— Да, мне весело ! — уверенно заявляет Эдвард.

— Что, твоя любимая блондиночка каждый день придумывает новые способы, чтобы заставить тебя кончить?

— А это уже не твое дело, братик.

— М-м-м, шикарный секс – залог хорошего настроения на весь день, — загадочно улыбается Терренс.

— Я же сказал, это не твое дело.

— Да ладно, спиногрыз, я и так все знаю про свою любимую парочки.

— Любимой парочки?

— Я – главный фанат Эталии! Обожаю вашу пару гораздо больше, чем все ваши поклонники!

— Я приму это за комплимент.

— Вот как… — с хитрой ухмылкой произносит Терренс. — А я-то думал, ты скажешь, что являешься горячим поклонником моей пары с Ракель.

— Парочка двух секс-символов среди моих фаворитов. Текель навсегда, как говорят некоторые ваши фанаты.

— Жаль, что я так редко от тебя это слышу.

— По-хорошему тебе не следует говорить комплименты чаще, чем раз в месяц.

— По-хорошему тебя следует каждый день хлестать ремнем по заднице. По причине и без.

— У тебя удивительная способность начинать бесить меня уже через пять-десять минут.

— Я бы и сам сейчас треснул тебя сковородкой по морде.

Эдвард и Терренс по-доброму усмехаются и выпивают немного из своих стаканов. А пару секунд спустя к их столику неуверенно подходят двое молодых парней с рюкзаками на спине, очень похожие друг на друга и некоторыми чертами отдаленно напоминающие братьев МакКлайф.

— Э-э-э, Эдвард? — неуверенно произносит парень, который чуть пониже.

Эдвард переводит взгляд в сторону парней и широко распахивает глаза, узнавая в них тех, кого ожидал увидеть меньше всего на свете.

— Джереми? — Эдвард переводит взгляд на второго парня, который чуть повыше. — Уильям?

Пока Терренс удивленно наблюдает за происходящим, Эдвард немного теряется и понятия не имеет, как ему реагировать на встречу с теми, кого, так скажем, не так уж сильно любил. На несколько секунд в воздухе воцаряется несколько напряженная, неловкая пауза, во время которой Джереми и Уильям рассматривают МакКлайфа-младшего, не знающий, чего ему стоит ожидать, а Терренс просто вопросительно смотрит на всех троих и терпеливо ждет, что хоть кто-то разъяснит ситуацию.

Впрочем, Эдвард быстро берет себя в руки и заговаривает с Джереми и Уильямом, пока Терренс все еще с интересом рассматривает незнакомых ему парней.

— Ребята, неужели это правда вы? — не верит своим глазам Эдвард.

— Еще бы! — восклицает парень, что немного повыше.

— Мы, конечно, выросли и изменились, — добавляет другой парень, что пониже. — Но не настолько, чтобы нас нельзя было узнать.

— Э-э-э… — запинается Эдвард. — Я…

— Да… — задумчиво произносит парень, что повыше. — Ну и кислая же у тебя рожа. А мы-то думали, ты будешь рад нашей встрече.

— Вот именно, чувак, все-таки прошло семь или восемь лет с тех пор, как мы виделись в последний раз, — отмечает парень пониже. — А ты, походу, даже не вспоминал о нас.

— Э-э-э… — почесав затылок и нервно сглотнув, немного неуверенно произносит Эдвард. — Нет… Я… Я рад… Рад, что мы встретились. Правда. Классно, что мы встретились.

Пару секунд поколебавшись, Эдвард встает из-за стола и приветствует обоих парней с помощью неловкого рукопожатия, испытывая жуткий дискомфорт, но решая не начинать какие-либо скандалы.

— А мы зашли сюда перекусить и увидели знакомое лицо, — рассказывает парень пониже. — Подумали, понаблюдали издалека и охренели: « Да это же наш братик Эдвард! » Этот безмозглый сорвиголова, который просто обожал искать приключения на свою задницу.

— Вот как… — с легкой улыбкой удивляется Эдвард.

— Слышь, братец, а ты практически не изменился, — бодро отмечает другой парень. — Может, только стал еще больше походить на отца. Но в целом ты все такой же. Твоя милая мордашка так и не стала взрослее.

— Зато вы стали еще больше на Изабеллу, — дружелюбно говорит Эдвард. — Есть что-то от отца, но все же вы больше похожи на свою мать.

— Есть такое, — задумчиво отвечает парень повыше.

Как только он слышит имя Изабеллы, Терренс быстро встает и подходит к парням со словами:

— Изабелла? Вашу мать зовут Изабелла?

— Ну да, — пожимает плечами парень пониже. — Нашу маму зовут Изабелла Торн.

— Эй, Эдвард, а это случайно не… — хочет задумчиво спросить парень повыше, слегка нахмурившись и получше присмотревшись к Терренсу.

— Все правильно , братцы мои, — слегка улыбается Эдвард. — Это Терренс. Мой родной старший брат и ваш – единокровный.

— Че, правда? — с широко распахнутыми глазами удивляется парень пониже.

— Правда-правда, — уверенно кивает Эдвард. — Можете познакомиться со своим старшим братом. Самым старшим.

— Погоди, так это и есть наши братья, о которых отец так много говорил? — слегка теряется Терренс.

— Да, это они. — Эдвард сначала указывает на того парня, что пониже, а потом – на того, что повыше. — Познакомься, это Джереми. А это Уильям.

— Что ж, в таком случае я рад познакомиться с вами, — с легкой улыбкой дружелюбно отвечает Терренс.

— Мы тоже, — в разное время дружелюбно говорят Джереми и Уильям.

Не обращая внимания на чувство неловкости, Терренс дружелюбно приветствует Уильяма и Джереми, обменявшись с ними рукопожатием и легкой улыбкой.

— Наконец-то мы познакомились с нашим старшим братом! — бодро восклицает Уильям. — Должен признаться, мы были уверены , что если когда-нибудь и встретим его, то непременно увидим перед собой копию отца в молодом возрасте.

— И реально – перед нами стоит наш отец в молодости! — уверенно добавляет Джереми.

— Да, иногда дети бывают очень похожи на своих родителей, — со скромной улыбкой отвечает Терренс. — Вот я – один из таких. Все, кто видит нас с отцом, говорят, что мы – копия друг друга.

— Да и Эдвард тоже похож на папу, — задумчиво отмечает Уильям. — Сейчас – особенно сильно.

— Так уж получилось, — с невинной улыбкой разводит руками Эдвард.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой все четверо продолжают чувствовать себя неловко из-за столь неожиданной встречи, к которой никто не был готов.

— Должен признать, я чувствую себя как-то неловко… — немного неуверенно признается Терренс. — Я… Не думал, что когда-нибудь встречусь с детьми отца от второго брака.

— Мы тоже не думали, но очень много слышали о тебе, — дружелюбно отвечает Джереми. — Отец часто говорил с мамой про своих детей от первого брака. Точнее, про тебя. Ведь Эдвард-то жил с нами. Чего о нем говорить!

— А она всегда знала обо мне?

— Да, отец рассказывал матери про тебя.

— Мне кажется, Изабелла приняла бы и Терренса, потому что ко мне она всегда относилась неплохо, — выражает свое мнение Эдвард. — Хоть я и не могу назвать ее близкой себе, мы всегда хорошо ладили.

— Нет, Эдвард, мама всегда относилась к тебе очень хорошо, — уверенно отвечает Уильям. — Мы с Джереми ни разу не слышали от нее плохого слова про тебя или Терренса. Она до сих пор уважает вас обоих.

— Знаю, но я не чувствовал привязанности к семье.

— Отец много говорил об этом, — признается Джереми. — И считал, что тебе было одиноко в нашем доме.

— Ну… — Эдвард скрещивает руки на груди. — Может, если бы вы двое относились ко мне нормально, то я бы смог почувствовать себя лучше.

— Да ладно тебе, братец, мы же шутили ! — скромно хихикает Уильям. — Мы же были мелкие и мало что понимали!

— А сейчас у вас типа наступило прозрение, и вы внезапно прониклись ко мне любовью?

— По крайней мере, мы никогда не ненавидели тебя. И нисколько не презирали из-за того, что ты – не родной наш брат.

— О, это определенно радует.

Джереми и Уильям ничего не говорят и лишь издают тихие смешки, пока Терренс бросает взгляд на столик, за которым он сидел с Эдвардом.