— Как бы усердно ты ни пытался прикидываться хорошим и воспитанным, твоя сущность все равно вылезет наружу, — уверенно говорит Ракель. — Как бы ты ни пытался скрыть то, что хочешь потрахаться со мной, это очевидно.

— Я этого не отрицаю. Не отрицаю, что до смерти хочу, чтобы ты удовлетворила меня и подарила лучший секс в жизни.

— Я сказала, ищи для этого другую дуру!

— Мне не нужна другая. Я хочу тебя .

Терренс проводит руками по изгибам талии Ракель и располагает их на ее ягодицах, пока та слегка вздрагивает и понимает, что ее сердце пропускает удар.

— Ты – единственная, кто возбуждает меня по-настоящему сильно, — низким голосом признается Терренс.

— Ты не сделаешь меня своей очередной жертвой! — угрожает Терренсу пальцем Ракель. — Не сделаешь!

— Твое тело с тобой не согласно. Оно хочет, чтобы я как следует занялся им и одарил его лаской. Той любовью, которую оно никогда не забудет.

— Даже не вздумай распускать руки! Клянусь, я врежу тебе! Прямо на глазах публики!

— А чем больше ты мне сопротивляешься и грозишься врезать мне, тем сильнее я возбуждаюсь. Твоя непокорность только больше заводит меня.

— А меня совсем не заводит твоя наглость!

— Я бы не обратил на тебя внимание, если бы ты повела себя так же, как и все девчонки. Если бы сразу предложила мне себя. Но ты вынуждаешь меня бегать за тобой и делать все, чтобы ты все-таки согласилась стать моей.

— Ты ошибся адресом, МакКлайф. Я не проститутка и не предлагаю секс без обязательств.

— Будь на моем месте кто-то другой, ты бы точно не возражала.

— С удовольствием! Если бы я любила человека.

— Меня ты тоже любишь!

— С какой стати?

— Тебе нравится все, что я делаю! Нравится даже грубое обращение.

— Не говори глупости!

— А если проверю?

Терренс крепко берет Ракель за горло и уставляет свой уверенный, холодный взгляд в ее глаза, пока та хмуро смотрит на него, с затрудненным дыханием сжав руки в кулаки.

— Если я окончательно выключу режим хорошего парня и буду обращаться с тобой настолько грубо, насколько это возможно? — добавляет Терренс.

— Хочешь, чтобы я заорала на всю улицу о том, что ты хочешь изнасиловать меня? — хмуро спрашивает Ракель.

— Ну давай, ори!

Терренс губами немного ласкает губы Ракель и проводит ими по ее скулам, пока его свободная рука расположена на ее ягодицах. Этим он почти сразу же вызывает у девушки легкую дрожь и учащенное дыхание.

— Посмотрим, хватит ли у тебя смелости сделать это в том месте, где ходит много людей, — добавляет Терренс.

— Немедленно прекратил это делать! — грубо требует Ракель.

— Не перестану.

— Я сказала, отпусти меня!

— М-м-м, а сердечко-то снова забилось чаще.

Терренс, придерживая Ракель за заднюю часть шеи, проводит кончиками пальцем по ее изгибу и хорошо чувствует учащенное сердцебиение девушки.

— А ты сама как тяжело дышишь, — хитро улыбается Терренс и оставляет парочку поцелуев на подбородке Ракель. — Я еще не сделал ничего особенного, но тебя уже всю трясет.

— Ар-р-р, будь ты проклят, Терренс МакКлайф! — раздраженно бросает Ракель.

— Не надо сдерживать себя, малышка. Покажи, как тебе хорошо.

Только Терренс собирается оставить короткий поцелуй на ее шее. Ракель грубо отталкивает его от себя, практически выкрикнув:

— Я сказала, НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ!

— Не зли меня, сучка, — грубо бросает Терренс.

— Это ТЫ меня не зли! Не смей прикасаться ко мне и лапать своими чертовыми руками!

— Ага, значит, другие мужики могут целовать тебе ручки, а мне НЕЛЬЗЯ? — громко возмущается Терренс.

— Какое твое собачье дело, кто целует мне руки? Тебя не должно это не волновать! Не должно волновать, с кем я общаюсь, с кем целуюсь и с кем трахаюсь.

— Ты не имеешь право с кем-то целоваться и трахаться! НЕ ИМЕЕШЬ!

— ЕЩЕ КАК ИМЕЮ!

— Я не собираюсь делить тебя с кем-то еще! НЕ СОБИРАЮСЬ! ТЫ МОЯ! И БОЛЬШЕ НИЧЬЯ!

— НИ ЧЕРТА ПОДОБНОГО! — раздраженно вскрикивает Ракель. — Ты мне никто, чтобы указывать мне, что делать!

— Запомни, сучка, если я еще раз увижу, как кто-то пытается флиртовать с тобой и целовать тебе ручки, клянусь, тот сильно пожалеет об этом, — грубо заявляет Терренс. — НИКОГО НЕ ПОЖАЛЕЮ! Я БОЛЬШЕ НЕ СТАНУ МОЛЧАТЬ! НЕ СТАНУ!

— Но я-то молчу, когда всякие молодые девки едва ли не готовы раздеть тебя до гола и облизать с ног до головы. МОЛЧУ, КОГДА ОНИ ОТКРЫТО ГОВОРЯТ О ЖЕЛАНИИ ПОТРАХАТЬСЯ С ТОБОЙ!

— А ТЕБЕ-ТО ЧТО? Если я захочу, то потрахаюсь с любой из них! С ЛЮБОЙ, КТО НЕ БУДЕТ СТРОИТЬ ИЗ СЕБЯ ЧЕРТОВУ СНЕЖНУЮ КОРОЛЕВУ, КОТОРУЮ НЕ ПРИДЕТСЯ ДОБИВАТЬСЯ!

— ВОТ И ВАЛИ К СВОИМ ШЛЮХАМ! — вскрикивает Ракель. — ПУСТЬ ОНИ УБЛАЖАЮТ ТЕБЯ!

— Вот и пойду!

— Вот и иди!

— НУ И ПОЙДУ!

— ВАЛИ КУДА ХОЧЕШЬ! ТОЛЬКО ОСТАВЬ МЕНЯ В ПОКОЕ, КОЗЕЛ!

— Я не потерплю другого мужика рядом с тобой. НЕ ПОТЕРПЛЮ!

— Твоя ревность совершенно неуместна!

— А тебе разве не чихать на то, с кем я трахаюсь и сколько?

— Хоть групповушкой занимайся! МНЕ ВСЕ РАВНО!

— ВОТ И БУДУ ЗАНИМАТЬСЯ! — со злостью во взгляде бросает Терренс. — Буду развлекаться с теми, кто окажется намного лучше, чем какая-то мерзкая, невоспитанная сучка.

— От мерзкого, невоспитанного ублюдка слышу!

— Не выводи меня из себя, сука, — с частым дыханием крепко сжимает руки в кулаки Терренс. — Или я ПРИДУШУ ТЕБЯ СОБСТВЕННЫМИ РУКАМИ!

— Раз ты уже перетрахал почти всю женскую часть Нью-Йорка, то начни искать всяких глупых дур здесь, в Лондоне.

— Только не надо делать вид, будто ты ревнуешь.

— БОЛЬНО МНЕ НАДО! — ехидно ухмыляется Ракель. — РЕВНОВАТЬ КАКОГО-ТО КОБЕЛЯ!

— Раз тебя так волнует, сколько девчонок меня обхаживает, значит, ты ревнуешь .

— Нет!

— Тогда какого хрена ты устраиваешь мне истерики по поводу того, что я с кем-то трахаюсь?

— Но ты же ведешь себя, как истеричка, когда я говорю о том, что есть мужчины гораздо лучше тебя. Мужчины, с которыми я с удовольствием встречалась бы, целовалась и трахалась.

— Потому что мне ПРОТИВНО! – вскрикивает Терренс. — ПРОТИВНО, БЛЯТЬ! Мне было ДО СМЕРТИ тошно смотреть, как на фотосессии ты любезничала со всеми теми мужиками, а на меня не обращала никакого внимания.

— Потому что ты не заслуживаешь моего внимания. НЕ ЗАСЛУЖИВАЕШЬ!

— ЧЕМ Я ХУЖЕ ВСЕХ ЭТИХ УРОДЛИВЫХ ПРИДУРКОВ? ЧЕМ? СКАЖИ МНЕ!

— Тем, что они воспитанные !

— И ВСЕ?

— Я ни за что не стану встречаться с таким самовлюбленным человеком, как ты. Который доставил мне уже целую кучу проблем, даже не будучи моим возлюбленным или тем более моим мужем.

— Если он у тебя будет, то ты сама доставишь ему кучу проблем.

— Я бы с удовольствием послушала тех девиц, которым ты доставил едва ли не больше проблем.

— До того, как ты встала у меня на пути, ни одна девчонка не смела отказывать мне, — грубо заявляет Терренс. — Любая была готова на все и не выпендривалась, строя из себя гребаную Снежную Королеву.

— Ну раз тебе это так нравится, так какого черта ты преследуешь меня? Вот и валил бы к своим шлюхам, которые потрахаются с любым, кто поманит их пальчиком!

— Ха, сказала та, что сама ведет себя как чертова шлюха!

— Что ты сказал? — приходит в бешенство Ракель.

— Не надоело еще вилять задницей перед мужиками? Строить им глазки и мило улыбаться? НЕ НАДОЕЛО, А?

— Тебя это не касается, козел!

— ЕЩЕ КАК КАСАЕТСЯ!

— Ты не имеешь никакого права указывать мне, что делать. НИКАКОГО, СЛЫШИШЬ!

— Да? А в таком случае почему тебя так волнует то, что я общаюсь с девушками?

— А мне тоже противно ! — сухо заявляет Ракель. — ПРОТИВНО! Меня тошнит от твоей фальшивой вежливости. Тошнит от того, каким милым и пушистым ты притворяешься для других.