремленность, вера в свою мечту и желание бороться и не сдаваться – вот ключ к успеху.

— Я знаю.

— И все-таки подумай об этом, Эдвард, — с легкой улыбкой настаивает Наталия. — Было бы круто, если бы мир узнал о еще одном человеке, у которого такой изумительный голос. Представь, сколько девчонок влюбились бы в твой нежный мелодичный тембр и с упоением слушали твои песни.

— Посмотрим, милая… — Эдвард нежно целует Наталию в щеку и гладит ее по голове, заставляя ее улыбнуться. — Посмотрим.

Через несколько секунд, что в воздухе стоит тишина, в гостиную возвращается улыбающийся Терренс со своей акустической гитарой в руках, на которой он любит играть время от времени для себя и с недавнего времени еще и для Ракель.