— Ха, наконец-то я это услышала! — грубо бросает Наталия. — НАКОНЕЦ-ТО!

— Давай, иди отсюда! Иди поразвлекайся с какими-нибудь мужиками и потрахайся с ними! Хоть доставишь им удовольствие. Сделаешь то, в чем ты так хороша. Многие как раз любят всяких шлюх вроде тебя. Можешь даже устроиться на работу в стриптиз-клуб и начать зарабатывать свои деньги, виляя задницей перед богатенькими мужиками и вытягивая из них кучу долларов.

Наталия хочет уйти молча и больше ничего не говорить, но слова Эдварда еще больше выводят ее из себя. Девушка резко разворачивается и подходит к мужчине, прищуривший глаза, опустивший руки и выглядя так, будто он вот-вот может взорваться, и уставляет в его глаза свой презренный взгляд.

— Закрой свое поганое хавало, мерзкий ублюдок, — со злостью во взгляде шипит Наталия. — Мне искренне жаль, что ты стал для Терренса столь ужасным другом. Жаль, что миссис МакКлайф так сильно тебя полюбила. Но я уверена, что рано или поздно, тебя раскусят, и все отвернутся от тебя. И тогда я точно не буду жалеть тебя. Ибо ты заслужишь страдать и подыхать в полном одиночестве.

Наталия резко срывается с места и быстрым шагом уходит прочь от Эдварда, который остается стоять на том месте, где он стоит сейчас, будучи ошеломленным произошедшим и ледяным взглядом провожая девушку до тех пор, пока та не скрывается где-то за поворотом. Правда, когда он оказывается один, мужчина позволяет себе снять с себя ту маску, которую он нацепил на себя. После того, что сейчас произошло, Эдвард чувствует себя так, будто получил несколько пулевых ранений и несколько ножей в спину одновременно. Та боль, что овладевает им в одно мгновение, просто невыносима. Ему больно не только из-за того, что Наталия в чем-то ему солгала и посмела заявить, что воспользовалась им.

После столь огромного выброса адреналина Эдвард чувствует себя опустошенным и опечаленным, не зная, что ему делать: кричать, плакать, кого-то избить или же сделать что-то еще для того, чтобы выразить свою боль, которую он так усердно скрывал во время ссоры с Наталией. Никакая боль от ранений или ударов об какие-либо предметы не сравнятся с той, которую сейчас чувствует мужчина. Это всерьез задело его за живое и оскорбило, ведь ему казалось, что эта девушка действительно была влюблена. Она же была так счастлива, когда он признался ей в любви, и они начали встречаться! Эдварду трудно поверить, что Наталия могла так жестко обмануть его и пользоваться им в течение нескольких месяцев.

Снова и снова вспоминая тот момент, Эдвард все больше начинает чувствовать себя оплеванным и обманутым и едва борется с ураганом своих чувств и эмоций, который вот-вот может выйти наружу. Мужчина некоторое время нервно наматывает круги, а потом медленно садится на скамейку и сгибается пополам, запустив обе руки в свои волосы и чувствуя, как его глаза становятся влажными из-за слез, что скапливаются в них. Эдварда не беспокоит то, что о нем могут подумать, видя, как он плачет. Мужчине настолько плохо, что он не может держать все эти эмоции в себе.

« Нет, я не хочу в это верить, не хочу… — с грустью во взгляде думает Эдвард и тихо шмыгает носом. — Она не могла так обманывать меня все это время… Я не хочу верить, что Наталия использовала меня и никогда не любила. Черт… Не хочу… Не хочу… Я никогда не думал, что она может быть такой. »

Эдвард еще сильнее вцепляется в свои волосы, слегка раскачиваясь из стороны в сторону, пока он сидит на скамейке.

« Уж лучше бы я сошел с ума, слышал чьи-то голоса у себя в голове и видел галлюцинации, — с отчаянием думает Эдвард. — Я так хочу думать, что всего этого сейчас не произошло, и у меня просто слишком сильно разыгралось воображение. Чтобы кто-нибудь подтвердил, что я обожаю все придумывать. Я хочу жить в реальной жизни, которую хочу сделать лучше… »

Эдвард задирает голову к небу, изо всех сил пытаясь не заплакать, но терпя поражение, ибо по его щекам начинают катиться маленькие капельки прозрачных слез.

« Прошу, пусть кто-нибудь скажет мне, что это не так! — мысленно умоляет Эдвард, тихо шмыгает носом и вытирает слезы со своих глаз, понимая, что из-за них он видит все довольно расплывчато. — Скажите мне, что этой ссоры не произошло, и эта девушка не заявила мне о том, что воспользовалась мной. Я не хочу считать, что это происходит со мной на самом деле… Не хочу, не хочу… »

Эдвард качает головой, даже не пытаясь сдержать слез позволив всем своим эмоциям выйти наружу. А чуть позже мужчина закрывает лицо руками и сгибается пополам, с немного тяжело дыханием оперевшись локтями о свои колени. Локхарт понимает, что не в состоянии пережить предательство со стороны Наталии. Хотя и знает, что не может страдать из-за нее до конца своих дней. Эдвард уже давно пытается забыть эту девушку. Но мужчина продолжает бурно реагировать даже на ее имя и не может оставить ее в прошлом, чтобы продолжать жить с надеждой, что однажды он встретит ту, что никогда не поступит так, как поступила Наталия.

Наталия быстрым шагом направляется в самое тихий уголок этого места, где никого и ничего нет, кроме гуляющих по земле голубей и лебедей и уток, которые плавают по небольшому озеру маленькими стайками. Найдя пустую скамейку, девушка присаживается на нее и дает волю своим эмоциям, пока рядом нет никого, кто мог бы увидеть ее в таком состоянии.

Наталия начинает плакать так горько, как плачет, наверное, уже несколько месяцев – с тех пор как с ней произошла какая-то беда. Она сильно дрожит и не может успокоиться. Если раньше девушка еще как-то держалась, то эта ссора с Эдвардом окончательно выбила ее из колеи. Из-за того, что Наталия так и не смогла найти в себе смелости рассказать хоть кому-то о том, что ее беспокоит, сейчас действует бомба замедленного действия, которая может погубить девушку. И не исключено, что от нее могут отвернуться все ее близкие и друзья. Вот уже ее собственные родители Летиция и Энтони не звонят ей уже несколько дней. Да и Эдвард отвернулся от нее из-за постоянной лжи. А раз так, то скоро настанет черед Ракель, Анны и Терренса. По крайней мере, ей так кажется…

Наталию до глубины души задели столь ужасные оскорбления Эдварда, который как будто забыл о том, что она – девушка. Впрочем, блондинка уверена, что мужчина обращается с ней подобным способом по веской причине. Она не отрицает, что его обвинения во лжи и предательстве имеют месту быть. Это вовсе не попытка побольнее обидеть и унизить девушку. В любом случае Наталия считает, что уже слишком поздно что-то менять. И это только больше подталкивает ее к желанию что-нибудь с собой сделать. Она понимает, что больше не выдержит этот кошмар, который продолжается в ее жизни уже долгое время.

Перед ней стоит какой-то барьер, который она никак не может преодолеть для того, чтобы позволить всем узнать, что с ней происходит. И как только она ушла от Эдварда, то слезы мгновенно хлынули ручьем. Наталии ничего не удается сделать для того, чтобы успокоиться и забыть о произошедшем. Ее терпение на грани. Буквально висит на тоненькой ниточке. Чтобы сорваться окончательно, ей нужно совсем немного – всего лишь небольшой толчок, который заставит ее совершить какую-то глупость. Ею овладела такая сильная депрессия, что она всерьез думает о том, как исчезнуть из этого мира раз и навсегда. Даже ради близких Наталия не в силах пережить то, что ей приходится переживать.

Она уже давно забыла, что такое счастье, и буквально разучилась улыбаться и радоваться жизни. Ее сердце разбито вдребезги и вряд ли может быть вылечено. Уж слишком глубоко вошел в него нож. Точнее, два ножа. Один из которых ей вонзили в спину. Раны настолько глубокие, что даже если случится чудо, и кто-то сделает так, что они заживут со временем, то после них все равно останется огромный шрам. И он всегда будет напоминать о том, что произошло.

« Боже, как же я так устала переживать ! — со слезами на мокрых и красных глазах думает Наталия. — У меня больше нет сил все это выносить! Я нахожусь на грани! Если со мной случится еще что-то, то я не выдержу этого и точно захочу умереть! Я устала лгать всем из-за того, что мне придет конец, стоит столько раскрыть рот. Уж лучше пусть моя тайна уйдет вместе со мной, и никто не узнает, что со мной произошло. Мои друзья и родители не будут переживать. К тому времени они все бросят меня из-за моей лжи. Как это сделали мама с папой… Как это сделал Эдвард… Мне больно слышать, как меня поливают грязью за то, в чем я не виновата… Но я не могу рассказать правду… Не могу… Они запретили… »