Бросив короткий взгляд на чашку в руках, Питер резким движением решительно выливает все ее содержимое на лежащий рядом с диваном небольшой ковер и с грохотом ставит ее на столик.

— Да, он хороший, но ахереть какой провальный.

— Ты испортил мне ковер, — спокойно говорит Маркус. — Мне теперь придется два часа его отстирывать или платить деньги за профессиональную чистку.

— Нет, моей банковской карточкой воспользоваться нельзя. И никакие чеки я вам выписывать не буду.

— Ладно, ты меня раскусил! — приподнимает руки перед собой Маркус. — Все должно было произойти благодаря одному очень смертельному яду, который действует медленно. При принятии маленькой дозы тебе будет просто немножко нехорошо. Но лошадиная начнет причинять тебе такие невыносимые страдания, что ты сам захочешь сдохнуть.

— Видя, как упорно вы пытались всучить мне это отравленное кофе, обо всем догадался бы любой дурак.

— А пока ты бы мучился, мне хватило бы времени рассказать тебе всю историю. И когда пришло бы время раскрыть свою главную тайну, ты бы уже был одной ногой в могиле.

— Признаться честно, я ждал от вас что-то подобное. Особенно помня о том, что произошло с моим другом. Думая о том, что все мои друзья могли отправиться на тот свет, если бы им не посчастливилось выпить ту же самую воду.

— Все бы получилось, если бы не вмешался тот сопливый уродец. Никто бы даже не понял, что с вами произошло. И вы сами не знали бы, кого винить.

— Я сразу понял, что все те нападения на меня были связаны с попыткой отправления моих друзей. Хотя и не понимал, как такое возможно. Как до нас могли добраться.

— Но как видишь, все оказалось очень просто. Мир тесен, как говорится. Мне очень повезло, что у Лютера есть подружка, которая работала в том месте, где ты и твои дружки должны были дать концерт.

— Вот поэтому я никогда не перестану защищать своих друзей, — уверенно заявляет Питер. — Никогда не перестану быть начеку и присматриваться ко всему, что их окружает. Думать над всем, что с ними происходит.

— Ой, да плевать мне на твоих дружков! — устало вздыхает Маркус. — Сдохли или не сдохли – меня вообще не колышет. Я устраивал на них покушения лишь для того, чтобы тебе нагадить. Хотел заставить тебя как следует поволноваться, побегать и поработать мозгами. Даже на девчонку я положил огромный болт и приказал похитить ее исключительно для того, чтобы свести тебя с ума. И все связанные с ней сообщения я посылал тебе тоже ради этой цели.

— Ну да, я вижу, как вам плевать.

— Если никто из твоих дружков не захочет вмешаться в наше дело, то так и быть, я никого не трону. Пусть ребятки живут себе на здоровье и строят свои карьеры. Но еще раз напоминаю: если на пороге моего дома появится хотя бы один из тех уродов, то ему конец.

— Вот и прикажете этим мудакам немедленно освободить Хелен. Или дайте мне координаты ее местоположения – я сам ее найду и заберу.

— А вот в случае с Хелен такого подарка я делать не стану, — решительно отказывается Маркус. — Ее устранение тоже было частью моего плана мести.

— Почему? — взрывается Питер. — Что она вам сделала?

— Стала твоей девушкой. Не встречалась бы она с тобой, ничего бы с ней не случилось. Сейчас сидела бы дома, целовала свою грязную псину в задницу и прибирала за своей бабкой, которой после недельного стресса тоже осталось жить два понедельника.

— Хелен ни в чем перед вам не виновата! Ни перед кем не виновата! А вы, блять, за что-то ей мстите!

— Нет, Питер, ей я никак не мщу. И да, не такая уж она и белая и пушистая. Я ведь тебе уже столько раз об этом говорил.

— Это все ложь! Я знаю, что вы блефуйте! Знаю, что вы хотели оклеветать эту девушку в моих глазах и вынудить меня бросить ее! Заставить почувствовать себя одиноким и несчастным!

— В какой-то момент ты в это поверил. Лютер был свидетелем твоей ссоры с Хелен, которую ты откровенно обвинил во лжи и предательстве.

— Хорошо, признаю. Но сейчас я очень об этом жалею. Жалею, что набросился на нее с обвинениями, которые никак не были доказаны. И да, все те ее голые фотки, которые наделали ваши олухи, для меня уж точно не являются уликой.

— Тем не менее ты все равно засомневался в ней, когда тебе дали повод, — бодро подмечает Маркус, встает с дивана и подходит к Питеру. — И на то есть некоторые причины. Либо ты не совсем доверял своей девчонке и считал, что она может тебя предать. Либо же дело в тебе самом. Тебя ведь однажды очень сильно унизили. Ты влюбился как дитя в красивую девчонку, а она этим нагло воспользовалась и растоптала их в грязи, стоило тебе расслабиться.

— Благо, друзья были рядом и не дали мне окончательно поверить в эту чушь и позволить злости затуманить мой разум. Поначалу я бесился от мысли, что они защищают Хелен, а не поддерживают меня. Но теперь понимаю, что они были абсолютно правы.

— Ошибаешься, мой дорогой. Это вовсе не чушь. Мне известно кое-что о прошлом Хелен. Точнее, о том, как по ее вине однажды пострадали несколько невинных человек. И если бы правда не вскрылась, то все они были бы вынуждены платить за то, чего не делали.

— Я не поверю ни одному вашему слову. У вас нет никаких доказательств. А слова ничего не значат.

— Об этой девчонке мы поговорим чуть позже. А пока что мне хочется обсудить тебя. Обсудить то, с чего началась вся эта история.

— Да мне тоже хочется это обсудить, знайте ли, — скрещивает руки на груди Питер.

— Как я уже сказал… — Маркус начинает медленно наматывать круги у Питера перед глазами. — Мне на самом деле плевать на твоих друзей, и я вредил им лишь для того, чтобы тебя позлить. Несмотря ни на что, моей главной целью всегда был ты.

— Почему? Что я вам сделал? Почему вы так со мной обращайтесь?

— Я ждал этого дня много лет, — с хитрой улыбкой заявляет Маркус. — Очень много лет. И до сих пор не верю, что он все-таки настал. Настал тот момент, когда я смогу избавиться от тебя раз и навсегда.

— Жил себе, блять, спокойно и занимался своими делами, а тут объявился какой-то мудак и начал травить жизнь мне, моим друзьям и моей девушке.

— Ты думаешь, все началось совсем недавно? На том концерте, когда ты столкнулся с Дарреном на глазах у целой толпы соплячек?

— Чего? — сильно хмурится Питер. — То есть, вы хотите сказать, что все началось еще раньше?

— Намного раньше, чем ты думаешь, мальчик мой. Эта история продолжается уже очень давно. Точнее, в ней была одна большая пауза. В то время я ничего о тебе не знал и думал, что с тобой покончено. Но в один прекрасный день все изменилось, и я решил довести начатое дело до конца.

— Ахереть! Просто ахереть!

— А хочешь узнать, как именно я узнал про тебя? Как понял, почему ты именно тот, кто мне нужен?

— Группа.

— Умный мальчик, — спокойно произносит Маркус. — Да, верно. Если бы ты и твои дружки не решили создать свою группу, то я бы, возможно, ничего о тебе не узнал. Ты бы жил себе спокойно, а я бы до конца своих дней думал, что ненавистный мне человек или жив, или находится где-то очень далеко.

— И как же вы поняли, что я тот самый? Вдруг вы меня с кем-то перепутали, а я напрасно страдаю?

— Нет, Питер, я ничего не напутал. Как только я узнал побольше про тебя и твою группу и сопоставил некоторые факты, то без проблем понял, что ты мне и нужен.

— Значит, вы планировали избавиться от меня задолго до того, как я создал с друзьями группу?

— Именно!

Маркус останавливается и разворачивается лицом к Питеру, скрестив руки на груди.

— Ты должен был сдохнуть еще младенцем. Ну… Или не сдохнуть, то хотя бы оказаться очень-очень далеко отсюда. Но к большому сожалению, некоторые люди меня подвели. И вот ты здесь. Живой, сука! И мне приходиться тратить время на то, чтобы от тебя избавиться.

— Вот как, значит…

— Я думал, все закончится тогда, когда стало известно о твоей попытке суицида. Когда я прочитал эту новость в Интернете, то уж было обрадовался, что мне не придется делать ничего такого, ибо ты сам обрадуешь меня своей смертью.