— И в чем причина?

— Я очень много думал о нашем с вами разговоре, который состоялся позавчера. После него я окончательно убедился в том, что во что бы то ни стало должен хоть как-то помочь Ракель.

— Если это так, то я очень рада.

— Да, но к сожалению, я мало знаю о том, что произошло с ней за все это время. Так что… Я хотел бы, чтобы вы рассказали мне все, что вам известно. Хочу понять, за какой конец ниточки браться.

Алисия ничего не говорит и, слегка нахмурившись, переглядывается с рядом сидящим Фредериком.

— Ты уверен в этом? — хмуро спрашивает Фредерик. — Уверен в том, что хочешь помочь?

— Абсолютно уверен, — уверенно кивает Терренс.

— Или ты будешь языком чесать и в конце концов кинешь Ракель в самый тяжелый момент? Как ты уже сделал это некоторое время назад! Наобещал ей кучу всего, но в итоге бросил!

— Послушайте, мистер Кэмерон, я прекрасно понимаю, что вы злитесь на меня за мое ужасное поведение по отношению к вашей внучке.

— О, ужасное – это мягко сказано!

— Но клянусь, я действительно сожалею обо всем, что сделал, — с жалостью во взгляде говорит Терренс. — И на этот раз не собираюсь бросать ее в беде.

— Никто не может дать гарантии, что ты сейчас не врешь.

— Я не вру!

— К тому же, ты – актер. Для тебя сыграть любую роль проще простого. Все знают, что у тебя получается так хорошо сыграть любого человека, что люди начинают верить.

— Это вовсе не актерская игра. Честное слово!

— Честное слово не всегда бывает честным.

— Сейчас я настоящий. Не фальшивая версия самого себя. И я очень хочу искупить свою вину перед вашей внучкой и доказать вам, что мне можно верить. Что я не такой ужасный и подлый, как все думают.

— Ты сам заставил всех так думать.

— Да, я поступил отвратительно, не смею спорить с вами. Но я правда пытаюсь стать лучше! Пытаюсь доказать свое сожаление не словами, а делом.

— Пытаешься?

— Пытаюсь.

— Что ж, мы даем тебе такой шанс, — тихо вздыхает Фредерик. — Но тебе будет очень трудно убедить, по крайней мере, меня в том, что ты действительно сожалеешь.

— Но я правда сожалею.

— И запомни очень хорошо, дорогой мой Терренс, если вдруг ты посмеешь еще раз бросить Ракель в беде после таких громких слов, то будешь иметь дело со мной, — уверенно заявляет Фредерик. — Ты больше никогда не сможешь подойти к моей внучке. Потому что я не позволю тебе сделать это. И в этом случае буду протестовать против ее воссоединения с тобой. Пустословный парень моей внучке не нужен. Я отдам ее только тому, кто умеет держать слово.

— Я хорошо все понял, мистер Кэмерон, — спокойно, уверенно отвечает Терренс. — Будьте спокойны, я не подведу вас ни при каких обстоятельствах.

— Посмотрим, МакКлайф. Я внимательно слежу за тобой.

В воздухе на пару-тройку секунд воцаряется пауза, во время которой все трое успевают отпить немного кофе из своих чашек, а Алисия решает вмешаться в разговор Фредерика и Терренса и перенаправить его в другое русло.

— Значит… — задумчиво произносит Алисия. — Ты хочешь, чтобы мы рассказали тебе все, что знаем про Саймона и Ракель?

— Да, Алисия, — кивает Терренс. — Пожалуйста, расскажите мне все, что вам известно.

С этими словами Терренс перекладывает руки на стол и складывает их перед собой, а Алисия тихо вздыхает со словами:

— Хорошо, Терренс, мы расскажем тебе все, что нам известно. — Алисия призадумывается на пару секунд, слегка прикусив губу. — Скажи, до какого момента тебе известно что-то об этой истории?

— Ну… — призадумывается Терренс. — Я знаю то, что… Саймон намерен изводить Ракель до тех пор, пока у нее не останется сил на сопротивление.

— Да, это так, — уверенно подтверждает Алисия. — Саймон действительно задумал извести Ракель настолько сильно, насколько это возможно.

Алисия делает еще один глоток кофе.

— По его вине все отвернулись от Ракель, — признается Алисия. — Насколько я знаю, этот тип, к счастью, не трогает близких людей моей племянницы. Он просто пугает и убеждает их в том, что им следует отвернуться от нее, ибо она – виновник всех бед, да еще и психически больна.

— Я знаю, — кивает Терренс.

— И я думаю, что ты уже знаешь, что она поругалась с Наталией из-за козней этого Саймона.

— Конечно.

— Поначалу я долгое время мучила себя догадками и страдала от плохого предчувствия. Но потом мне позвонил мистер Кэмерон и подтвердил, что все очень плохо, поскольку Ракель приехала к нему домой в слезах и рассказала обо всем, что произошло.

— Да-да, я понял, — кивает Терренс.

— Этот тип немного попугал и нас с Алисией, позвонив на наши номера и начав заговаривать нам зубы, — признается Фредерик.

— Он звонил вам обоим?

— Да. И кроме того, Саймон с помощью своего знакомого в Лондоне сделал все, чтобы Алисия не смогла узнать, что происходит с ее племянницей.

— Что? Но каким образом?

— Просто-напросто перерезав телефонный кабель в ее квартире.

— Да ладно?

— Это так, — подтверждает Алисия. — А еще я случайно разбила мобильный и была вынуждена покупать новый. А что касается кабеля, то я уже давно уладила эту проблему, пригласив мастера, который быстро все починил.

— Значит, у этой падлы есть знакомые в Лондоне?

— Похоже на то. И забыла сказать, что мне однажды позвонил его сообщник, который начал наговаривать на мою племянницу и утверждать, что ей скоро придет конец.

— Ну и дела…

— Знаю… — Алисия на пару секунд замолкает и бросает короткий взгляд в сторону. — И если честно, я боюсь представить, что будет, если ситуация станет намного хуже.

— А после этого Саймон сделал что-то еще? — уточняет Терренс.

— Нет, в последнее время его не слышно и не видно, — вмешивается в разговор Фредерик. — Никаких звонков, никаких писем… Ничего подобного.

— Что, даже Ракель ничего о нем не знает?

— Нет, он пару раз звонил ей. Снова угрожал. И рассказывал про какую-то девицу, с которой ты загулял.

— Он и про ту девушку знает?

— Знает.

— И когда Рингер собирается действовать?

— А черт его знает! Никто не знает, когда он захочет встретиться с ней лицом к лицу. Но думаю, что Саймон не будет долго тянуть. И так слишком много времени прошло.

— Вот черт… — тихо ругается Терренс.

— Саймон делает все возможное, чтобы испортить моей девочке жизнь и извести ее, — тяжело вздохнув, с грустью во взгляде говорит Алисия. — Поссорил ее со всеми, кто ей дорог. Настроил против собственной подруги, которая якобы помогала Саймону разыскать ее и мстить ей из зависти. Да еще и прямым текстом заявил, что будет пытать ее до тех пор, пока она не сломается и не перестает сопротивляться.

— Так и сказал? — округляет глаза Терренс.

— Так и сказал!

— Этот человек хорошо знает все слабые места моей внучки и давит на них, — уверенно говорит Фредерик. — А еще он знает, что если с кем-то из ее близких людей что-нибудь случится, то она этого не переживет.

— Да уж, играет по-крупному.

Алисия тяжело вздыхает, бросает короткий взгляд в сторону и делает глоток кофе. Терренс же слегка хмурится и качает головой.

— Значит, как я понимаю, за все это время ничего особо не изменилось… — задумчиво говорит Терренс.

— Ну в общем-то да, — пожимает плечами Алисия. — Как видишь, ничего особенного.

— Вообще-то, я думал о чем-то подобном… Был уверен, что Саймон и правда стремится сделать все, чтобы окончательно добить эту бедную девушку.

— И похоже, что он не остановится.

— Мерзкая тварь… Знает, что она точно этого не переживет. Какой бы сильной ни была эта девушка, проделки Саймона – это уже слишком.

— Эту тварь нужно как-то остановить! — восклицает Фредерик. — А иначе моей внучке придет конец. Он не успокоится, пока не расквитается с ней.

— Знаю…