— Мы хотели, чтобы она жила с мужем. И рожала детей только от него. Нас так с детства воспитывали – до свадьбы ни-ни. В лучшем случае можно было скромно за руки взяться. А какая жизнь ждала бы ее в одиночестве? Когда пришло подходящее время думать о создании семьи, Хелен совсем не спешила. Она отвергала ухаживания многих хороших ребят, которые нам с мужем нравились. Помню, мы даже пытались свести ее с сыновьями наших знакомых, с которыми тогда еще общались. Но моя внучка ни на кого не смотрела.

— Думаю, она подходила к этому вопросу осмысленно и не хотела выходить замуж за первого встречного, — подмечает Анна. — Разве это не лучше, чем вешаться на шею тому, кто поманит пальчиком?

— Но часики-то ведь тикали! Молодость и красота девочки невечная. Как всем известно, женский век короток. Это мужчина может создать семью в любом возрасте и завести детей, а у женщины время ограничено. И если ты не успеешь заскочить в вагон, то уже будет поздно за ним гнаться.

— Хелен было всего двадцать шесть лет! — восклицает Терренс. — Совсем молодая девчонка, у которой вся жизнь была впереди. К тому же, далеко не глупая. Если ей не понравились предыдущие ее ухажеры, значит, что-то с ними было не так. Значит, Хелен не чувствовала себя комфортно с ними.

— Скажу вам по секрету, что мне Роджер тоже не с первого взгляда понравился. Да и он не сразу ко мне приглянулся. У нас не было конфликтов, но поначалу нам было некомфортно в обществе друг друга. Но так уж получилось, что мы не раз сталкивались и были вынуждены общаться. И постепенно отношения между нами стали более теплыми. Хотя после нескольких лет брака меня начал немного напрягать его непростой характер. Очень он был гордым человеком, с которым сложно жить. Пришлось потратить много времени, чтобы научиться с ним жить. Научиться держать рот на замке с мыслью, что мужчина умнее и лучше знает, как поступить.

— В любом случае одна ваша внучка не осталась, — подмечает Ракель. — Хелен влюбилась в Питера. И наверняка вышла бы за него замуж, если бы не погибла.

— Питер всерьез задумывался о том, чтобы сделать ей предложение после покупки нового дома, — признается Эдвард. — Он не раз говорил, что сначала хочет решить вопрос с жильем, а уже потом думать о создании семьи. Ибо… Не хотел приводить свою девушку в ту халупу, в которой он живет.

— Очень обидно, что она не успела… — тяжело вздыхает Скарлетт. — Обидно, что Хелен так не стала женой и мамой. Не оставила мне хоть какую-то причину жить. Если бы у меня был правнук, то я бы смогла искать силы в нем.

— Да, но зато вы сможете позаботиться о Сэмми, — отмечает Анна. — Он был для Хелен как ребенок, о котором она заботилась со всей душой. И ваша внучка очень расстроилась бы, если бы вы забыли о нем и… Выкинули на улицу.

— Нет-нет, что ты, деточка! Я ни за что так не поступлю с Сэмми! Я ни за что не выкину его на улицу.

— Если вам будет трудно, то мы с радостью поможем за ним присматривать, — обещает Наталия.

— Только если он не заболеет и не умрет от голода.

— К сожалению, мы не знаем, что делать, когда собака теряет хозяина, — разводит руками Терренс. — Но мы как-нибудь справимся. Обещаем.

— Ох, ребятки, ну и тяжелая же у вас ноша… — тяжело вздыхает Скарлетт. — Я не представляю, как вы все это вынесете. На ваши плечи было возложено слишком много обязательств.

— Ничего, вместе нам будет легче. К тому же, нас поддерживают родственники и многие другие друзья, которые уже знают о произошедшем.

— Если честно, мне ни капельки не легче от того, что вокруг меня все бегают и суетятся.

— За пару дней, конечно же, ничего не изменится, — качает головой Наталия. — И мы это осознаем. Не изменится и за неделю, и за две.

— Я совсем не умею жить одна. Не умею жить для себя. Всю свою жизнь рядом со мной кто-то был: то муж, то дочка, то внучка. А сейчас я совсем растерялась. Я не знаю, что это такое. И я не понимаю тех, кому нравится жить в одиночестве. Кто не стремится к тому, чтобы рядом с ним кто-то был.

— Вы не одна, миссис Маршалл, — возражает Даниэль, пересаживается на кровать и гладит Скарлетт по руке. — Мы с вами. Будем с вами до конца. Если вам что-то будет нужно, то вы можете смело попросить нас об этом.

— Спасибо большое, ребята, — аккуратно подтирает слезы под глазами Скарлетт. — Спасибо, что старайтесь поддержать. Я очень это ценю.

В воздухе на несколько секунд воцаряется пауза, во время которой девушки всеми силами пытаются утешить плачущую Скарлетт, поглаживая ее по рукам и плечам. Мужчины тем временем собираются вокруг них, чтобы поддержать не только безутешную пожилую женщину, но и своих вторых половинок, что страдают ничуть не меньше. В какой-то момент лежащий тихо в уголочке Сэмми переводит на них свой грустный взгляд и просто наблюдает за ними до того, как снова отводит его в сторону, положив мордочку на сложенных перед них передних лапках. И не обращает никакого внимания на внезапно раздавшийся звонок в дверь, на который реагируют сама Скарлетт и все ее гости.

— Вы кого-то ждете? — слегка хмурится Ракель.

— Может, соседка пришла, — предполагает Скарлетт. — Наверное, принесла что-нибудь поесть или решила просто посидеть со мной.

— Хотите мы посмотрим, кто там? — предлагает Анна.

— Да, пожалуйста, если можно.

— Я посмотрю, кто пришел, — вызывается Даниэль. — Одну секунду…

Встав с кровати, Даниэль направляется в коридор и быстро справляется с замком на двери. После чего он видит на пороге Джессику, которая выглядит не менее зареванной, чем Анна, Наталия или Ракель.

— Даниэль? — удивленно произносит Джессика и тихо шмыгает носом.

— Привет, Джессика, — здоровается Даниэль. — Давно не виделись.

— Привет, а что ты здесь делаешь?

— Приехал сюда с ребятами, чтобы поддержать миссис Маршалл. И… Судя по твоим заплаканным глазам, я так понимаю, ты уже знаешь, что произошло?

— Знаю… — Джессика тихо всхлипывает. — И я пришла к миссис Маршалл, чтобы поддержать ее.

— Проходи в квартиру. Она сейчас в своей комнате.

Даниэль отходит от дверного приема и жестом приглашает Джессику зайти в квартиру. А пока она направляется в комнату Скарлетт, мужчина быстро закрывает дверь и следует за ней уже в тот момент, когда девушка заходит туда и видит пожилую женщину в окружении тех, с кем уже однажды успела познакомиться.

— Джессика? — удивленно произносит Терренс.

— Привет, ребята, — машет рукой Джессика. — Здравствуйте, миссис Маршалл.

— Джессика, миленькая… — слегка дрожащим голосом произносит Скарлетт.

— Господи, дорогая моя…

Джессика подходит к кровати, присаживается на край и заключает плачущую Скарлетт в крепкие объятия, пока Даниэль подходит к стоящему у письменного стола Эдварда и приобнимает его за плечи.

— Поверить не могу, что это правда, — всхлипывает Джессика, отстраняется от Скарлетт и берет ее за руки. — Не могу поверить, что Хелен больше нет.

— Я как будто нахожусь в ночном кошмаре, — признается Скарлетт. — Никак не могу осознать, что осталась совсем одна.

— Как же так? Как такое могло случиться? Как эти гады смогли добиться своего?

— Это наша с парнями вина, — неуверенно вмешивается Эдвард. — Мы не смогли спасти Хелен, когда она медленно погибала в огне. Были слишком далеко и не знали, где ее искать.

— Боже мой, Хелен… — Джессика прикрывает рот рукой, в неверии покачивая головой. — Подружка… Господи… Какой ужас… У меня просто слов нет…

— Мы так молились о том, чтобы ее нашли живой, — признается Анна. — Но Маркус и его сообщники добились своего.

— Вот Маркус ублюдок! Как только земля носит эту поганую гниду? Эту убийцу, которую уже давно надо было казнить!

— Теперь он ответит за все свои злодеяния, — уверяет Ракель. — Как и все те, кто ему прислуживал.

— А уже есть подтверждение, что Хелен точно мертва? Полиция нашла ее тело? Вы видели ее?