Но в последующих записях написано, что развод все-таки не состоялся, поскольку Маркус понял это и уговорил Джулию не делать этого. По ее словам, не было каких-то намеков на то, что мужчина раскаялся в своих обвинениях и признал, что был неправ. Однако она все равно решила поверить ему и дала шанс. Правда сделала это не сколько ради какой-то любви, а из страха за себя, решив, что попытка уйти от мужа могла стать для нее роковой и положить конец ее короткой на тот момент жизни.

«Дорогой дневник, на свой страх и риск я сегодня решилась расспросить Маркуса о происхождении крови на его одежде и всех тех вещах, которые я нашла у него в карманах. На это меня сподвиг просмотр очередного репортажа про обнаружение нескольких трупов в разных частях города. И тот факт, что мой муж стал очень сильно задерживаться и приходить домой едва ли не глубокой ночью. Он и раньше задерживался, но теперь мне приходилось ложиться спать без него. А однажды проснулась из-за шума в коридоре, посмотрела на часы, увидела, что время уже почти шесть утра, и удивилась, когда Маркус зашел в комнату в уличной одежде и начал извиняться за позднее возвращение. Мои подозрения с каждым днем все крепли, и я начала догадываться, что муж имеет какое-то отношение ко всем тем убийствам.

Поначалу Маркус всеми правдами-неправдами изворачивался, но потом он все-таки признал, что это его рук дело, повергнув меня в неописуемый шок. Я, конечно, знала, что мой муж неидеален, но никогда не думала, что он будет убивать людей просто так. Просто потому, что ему это нравится. Он говорит, что таким образом вымещает злость, которую копил годами из-за ужасного обращения своего отца. Маркус признался, что бывали моменты, когда он мечтал убить Роланда. Мечтал о его долгой и мучительной смерти. Муж сказал, что когда однажды задушил какую-то кошку в далеком детстве, то ему понравились те ощущения, и они стали для него словно наркотик, который он хотел пробовать снова и снова.

Я сразу поняла, что Маркус ни капельки не жалел обо всех убийствах. Но меня муж пытался переубедить в обратном. Мол, он все понимает, но не может остановиться. Понимает, что поступает некрасиво, и клянется покончить с этой привычкой. По крайней мере ради меня. Якобы я побуждаю его быть лучше и осознавать свои ошибки. Правда после всех тех откровений, о которых мне страшно даже писать здесь, я уже не верила ни единому его слову и пожалела о том, что связалась с этим человеком. С кровожадным убийцей, который лишил жизни огромное количество людей. По его личному признанию, на данный момент уже насчитывается больше ста жертв, которых он убивает с подростковых лет. Просто тогда он делал это редко, а теперь – каждый день. Кого-то нашли и опознали, а кто-то до сих пор считается без вести пропавшим. И самое ужасное, что среди них есть и пара моих коллег, которым не повезло попасться ему под горячую руку.»

— До сих пор не укладывается в голове, что один человек мог убить такое количество людей, — качает головой Питер. — И это еще согласно официальным данным. А ведь реальное количество жертв куда больше. Сравнимо с количеством погибших в каком-нибудь теракте.

«Хоть Маркус клялся, что ни за что не убьет меня, с того дня я жила словно в аду. Каждый божий день я просыпаюсь и благодарю Бога за то, что еще жива. Прошу Его подсказать мне решение этой проблемы. Дать мне решимости на какие-то действия. Я так боюсь за свою жизнь, что ничего не говорю ни однокурсникам, ни коллегам. Скрываю, что знаю имя убийцы, и прихожу в ужас после каждой новости о новых жертвах и истории знакомых о том, как они кого-то потеряли. Но как ни странно, Маркус ни разу не требовал держать рот на замке и не грозил убить за лишнее слово. Я сама решила молчать. Сама покрываю его и… Фактически являюсь соучастницей в глазах правосудия. Полиция теоретически может меня арестовать и дать срок. Но ничего не происходит, ибо никто не мог доказать вину Маркуса. Хм… Наверное, он уверен, что я побоюсь раскрыть рот, и поэтому ведет себя спокойно.

Он перестал обвинять меня в измене и контролировать, что я делаю и во сколько прихожу домой. Потому что Маркус продолжает убивать людей. Он слишком этим увлечен. Так увлечен, что мы стали гораздо реже проводить время вместе. Гораздо реже куда-то выбирались. Я предлагала, но муж говорил, что у него дела. И тогда я все понимала. Понимала, какие у него дела. Дело не в романе на стороне, а в желании убивать и рушить жизни невинных людей. В желании как бы мстить им за те методы воспитания, которые в свое время избрал Роланд. Я не заставляю его одуматься и просто смирилась со своей участью. Решила, что раз уж я решила пойти против матери и сбежать с Маркусом, то мне теперь и придется расплачиваться за это. Я рада хотя бы тому, что муж не следит за мной и все-таки продолжает работать и приносить в дом деньги, днем изображая из себя добропорядочного человека, а ночью выходя на так называемую охоту за теми, кто не родился под счастливой звездой.»

— А ведь эта женщина права… — задумчиво произносит Питер. — Если Джулия знала обо всех его преступлениях, то она фактически была сообщницей и запросто могла пойти под статью. Она должна была сдать Маркуса, но из страха за свою жизнь решила его покрывать.

Питер лишь мельком пробегается глазами по некоторым записям, в которых рассказывается все о тех же убийствах, заметив, что хоть Джулия и знала о них, но Маркус никогда не посвящал ее в подробности: ни кого убил, ни как, ни где, ни когда. Она лишь была в курсе самого факта и даже при огромном желании не смогла бы помочь полиции в поисках убитых и каких-либо доказательствах вины ее мужа в поражающих своей жестокостью преступлениях.

«У меня окончательно пропала надежда на то, что Маркус исправится. Он клянется покончить с этим лишь на словах, но ничего не меняется, а количество убитых растет в геометрической прогрессии. Мой муж продолжает калечить жизни невинным людям и причинять боль тем, кто сейчас страдает от потери близких. Ах, я бы с радостью ушла от этого человека, чья жестокость начинает меня пугать все больше с каждым днем. Но я очень боюсь за свою жизнь. Боюсь, что Маркус не простит мне этого и убьет. Я совсем не хочу умирать. Я хочу жить. Жить как можно дольше.

К тому же, дорогой дневник, у меня появилась на то веская причина. Недавно я ходила ко врачу, поскольку начала плохо себя чувствовать, и он сообщил мне радостную новость. Я жду ребенка. Во мне зарождается жизнь. Жизнь маленького человека, с которым мне так не терпится встретиться. Родить малыша всегда было моей заветной мечтой, и я безмерно счастлива, что она сбылась. Осталось всего несколько месяцев до рождения моего маленького чуда, которого я уже люблю.»

На лице Питера невольно проскальзывает легкая улыбка, пока он читает последние слова.

«Правда меня не совсем обрадовало реакция Маркуса на мою беременность. Когда я рассказал ему об этом, он не улыбался, не радовался, не выглядел счастливым, не говорил, что это и его мечта. Мой муж отреагировал на новость с абсолютным равнодушием. Я не увидела никакого блеска в его глазах. Не видела никакой заинтересованности со стороны этого мужчины. В какой-то момент Маркус и вовсе заперся в комнате со словами, что ему нужно побыть одному. Я не стала его беспокоить и всю ночь проплакала в туалете. Мне стало до безумия обидно. Обидно, что отец моего малыша – человек, которого я на самом деле никогда не любила. Впрочем, на следующее утро Маркус подошел ко мне, извинился и сказал, что просто был в шоке и не знал, как реагировать. Хотя по мне беременность не была такой уж неожиданной. Ведь мы состоим в браке уже несколько лет, а люди начали задавать нам все больше вопросов о детях. Почему этого не случилось раньше? Так получилось! Из-за всех этих проблем у нас практически не было близости, а вот недавно все и произошло. Точнее, я просто позволила Маркусу заняться со мной любовью. Результатом которой стало известие о скором рождении ребенка.