— У Перкинса сейчас другие заботы. Вряд ли его заботит то, что происходит между Эдвардом и Наталией. А может, просто забыл, кто знает…

— Девочки, а вы знайте, что я обиделась на вас обеих? — надувает губы Анна, поставив свою чашку на столик и скрестив руки на груди. — Неужели было так трудно позвонить мне или отправить сообщение ?

— Прости, пожалуйста, подружка, — скромно улыбается Наталия, погладив Анну по плечу. — Я правда хотела тебе рассказать, но у меня не было времени. Все эти дни я провела с Эдвардом.

— Да, Анна, не обижайся, пожалуйста, — мягко просит Ракель, виновато смотря на Анну. — Ты же прекрасно знаешь, что я была занята съемками.

— Ну… — задумчиво произносит Анна, замолкает на пару секунд и скромно улыбается. — Ладно, девочки, все в порядке. На этот раз я вас прощаю. Только запомните, я хочу узнавать обо всем сразу же, а не последней. И не от третьих лиц!

— Обещаю, милая, мы больше не будем сообщать тебе обо всем в последнюю очередь.

— Да, ты будешь первой узнавать обо всем, — уверенно добавляет Наталия. — Раз ты наша подружка, то мы должны делиться всеми секретами и рассказывать все, что с нами происходит.

— Ладно-ладно, я верю вам, — приподнимает руки Анна. — Но чтобы это был последний раз. А иначе я и сама не буду ничего вам рассказывать.

— Последний, дорогая, торжественно клянемся!

— Ладно. — Анна замолкает на пару секунд и переводит взгляд на Наталию, начав угрожать ей пальцем. — Только ты, Наталия, обязана рассказать нам о том, как вы с Эдвардом пришли к этому решению.

— А что там рассказывать? — удивленно интересуется Наталия. — Просто встретились случайно, поговорили, поцеловались на « прощание » и в итоге поняли, что не хотим прощаться. Ну а потом наступил счастливый конец, о котором я так мечтала.

— Что? — с широкой улыбкой распахивает глаза Анна. — Вы поцеловались на прощание?

— Да, но это была идея Эдварда, — скромно улыбается Наталия. — Когда мы хотели попрощаться после того, как решили расстаться, он предложил сделать это красиво и поцеловаться в последний раз. Ну а я была только рада этому и с радостью согласилась. Не показала, что умерла бы ради того, чтобы он поцеловал меня, но дала понять, что позволю это сделать.

— И судя по твоей широкой улыбке, этот поцелуй удался на славу.

— Еще как! Я начала дрожать в приятном смысле уже до того, как Эдвард едва дотронулся до моего лица рукой. И тогда я поняла, что все еще испытываю к нему невероятно сильные чувства. Для меня этот поцелуй был совсем не тягость. Я с удовольствием целовала этого человека.

— Да, только прощание не состоялась, а поцелуй оказался не последним, — бодро отмечает Ракель, берет свою чашку кофе и выпивает немного.

— Я бы точно не пережила прощания. Мне было очень больно, когда Эдвард едва заговорил о том, что нам лучше расстаться и дать друг другу свободу. Но оказалось, что он скрывал свои чувства из страха, неуверенности и мысли, что я больше не хочу быть с ним. Хотя на самом деле я была готова простить ему что угодно , лишь бы он вернулся ко мне. Мне было совсем не до гордости и обид.

— Ах, подружка… — с легкой улыбкой качает головой Анна, одергивая вниз свою нежно-голубую толстовку с длинными рукавами. — Для нас никогда не было секретом, что ты по уши влюблена в братика жениха нашей Ракель.

— А я никогда и не отрицала этого, — с невинной улыбкой пожимает плечами Наталия. — Я всегда открыто говорила, что безумно сильно люблю Эдварда. Даже когда я оскорбляла его и не хотела и слышать имени этого человека, мое сердце все равно принадлежало только ему.

— На этот раз ты влюбилась очень серьезно, — отмечает Ракель. — Раньше ты намного легче справлялась с расставанием и быстрее оказывалась готовой к новым отношениям. Но в случае с Эдвардом все совсем иначе .

— Ты права. Я и правда слишком сильно люблю этого мужчину и не хочу его терять. И я больше не допущу таких ужасных ошибок. Никому не отдам Эдварда – ни какой другой девке. Он только мой и больше ничей!

— Поверь мне, Эдвард и сам не потерпит другого мужчину рядом с тобой. Он в клочья разорвет любого, кто положит на тебя глаз.

— Эдвард знает, что мне не нужен никто, кроме него. Уж я-то никогда не скрывала и не собираюсь скрывать свою любовь к нему. — Наталия с загадочной улыбкой переводит взгляд на Ракель. — В отличие от некоторых.

— Что? — округляет глаза Ракель.

— А то ты не знаешь, дорогая моя.

— Прости, но я не понимаю тебя.

— Зато я понимаю, — хитро улыбается Анна. — Наталия скорее всего имеет в виду тот факт, что ты до последнего отрицала то, что любила Терренса в тот момент, когда ты хотела расстаться с ним.

— Точно! — щелкает пальцами руки Наталия. — Именно это я и хочу сказать! Кэмерон всегда делала вид, что ей чихать на МакКлайфа. Но мы-то с тобой не слепые, и нас не проведешь… Мы прекрасно видели, что она на самом деле сохла по своему двухметровому красавчику.

— Ах, девочки… — устало вздыхает Ракель, выпив немного кофе из своей чашки. — Я говорила так, потому что хотела не передумать, даже если пройдет время.

— Но любовь все-таки победила , — уверенно отмечает Анна, съедает пару печенек и запивает их горячим какао. — И правильно сделала! Конечно, МакКлайф не так идеален, как ему кажется, но все же он классный человек.

— Да уж, — соглашается Наталия. — Он ведь так сильно любит тебя. А ты, дурочка, едва не упустила такого шикарного мужика!

— Знаю-знаю, признаю и каюсь, — приподнимает свободную руку Ракель. — Но слава богу, теперь это уже в прошлом, и мы с МакКлайфом живем намного лучше, чем мне бы хотелось. Да еще и скоро поженимся.

В воздухе воцаряется пауза, поскольку все девушки выпивают немного из своих бокалов и съедают немного кусочков печенья без какой-либо начинки.

— Так-так, Наталия, ты давай не уходи от темы! — тараторит Анна. — Выкладывай абсолютно все.

— Господи, да что ты хочешь услышать? — громче удивляется Наталия. — Я уже рассказала, как мы с Эдвардом помирились! Что еще от меня требуется?

— Рассказать это во всех подробностях! Мне мало краткого пересказа! Я хочу знать все !

— Сеймур!

— Что Сеймур! — Анна легонько пихает Наталию в бок. — Давай, Рочестер, колись! А иначе я от тебя не отстану! Кто первый понял, что не хочет расставаться? Как произошло ваше примирение? И все-все-все!

— Ох… К этому решению мы пришли одновременно. И мы даже сказали одно и тоже, когда вернулись друг к другу для того, чтобы попросить о еще одном шансе для наших отношений.

— М-м-м, уже что-то! — с загадочной улыбкой отвечает Анна. — Продолжай, подруга, продолжай.

— Я разрыдалась, позволив чувствам выйти наружу, умоляла его остаться… Он поклялся, что не бросит меня… Мы еще раз все обсудили, раскрыли свои настоящие чувства… Решили прогуляться немного… Правда, мы сделали это позже. Потому что, во-первых, я чуть не грохнулась с мостика в воду, а во-вторых, мы с Эдвардом попросили друг у друга прощения и подтвердили его еще одним незабываемым поцелуем.

— Ух ты, как здорово! — широко улыбается Анна.

— Ну а уже потом погуляли немного и пошли ко мне домой… Я как гостеприимная хозяйка угостила его кофе и всякими сладостями. Эдвард, конечно, мог остаться ночевать, но он постеснялся и сказал, что пока не поговорит с моими родителями, у него нет права бывать у меня дома.

— Ах, как мило… Боже мой!

— Слушай, Анна, мне кажется, что ты какая-то слишком радостная. Неужели так на тебя влияет кружка горячего какао?

— Скорее мужчина, который считает себя не менее неотразимым и уникальным, чем Терренс, — по-доброму хихикает Ракель и выпивает немного кофе из своей чашки.

— А у меня нет причин грустить! — со скромной улыбкой пожимает плечами Анна. — У меня есть замечательный возлюбленный, который заставляет меня чувствовать королевой… Мой отец совсем не против наших отношений и часто навещает меня или звонит… У моих подруг все хорошо, у моего мужчины тоже… Жизнь прекрасна!