— А ты, Хелен? — спрашивает Ракель. — Ты кого-нибудь встречала?

— Э-э-э, я? — неуверенно спрашивает Хелен, окинув друзей широко распахнутыми глазами.

— Если что-то произошло, то, пожалуйста, не молчи, — настаивает Даниэль. — Нам сейчас важна любая информация.

— Э-э-э, понимайте… Я…

— Почему ты опять занервничала? — сильно хмурится Питер, скрестив руки на груди.

— И правда, Маршалл, ты какая-то очень уж напряженная, — отмечает Терренс. — Неужели и правда что-то скрываешь?

— Пожалуйста, ребята… — начинает отнекиваться Хелен.

— Мы задали тебе вопрос, Хелен, — спокойно говорит Наталия. — Так что будь добра на него ответить.

— Все… Очень сложно… — Хелен нервно сглатывает, начав немного тяжело дышать. — Понимайте…

— Не заводи старую пластинку, Маршалл, — низким голосом решительно говорит Питер. — Не заставляй нас вытаскивать все из тебя силой.

— Пожалуйста, ребята, давайте поговорим об этом потом…

— Потом? — взрывается Питер. — Ты это, твою мать, серьезно?

— Мне сейчас очень плохо. Я плохо соображаю… Половина информации вылетает из головы…

— Так, красотка, ты давай-ка не уходи от темы и говори все как есть, — решительно требует Ракель.

— Да-да, вдруг твоя информация может оказаться для нас полезной? — расставляет руки в бока Эдвард.

Сэмми тихонько подает голос, будто говоря Хелен, что ей лучше и правда рассказать обо всем, что ее друзья должны знать.

— Нет-нет… — взволнованно тараторит Хелен. — Все хорошо… Ничего особенного…

— Хелен, не начинай… — качая головой, сухо требует Питер. — Не заставляй меня пожалеть о том, что я тебе поверил.

— Ты это о чем? — слегка хмурится Анна.

— И почему ты с ней так разговариваешь? — недоумевает Наталия.

— Спросите свою подружку, — хмуро бросает Питер. — Может, вам она все-таки соизволит рассказать все тайны, о которых я не знаю.

— Разве у тебя есть причины подозревать, что она что-то скрывает? — удивляется Ракель.

— Ох, ребята, ну как будто вы сами ничего не видите! Вы только посмотрите на нее! Посмотрите, как она пытается вывернуться, лишь бы не рассказывать правду!

— Это так, Хелен? — обращается к Хелен Даниэль. — Ты и правда что-то скрываешь от Питера?

— Ничего такого, чтобы меня можно было обвинить во лжи и предательстве, — низким, дрожащим голосом отвечает Хелен, крепко сжав подушку обеими руками и прижав ее к себе.

— Так, Хелен, давай-ка ты прекращай увиливать от ответа и рассказывай все как есть, — спокойно просит Терренс.

— И правда, подруга, ты ужасно поступаешь, если скрываешь от нас что-то очень важное, — отмечает Эдвард.

— Я… — с широко распахнутыми глазами тихо произносит Хелен. — Я не знаю… Не знаю, стоит ли мне…

— Маршалл! — прикрикивает Питер.

Сэмми два раза негромко подает голос, словно говоря Питеру успокоиться.

— Просто… — задумчиво говорит Хелен, уставив пустой взгляд в одну точку и крепко сжав пальцы рук. — Просто вы… Вы не знайте кое-чего… Что связано с… Нынешней ситуацией…

— Говори, Хелен, не бойся, — мягко просит Анна, присев на кровать и погладив Хелен по плечу. — Мы тебя слушаем.

— Это не первый раз, когда на меня нападают приспешники того, кто хочет избавиться от Питера, — на одном дыхании выпаливает Хелен.

— Что? — ужасаются девушки и парни, пока Сэмми жалобно скулит.

— То есть, как это? — округляет глаза Наталия.

— Сегодня я столкнулась с ними не в первый раз. Это происходило и ранее.

— Твою мать… — ужасается Терренс, пока остальные переглядываются между собой.

— И когда это произошло? — спрашивает Ракель. — Сколько раз? Чего они от тебя хотели?

— Все началось еще до того, как на Питера набросились после концерта, — неуверенно признается Хелен, мокрыми глазами смотря на своих друзей. — Где-то за несколько дней до.

— Охренеть! — громко ругается Питер, расставив руки в бока. — А я вообще ни сном, ни духом!

— Тогда я шла с работы домой. Ко мне в какой-то момент пристал какой-то мужчина лет тридцати. Начал говорить, что скоро кое-кому, кого я знаю и люблю, придет конец. Мол… Кое-кто готовит для него что-то ужасное…

— Господи, и ты об этом молчала? — широко распахивает глаза Анна.

— Когда я сказала, что мы это так не оставим, то он начал мне угрожать. Сказал, что если я посмею раскрыть рот и обратиться за помощью в полицию, то мне придет конец. А их план мести все равно будет осуществлен.

— А он никак тебе не навредил? — уточняет Эдвард.

— Нет, тогда было много народу. Он запугивал меня лишь словесно. И оставил меня в покое, когда мимо проходил какой-то парень и остановился, заподозрив что-то неладное. Когда тот тип ушел, он еще спросил меня, все ли хорошо и не нужна ли мне помощь. Но я сказала, что все хорошо, села в машину и поехала домой. Как ни в чем ни бывало.

— То есть, получается, ты знала о том, что на Питера скоро начнется охота? — заключает Даниэль.

— Тогда я не знала, что жертвой будет именно он. Об этом мне сказал уже другой человек, которого я встретила на улице на следующий день. Он и рассказал, что им нужен Питер. И упомянул концерт… Мол, в этот день произойдет что-то ужасное.

— Боже, Маршалл, ты совсем обалдела? — громко удивляется Наталия. — Ты все время прекрасно знала о готовящемся нападении, но ничего не сказала!

— И правда, подруга, ты поступила подло! — соглашается Терренс. — Ты была обязана сказать нам об этом!

— Простите меня, ребятки… — со слезами на глазах извиняется Хелен. — Я знаю, что поступила ужасно… Но я очень сильно испугалась… Те типы кричали на меня, оскорбляли, унижали, хватали под руку… Один из них даже ударил меня по лицу. Они угрожали убить меня… А я совсем не хочу умирать. Я еще слишком молодая!

— Да, походу, я и правда зря тебе доверился… — резко выдыхает Питер, сжав переносицу. — Зря поверил в твою порядочность.

— Питер, пожалуйста…

— Ты, блять, прекрасно все знала, но предпочла молчать! Предпочла наблюдать за тем, как от меня пытаются избавиться!

— Мне очень жаль… Я испугалась…

— Если бы мы знали об этом, то заранее приняли бы какие-то меры, — уверенно говорит Эдвард. — Поговорили бы с Джорджем и организаторами, чтобы они усилили меры безопасности. Этого можно было бы избежать, если бы ты все нам рассказала.

— Вы бы избежали лишь одного из множества нападений, которые они планировали, как сказали эти типы. Не получилось бы тогда – получилось бы в другой раз.

— Хорошо, и я так понимаю, те двое далеко не единственные, кого ты повстречала, — спокойно предполагает Даниэль. — Их было больше, верно?

— Верно, — неуверенно кивает Хелен. — За все это время я несколько раз натыкалась на каких-то отморозков. В разных местах. В разное время. И они с упоением рассказывали обо всех нападениях на Питера.

— Их цель – убить его или пока что просто извести? — спрашивает Ракель.

— Нет, один из них сказал, что пока что их главарь не собирается убивать Питера. Пока что он действительно хочет просто свести его с ума и заставить мучиться.

— И у них это здорово получается, однако, — хмуро бросает Терренс.

— Поначалу все те встречи проходили в людных местах, где они никак мне не вредили. Но бывали случаи, когда мы с Сэмми ходили гулять в тихие и малолюдные места. Вот тогда-то они отрывались по полной…

Хелен нервно сглатывает и тяжело вздыхает.

— И ножом пытались пырнуть, и пистолет к голове приставляли… Один вообще пытался насильно затолкать меня в машину и куда-то увезти. Другой распускал руки и похабно шутил… Третий угрожал навредить моей бабушке…

— Да ладно? — широко распахивает глаза Наталия.

— Да, но мне каким-то неведомым чудом удавалось спасти. И Сэмми как мог защищал меня: лаял, рычал, кусал, царапал, нападал со спины… Это меня и спасало.

— И именно поэтому ты все это время выглядела такой напряженной и испуганной? — заключает Эдвард. — Вроде кажется, что все хорошо, но ты как будто в своих мыслях.