— Нет, не надо, не делайте этого! — со слезами громко и отчаянно умоляет Лилиан и тихо шмыгает носом. — Пожалуйста, хотя бы пощадите мою дочку! Ради бога, Норман, Джулиан…

— Уже слишком поздно строить из себя кротких овечек, Лилиан, — уверенно отвечает Норман, крепко сжав в руках пистолет. — Тебе не удастся заболтать меня и моего сына в надежде спасти свою жалкую дочурку и этого безмозглого дебила Максимилиана.

— Умоляю, не убивайте нас! — со слезами на глазах сильно дрожащим голосом умоляет Анна. — Давайте забудем обо всем и простим друг друга!

— Ха, ты смеешься? — презрительно усмехается Норман. — Кому ты это предлагаешь? Нам, Поттерам?

— Клянусь, мы с родителями не пойдем в полицию и ни в чем вас не обвиним, если вы ничего нам не сделайте.

— А вы уже были там! Точнее, твои мамаша с папашей были! Когда пытались заявить на моего сына. Обвинить его в издевательствах над тобой. Однако Лилиан и Максимилиан попали к моему старому приятелю, который развернул их, обосновав свое решение отсутствием каких-либо улик и показаний самой пострадавшей, и тут же все мне доложил.

— А после этого ты послал своего сыночка избить мою дочь до полусмерти! — сжимая руки в кулаки, грубо говорит Максимилиан.

— Нет, Макс, я не посылал Джулиана избивать твою дочь. Даже скажу больше, я никогда не просил его дубасить Анну. Это была уже его инициатива.

— И ты одобрил его выходки и не сделал НИЧЕГО для того, чтобы прекратить издевательства над Анной!

— Джулиан поступал так, как считал нужным. Если он посчитал, что нужно было дать Анне по морде и треснуть ее башкой об асфальт, значит, она перед ним провинилась.

— СУКА! Убил бы тебя, если бы раньше знал, что ты окажешься такой тварью! Я бы наплевал на то, что говорили мои родители, теща и зять, и защитил бы жену и дочь!

— Уже слишком поздно, Максимилиан, — уверенно отвечает Джулиан. — Вы не сможете стать героем для Лилиан и Анны. Как и тот жалкий голодранец, с которым сбежала эта глупая гусыня. Но который решил спасти ее с надеждой, что она простит его.

— Тот парень не притворяется и остается тем, кто он есть! — уверенно заявляет Лилиан. — Он в десятки раз лучше тебя и никогда не делал с моей дочерью то, что делал ты! С ним Анна была очень счастлива . Была той позитивной и жизнерадостной девочкой, какой мы все ее знали.

— Однако тот нищеброд все-таки бросил твою дочурку, — уверенно отвечает Норман. — Забыл он про твою любимую Анну и нашел себе бабу получше.

— Ложь, он не забыл про нее! — сухо возражает Максимилиан. — И больше всего на свете мечтает о том, чтобы моя дочь простила его!

— Тот голодранец может столько угодно спасать твою дочурку и говорить, что он любит ее. Но это ничего не изменит.

— Да, на что он рассчитывал, когда приперся спасать ее вместе со своими дружками? — ехидно улыбается Джулиан. — В тот момент, когда я воспитывал эту безмозглую пигалицу!

— И мы с Максимилианом безмерно благодарны ему за то, что он спас нашу дочь от смерти!

— Жаль, что эти парни не избили тебя до полусмерти! — грубо бросает Максимилиан. — Я бы с удовольствием посмотрел на то, как ты катаешься по земле от боли и орешь.

— Ха, да если этот ублюдок еще раз встанет у меня на пути, я грохну его собственными руками! НА ЭТОТ РАЗ Я НЕ ДАМ ЭТОМУ МУДАКУ ОТДУБАСИТЬ МЕНЯ! Я УБЬЮ ЕГО! УБЬЮ!

— А ты думаешь, он так сдастся? — удивляется Лилиан. — Он сам не сдастся, и друзья будут стоять за него горой.

— С этими тварями я тоже расквитаюсь, если они посмеют вмешаться. И их вонючую псину убью! А надо будет, я и до их баб доберусь!

— Но увы, вы уже этого не увидите, — злостно смеется Норман. — Потому что вы сдохните. Сегодня.

— Сначала поймайте нас, ублюдки, — злостно усмехается Максимилиан. — Я и сам не сдамся, и не позволю сделать это и Лилиан с Анной.

— А никто не будет уговаривать тебя и твою семейку сдаться. Убийцы не требуют у жертв разрешение на убийство.

Норман снимает пистолет с предохранителя и уверенно направляет его на Максимилиана, пока Анна и Лилиан вскрикивают с ошарашенными глазами и закрывают рты руками.

— Нет! — отчаянно вскрикивает Анна. — Не трогайте моего отца!

— Ради бога, Норман, не делай это! — душераздирающе умоляет Лилиан.

— Джулиан, займись этими курицами, а я возьму этого идиота на себя, — командует Норман, держа пистолет направленным на Максимилиана.

— Только попробуй приблизиться к ним, сволочь! — рявкает Максимилиан. — Я ВАМ ГЛОТКИ ПЕРЕГРЫЗУ!

Максимилиан снова предпринимает попытку напасть на Джулиана, резко схватив его за шиворот и под крики Лилиан и Анны повалив на пол. Из-за чего Поттер-младший ударяется щекой об угол журнального столика и морщится от сильной боли. В этот момент единственный мужчина из семьи Сеймур подходит к дочери и бывшей супруге и крепко приобнимает обеих.

— Не бойтесь, все будет хорошо, — уверенно говорит Максимилиан. — Они ничего вам не сделают.

— ОТОШЕЛ ОТ НИХ! — рявкает Норман, держа пистолет направленным на Максимилиана. — Тебе и этим двум гусыням уже ничего не поможет.

— Пожалуйста, остановитесь! — громко, с еще большим отчаянием умоляет Анна.

— Блять, отец, да хватит уже сюсюкаться с ними! — раздраженно говорит Джулиан, поднявшись на ноги. — Просто стреляй в этого идиота и этих двух ревущих куриц!

— Ты как всегда прав, сынок! — презренно усмехается Норман. — Умный. Весь в меня.

Норман снова направляет пистолет в сторону Максимилиана, Лилиан и Анны и злостно улыбается, пока женщины с горькими слезами прижимают как можно ближе к мужчине, что держится поразительно уверенно и решительно настроен защищать свою семью до конца.

— Скажите друг другу « прощай », — сквозь громкий и злорадный смех вскрикивает Норман. — Это последние секунды вашей жизни.

Джулиан самодовольно улыбается во весь рот и с гордо поднятой головой наблюдает за тем, как Норман собирается нажать на курок и выстрелить в Максимилиана. Но в этот момент к лестнице с гордо поднятой головой подходит Даниэль, преодолевает пару ступенек и, держась за перила, громко дает о себе знать:

— Это последние секунды вашей беззаботной жизни!

Пока Анна, Максимилиан и Лилиан с облегчением выдыхают, Джулиан же мгновенно зеленеет от злости и, обнажая свой презренный оскал, рычит как агрессивный пес.

— ЧТО? — выкрикивает Джулиан. — СНОВА ТЫ ?

— Что, не ждал меня, ублюдок? — ехидно усмехается Даниэль и начинает уверенно спускаться вниз по лестнице, удерживая полный ненависти взгляд на Джулиане. — Я же говорил, что мы еще встретимся.

— А это что еще за чмо? — приходит в бешенство Норман. — ОТКУДА ОН ВЗЯЛСЯ? ЧТО ЭТО ЗА МУДАК, КОТОРЫЙ ПОСМЕЛ ИСПОРТИТЬ МОИ ПЛАНЫ?

— А это, папочка, тот самый голодранец, который украл у меня эту безмозглую пигалицу, — низким, грубым голосом сообщает Джулиан.

— Безмозглый здесь только ты и твой папаша, — грубо бросает Даниэль. — С которыми эта девушка чудом не породнилась.

— Ха! — презренно усмехается Норман. — Так значит, ты и есть тот самый голодранец, на которого запала эта девчонка?

Норман с гордым, надменным видом подходит поближе к Даниэлю и с отвращением рассматривает его с головы до ног.

— Гляди-ка… И правда жалкий чмошник в шмотках из секонд-хэнда!

— Вы это говорите про себя и своего сыночка? — презренно усмехается Даниэль, скрестив руки на груди. — Два ублюдка, которым самое место в тюрьме или психушке!

— ЧТО ТЫ ЗДЕСЬ ЗАБЫЛ, МУДАК? — во весь голос вскрикивает Джулиан, размахивая руками. — КАКОГО ХЕРА ПРИПЕРСЯ СЮДА?

— В прошлый раз я еще с тобой не закончил. А я очень не люблю оставлять дела незавершенными.

— Неужели Сеймуры взяли тебя личным телохранителем на постоянной основе? Раз ты, сука, ПОСЕЛИЛСЯ С НИМИ!

— Я готов хоть целыми сутками находиться рядом с Анной и ее родителями, — низким голосом заявляет Даниэль. — Лишь бы ни один из вас не причинил им вред.