Питер также пробует сдвинуть шкаф с места, но тоже не может это сделать.

— Может, вообще разломать его к чертовой матери? — предлагает Питер.

— Или попробовать сдвинуть его вместе? — выдвигает встречное предложение Даниэль.

— Идет! Бери с одной стороны, а я – с другой.

Даниэль хватается за один край шкафа, а Питер – за другой. После чего они несколько секунд мысленно настраиваются на то, чтобы хотя бы просто сдвинуть его с места.

— Готов? — спрашивает Даниэль.

— Да, — кивает Питер.

— Тогда вперед!

Питер и Даниэль пробуют вместе сдвинуть этот шкаф, прилагая как можно больше силы. И вскоре это приносит некоторые результаты, поскольку этот предмет немного смещается в сторону.

— Что-то получается… — произносит Питер.

— Он хлипкий, вот-вот разломается сам, — предупреждает Даниэль.

— Осторожно!

Только Даниэль и Питер еще немного сдвигают шкаф, как он начинает стремительно разваливаться. Парни кое-как успевают отскочить назад, чтобы эта огромная махина не свалилась им на голову. В итоге хлипкий шкаф полностью разваливается на несколько частей, которые с громким грохотом падают на пол. Из-за чего в воздух поднимается целый вихрь пыли, из-за которой они оба начинают тихо кашлять и сильно прищуриваться, но видят, что за шкафом и правда есть окно.

— Черт, сколько пыли… — сквозь кашель произносит Даниэль.

— Не только… — рукой отмахиваясь от пыли, произносит Питер. — Грязи тоже полно… Здесь не убирались лет двести…

— Надо валить из этого гадюшника. — Даниэль сначала чувствует, как у него в носу щекочет, а потом громко чихает с прикрытым рукой ртом. — А то у меня точно начнется аллергия на пыль.

— У меня она с детства. Поэтому я постоянно убираюсь в квартире.

— Зато у этого ублюдка ее явно нет.

— Что ж, мы на шаг ближе к свободе. Думаю, разбить это окно будет легкой задачей.

— И как раз есть то, что прекрасно подойдет. — Даниэль находит какую-то тяжелую деревянную палку в углу коридора и показывает ее Питеру, который в этот момент тихо шмыгает носом. — Один удар – и стеклу крышка!

— То, что нужно!

— Так, лучше отойди немного! А то вдруг осколки полетят в разные стороны…

Пока Питер ради своей же безопасности отходит назад, Даниэль настраивается на удар, встает в удобную позицию, держа палку обеими руками, а затем со всей силы бьет по стеклу. На нем мгновенно появляются трещины, а оно разбивается на кучу кусочков, которые в итоге падают на пол большой кучкой под оконной рамой.

— Неплохой удар, — одобрительно кивает Питер.

— Благодарю, — бросает Даниэль и отбрасывает палку в сторону. — Это намного проще, чем ломка дверей.

— Определенно… — Питер подходит поближе к оконной раме и пару секунд осматривает ее. — Ладно, валим отсюда! Только будь осторожнее. Не порежь руки об осколки и не наступи на них.

Питер взбирается на небольшой подоконник и осторожно встает на раму, крепко держась за нее и пытаясь случайно не пораниться. Даниэль делает все то же самое после того, как блондин уже спрыгивает вниз и стряхивает с себя какую-то грязь и пыль. Через пару мгновений брюнет тоже выпрыгивает через окно безо всяких последствий. Парни полной грудью вдыхают свежий, немного прохладный воздух, которого определенно не хватает в этом доме. А после этого они переглядываются между собой, поворачивают налево и замечают, что входная дверь заперта и завалена крупногабаритными вещами.

— Смотри, этот отморозок завалил вход мебелью! — восклицает Питер.

— Да, Уэйнрайт все спланировал… — отмечает Даниэль. — Только облажался с окнами, которые мы легко могли выбить. Хоть бы решетки поставил или что-то еще, раз решил организовать убийство.

— Теперь он может делать с ним что хочет.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Даниэль и Питер просто осматриваются вокруг. А в какой-то момент блондин замечает следы обуви на грязной земле, подходит к ним и опускается на корточки.

— Эй, здесь следы обуви! — восклицает Питер. — Причем очень свежие. Как будто кто-то проходил здесь недавно!

— Как будто это что-то нам даст, — закатывает глаза Даниэль, подходит к Питеру и наклоняется, чтобы получше рассмотреть следы. — Вон их как много!

— Нет-нет, эти следы помогут нам найти ребят!

— Ага, и где чей отпечаток?

— Ну, этот точно не принадлежит никому из нас! — Питер указывает на один из следов. — Скорее всего, это следы Уэйнрайта. Даже у гиппопотама нет таких лап.

— Эй, а этот, кажется, мой… — Даниэль наступает рядом с одним из следов, расположенный чуть дальше. — Точно! Они одинаковые ! Правда следы ведут в дом, а не из дома…

— А этот похож на след кроссовка, — задумчиво говорит Питер, рассматривая один из следов. — А они сейчас надеты только на Терренсе.

— Он походу сравнивал свой отпечаток с этим, — отвечает Даниэль и указывает на два следа, находящихся друг с другом, выглядящих по-разному, но по размеру почти одинаковы.

— Со следом Эдварда! У них ведь один размер обуви! — Питер, слегка нахмурившись, быстро поднимается и ставит ногу рядом с двумя отпечатками обуви. — Точно! У меня размер ноги поменьше.

— Ну а у меня будет больше . — Даниэль ставит ногу рядом уже с тремя отпечатками и по-доброму усмехается. — Слушай-ка, а неплохо получилось! Можно оставить еще и отпечатки своих рук. Считай, что на Аллее Славы побывали и увековечили наши руки и ноги.

— Начинаю узнавать прежнего тебя, — тихонько хихикает Питер. — Вот теперь можно поверить, что ты вернулся.

— Разве допрос с пристрастием не заставил поверить?

— Заставил . Но твои шуточки – еще одно прекрасное доказательство. С отшибленной памятью ты бы ни за что не смог сказать нормальную шутку.

— Еще одна причина, почему я не чувствовал себя собой.

— Ох, ладно, шут гороховый, оставим шуточки на потом. — Питер быстро прочищает горло. — Значит, нам надо проследить путь эти двух отпечатков. Так мы сумеем найти МакКлайфов. Я уверен, что они вместе. Кто-то из них точно побежал за кем-то.

— Ладно, Шерлок, давай попробуем, — устало отвечает Даниэль и взглядом прослеживает то, куда направлены отпечатки от обуви Эдварда и Терренса и видит, что они заканчиваются у ворот. — Но если Уэйнрайт и ворота запер, то нам придется перелезать через них. МакКлайфы, походу, так и поступили, судя по тому, что их следы ведут сначала к воротам, а потом – к каменной стене.

— Вот поэтому я сразу буду перелезать через стену, — уверенно отвечает Питер. — Уверен, что ворота заперты снаружи, и мы не сможем их открыть.

Питер быстрым шагом подходит к каменной стене и пытается взобраться наверх, внимательно проверяя каждый камень, за который цепляется. Даниэль тоже решает не терять время и сразу перелезать через ворота, хотя совсем не восторге от того, что ему придется это делать. И если Роуз довольно легко взбирается наверх и ждет своего приятеля, усевшись на забор, то Перкинсу приходится сложнее. Стоит ему взобраться немного выше, то с одного из камней соскользает его нога, а его резко тянет вниз, и он падает вниз прямо на локти.

— Ай! — сильно морщится Даниэль, почувствовав, как боль в локтях отдает буквально в каждую часть тела. — Больно! Сука… Приземлился… Лучше бы на задницу упал… Посадка была бы куда мягче…

— Прости, у меня нет с собой подушки! — восседая наверху забора, со смешком громко говорит Питер.

— Ты еще и поиздеваться решил?

— Ни в коем случае! Просто подбадриваю !

— Лучше бы взобраться помог, чем сидеть там и ржать!

— Давай-давай, приятель, затыкайся, вставай и забирайся, — весело подбадривает Питер. — А грохнешься еще раз – ничего страшного. Немного подкачаешь свой зад.

— Из нас четверых у меня самая красивая и крепкая задница!

— А руки слабее, чем у девчонки.

— Ар-р-р, заткнись, придурок, а иначе я придушу тебя, — раздраженно рычит Даниэль. — Не беси меня так, как МакКлайфы бесят друг друга!