Все эти действия Терренса заставляют Ракель тихонько постанывать и тяжело дышать, напрочь забыв о желании заснуть. А в какой-то момент она откидывает голову назад, понимая, как сильно дрожит ее тело, пока кончики пальцев мужчины ласкают ее переднюю часть шеи, теплая крепкая рука продолжает массировать ей грудь, а губы нежно целуют плечи.

— Тише-тише, милая, не рыпайся, — с хитрой улыбкой шепчет Ракель на ухо Терренс и покрывает поцелуями переднюю часть ее шеи, пока его свободная рука опускается на ее бедра и уверенно ласкает внутреннюю его часть, понимая, как сильно вздрагивает довольно горячее тело девушки, и слыша ее чувственные стоны. — Вот так, хорошая девочка… Умница…

— Пожалуйста, Терренс… — дрожащим голосом тихо произносит Ракель. — Терренс…

— Ар-р-р, какая же ты привлекательная и сексуальная, крошка. Еще никто не заводил меня так сильно, как ты.

Терренс резко валит Ракель на кровать и с громким, частым дыханием жадно целует ее в губы, чувствуя бешеное сердцебиение, что буквально стучит по его вискам, пальцами крепко вцепившись в волосы у нее на макушке, запустив свободную руку ей под платье, нащупав мягкие на ощупь трусики, проскользнув в них и уверенно стимулирует ее клитор. Из-за чего девушка издает более громкие стоны и напрягает бедра, понимая, что от одного только прикосновения пальца к этой чувствительной зоне ее бросает в жар.

— Ну что, красотка, проснулась? — с хитрой улыбкой интересуется Терренс и оставляет несколько поцелуев на всех частях шеи Ракель, которая крепко сжимает руками одеяло с мыслью, что это поможет ей контролировать огромный поток эмоций. — Вот и замечательно!

— Ненавижу тебя, скотина… — томно выдыхает Ракель. — За то, что ты умеешь сначала резко расслабить… А потом довести до безумия… До сердечного приступа…

— Давай-давай, малышка, разозлись. Давай… Ты становишься такой сексуальной, когда приходишь в бешенство. Так и хочется завалить тебя на кровать и жестко оттрахать.

— А-р-р-р… — Ракель, очень тяжело дыша, выгибает спину, когда одна рука Терренса еще больше задирает ей платье, доходит до ее оголенного живота и нежно гладит его, а вторая гладит ее идеально гладкие ноги. — Мразь… Что б тебя…

— Хочешь, чтобы я разорвал это платье к чертовой матери и добрался до того, что под ним скрыто?

— Сейчас я, сука, доберусь до того, что находится в твоих чертовых джинсах!

Только Ракель собирается встать, как Терренс мгновенно ее одергивает и, крепко взяв ее за горло, с хитрой, широкой улыбкой приближает свое лицо очень близко к ее лицу.

— Тс-с-с… — шикает Терренс. — Не вздумай рыпаться, сучка…

— Хочешь, чтобы я врезала по твоей наглой роже?

— У тебя еще будет шанс поработать своими ручками и ротиком. Сделать все, чтобы моему члену было хорошо.

— Заткнись, ублюдок! — негромко рычит Ракель, чувствуя, как каждая клеточка ее тела сильно напряжена. — Пошел ты к черту! Я ничего не буду для тебя делать!

— Ну это мы еще посмотрим. Посмотрим, как ты запоешь, когда я хорошенько приструню тебя. И научу слушаться своего повелителя.

Тяжело дышащий Терренс резко впивается в губы Ракель, крепко схватив ее руки и вжав их в подушку, когда она пытается положить их ему на спину. Он действует грубо, с напором, покусывает и облизывает обе ее губы и ласкает ей рот с помощью языка, делая это настолько умело, что девушка невольно издает тихий стон и отвечает ему тем же. После нескольких волнительных поцелуев и легких укусов на шее, на которой он также оставляет пару влажных дорожек, ключицах и груди, мужчина еще больше задирает платье девушки, пользуясь тем, что она слегка приподнимает нижнюю часть тела. Теплые мужские руки уверенно скользят по оголенной талии и бедрам, а его губы начинают с особым удовольствием покрывать поцелуями ее живот.

Ракель широко улыбается с прикрытыми глазами и обеими руками крепко вцепляется в подушку, довольно тяжело дыша и понимая, что бешеное сердцебиение отдается эхом в ее виски. Впрочем, Терренс и сам едва может дышать и едва понимает, что происходит вокруг него, будучи одурманенным головокружительным запахом этой темноволосой красавицы, чье податливое и горячее тело сразу же отзывается на любые его ласки и поцелуи.

— Ах, хороша чертовка! — с наслаждением низким, слегка охрипшим голосом произносит Терренс, пока его руки продолжают ласкать изгибы талии Ракель, а его губы – покрывать поцелуями нижнюю часть ее живота. — Невероятно сексапильная…

— Я хочу тебя… — с громким придыханием произносит Ракель и чувственно стонет. — Возьми меня, Терренс… Пожалуйста…

— С огромным удовольствием, детка. Я покажу тебе все, что умеет Терренс МакКлайф. Все, ради чего любая девчонка душу бы продала дьяволу.

Терренс подкладывает руку под спину Ракель и поднимает ее с целью избавить от черного платья, которое не дает ему добраться до обнаженного тела, что приводит его в восторг. Но как только его руки берутся за края юбки, а губы оставляют поцелуй на каждой части ее лица, они оба слышат мужской голос, раздающийся на первом этаже:

— Эдвард! Здорово, приятель! Рад тебя видеть!

Это заставляет Терренса и Ракель резко отстраниться и мгновенно протрезветь. Они начинают внимательно прислушиваться к звукам, что раздаются в гостиной, и слышат громкий хлопок ладоней, говорящий о том, что кто-то кого-то приветствует.

— Привет, Бен, давно не виделись! — раздается бодрый голос Эдварда. — Выглядишь очень счастливым.

— Да ты сам излучаешь свет и радость, — уверенно отвечает Бенджамин. — Прямо-таки ходячий позитив!

— Говоришь как мой братец. Он обожает эту фразу.

— Однако попал в точку. — Бенджамин замолкает на секунду. — О, привет, Наталия! Давно не встречались.

— Привет, Бен, — дружелюбно отвечает Наталия. — Рада тебя видеть.

— Надо же какая ты сегодня красотка! Оделась прямо как невеста! Да и МакКлайф тоже принарядился как жених.

— Может быть… Может быть… Кстати, ты и правда выглядишь очень счастливым.

— А мне не на что жаловаться! Моя жизнь просто замечательная, и я всем доволен.

— Почему что мы с тобой встречаемся? — раздается голос Блер.

— Конечно, радость моя. Я – самый счастливый мужчина на свете, потому что встретил такую потрясающую девушку.

— Мы видим, — скромно говорит Наталия.

— Да, а куда подевался мой любимый братик? — интересуется Эдвард. — Что-то я его здесь не вижу…

— А куда пропала моя лучшая подружка?

— Да эти голубки наверху, — уверенно отвечает Бенджамин. — У них там сейчас страсти, походу, кипят. Наверное решили заняться быстрым сексом перед вашим приходом.

— О, так значит, мы с блондиночкой зря торопились! — ухмыляется Эдвард. — Хоть Терренс по телефону и выразил недовольство по поводу того, что мы еще не явились, уверен, что при виде Ракель у него это вообще вылетело из головы.

— Да уж, Кэмерон умеет вскружить голову МакКлайфу-старшему, — скромно хихикает Наталия. — Только и делает, что подбирает слюни, когда видит ее.

— Ой, да не беспокойтесь, ребятки! — восклицает Бенджамин. — Сейчас они услышат наш разговор и как миленькие придут сюда.

— Высматривайте их у тех перил на втором этаже, — уверенно говорит Эдвард. — Это любимое место нашей любимой парочки, от которой страсть так и прет.

— Там очень хороший обзор на всю гостиную, — скромно отмечает Блер.

— Поэтому они и любят стоять там и наблюдать за нами.

— Так что советуем вам, ребятки, смотреть туда и ждать их появления, — уверенно говорит Наталия.

Вся компания скромно хихикает, а потом они начинают говорить гораздо тише. Из-за чего немного протрезвевшие, но все еще немного красные, тяжело дышащие и вспотевшие Терренс и Ракель уже не могут услышать их.

— Что ж, пора закругляться, — задумчиво говорит Ракель, поправляя свои волосы.

— А Эдвард не соврал, когда сказал, что будет здесь вовремя, — щелкает пальцами Терренс. — Немного приструнил этого спиногрыза – и он приехал как миленький.