Эдвард медленно выдыхает, приложив руку ко лбу и немного потерев его.

« Но для начала я могу навестить миссис МакКлайф и постараться как-то мягко попросить ее быть поосторожнее. Эта женщина относится ко мне лучше всех и не станет сию минуту набрасываться на меня с расспросами и обвинениями в заговоре и предательстве. Хотя кто его знает… Мое положение сейчас довольно шаткое. И без того хрупкое доверие вот-вот может быть потеряно. »

Эдвард замолкает на пару секунд и окидывает взглядом всю комнату.

« Знаю, будет непросто сделать вид, что ничего не произошло, но сейчас мне нужно это, чтобы собраться с мыслями. Я сделаю все возможное, чтобы играть убедительно. Может, я и не актер, но тоже умею показывать любые эмоции. Я вовсе не бездарен в актерстве, как считает мой друг. Да и сейчас Ракель и Терренса думают только о том, что происходит в моей личной жизни. Ну а это мне только на руку. Никто из них даже не подумает заподозрить меня в чем-либо и не догадается, что я так или иначе связан с тем ненормальным типом, который может угрожать им. »

Эдвард нервно сглатывает и обхватывает горло рукой, из-за волнения немного неровно дыша и чувствуя легкое напряжение в каждой мышце тела.

« Ох, иногда я начинаю думать, что мне и правда стоило никуда не лезть и просто жить спокойной жизнью… — думает Эдвард и отрывает спину от подушки, приняв сидячее положение. — Что этот старый хрыч прав, говоря, что я напрасно трачу время на какую-то херню и не хочу заняться чем-то полезным. Но… Раз уж я все это затеял, то придется идти до конца. Придется как-то выбираться из этого дерьма. »

Еще несколько секунд посидев на кровати, Эдвард снова принимает лежачее положение и уставляет свой усталый и печальный взгляд в потолок, сложив руки на животе и крепко сцепив пальцы. А немного подумав о каких-то приятных и хороших моментах из своей жизни, мужчина начинает очень тихо напевать себе под нос какую-то грустную песню. В какой-то момент он замолкает и переводит взгляд на свою гитару, которая лежит на стуле возле письменного стола. Несколько секунд брюнет неотрывно смотрит на нее, будто гипнотизируя. А потом он медленно встает с кровати и подходит к инструменту. Сначала Эдвард осторожно проводит по гитаре рукой, слегка задевая пару струн, издающих едва уловимый для уха звук, а потом уверенно берет ее в руки, присаживается на кровать и начинает настраивать слегка расстроенный инструмент.

Как только он понимает, что гитара звучит хорошо, Эдвард про себя считает до трех и начинает брать нужные аккорды и перебирать струны, сразу же почувствовав себя уверенно и не стесняясь играть в свое удовольствие, пока его никто не слышит. А проиграв короткую вступительную часть, мужчина начинает петь тихим, грустным голосом. В котором временами проскользают нотки отчаяния и боли. Боли, вызванной потерей близкого человека, которого невозможно вернуть.

Спустя несколько минут Эдвард заканчивает исполнять эту песню. После того как он отыгрывает небольшое гитарное слово и берет последние аккорды, мужчина с грустью во взгляде тяжело вздыхает и о чем-то призадумывается, все еще прижимая гитару к себе. Обычно музыка помогает ему почувствовать себя лучше, но в этот раз песня оказалась слишком грустной. Впрочем, в последнее время Эдварда уже ничто не радует. Мало того, что у него есть проблемы с Наталией, так еще и приходиться противостоять какому-то ужасному человеку. Ну а известие о смерти его отца окончательно выбило парня из колеи.

***

Время около пяти часов вечера. Наталия проводит время в одиночестве у себя дома, пока ее родители находятся далеко отсюда. Несмотря на то, что встречи с подругами всегда приносят ей радость, в последнее время настроение девушки все равно не становится чуточку лучше. У нее остается все меньше и меньше сил притворяться, что все хорошо. На самом же деле в ее жизни происходят далеко не самые приятные вещи, о которых она либо не хочет, либо не может говорить. Ей действительно хочется поделиться своими переживаниями и рассказать о причине ее грусти и слез, что она льет в тайне ото всех. Но девушка не делает этого, ибо чего-то боится и не совсем не уверена в том, что все будет иначе, если кто-то будет знать о ее проблемах.

Впрочем, Наталия понимает, что близка к тому, чтобы либо выложить все, либо позволить депрессии овладеть ею. Она и так делает все возможное, чтобы не натворить того, о чем она, возможно, пожалеет, и то, что сильно напугает других. Хотя с каждым днем девушка все больше теряет интерес к жизни и понимает, что ей совсем не хочется встречаться с подругами. Это далеко не осенняя хандра, что одолевает человека с наступлением сентября. Это что-то более серьезное, что все больше угнетает ее и заставляет думать об ужасном.

Сейчас Наталия стоит возле окна и наблюдает за тем, что происходит на улице. Правда это не вызывает у нее никаких приятных эмоций. Ничто не может заставить ее улыбнуться по-настоящему искренне. Даже захватывающий вид на небо с оттенками красного, желтого, оранжевого и розового, глядя на которое так и хочется взять в руки телефон или фотоаппарат и сделать несколько шикарных снимков. Наталия остается равнодушной и смотрит на него пустыми, полными печали глазами.

« Как же хочется снова прожить те прекрасные моменты, которые происходили со мной некоторое время назад, — продолжая наблюдать за закатом, с грустью во взгляде думает Наталия. — Я бы многое могла отдать ради того, чтобы вернуть те дни, когда мне казалось, что ничто не предвещало беды. Когда я чувствовала себя по-настоящему счастливой и была гораздо оптимистичнее настроена на будущее… И была совсем другой… Не такой, какая я сейчас… Люди говорят, что я сильно изменилась за последние несколько месяцев. И это правда… Потому что на то есть причина. Но боюсь, они никогда не узнают, что заставило меня так сильно измениться. Вряд ли кто-то снова увидит во мне ту веселую и громкую девчонку, которой я когда-то была. Я больше не смогу быть таковой… »

Хоть Наталия всю жизнь думала, что сможет пережить все трудности и вряд ли позволит себе сдаться, теперь она понимает, что глубоко ошибалась. Ведь ей безумно сложно справиться с чем-то, что происходит в ее жизни. С чем-то, что буквально разрушает ее все больше с каждым днем и подталкивает к бездне, из которой она вряд ли сможет выбраться сама.

«Ах, как же я хотела бы быть такой же сильной, как Ракель… — с грустью во взгляде думает Наталия. — В жизни этой девушки столько всего случалось, однако ей удалось все пережить. Мне казалось, я тоже смогу легко двигаться дальше и не думать о трудностях. Смотря на свою подругу, я пыталась быть такой же сильной, идти вперед с высоко поднятой головой и ставить на место любого, кто посмеет меня обидеть. Но как же глубоко я ошибалась… Наверное, многие люди были правы, когда постоянно говорили мне, что я на самом деле слишком чувствительная и впечатлительная. Мне и правда нужна чья-то поддержка и защита. Я не могу без этого… Но к сожалению, я не могу попросить этого… Хотя чувствую, что очень скоро мне будет невыносимо трудно сдерживать в себе эти ужасные эмоции и делать вид, что ничего не происходит.»

Наталия тяжело вздыхает, чувствуя, что к ее глазам подступают слезы от мыслей, которыми она буквально одержима. Которые заставляют ее слегка трястись и бояться чего-то, о чем известно только ей одной.

«Никогда не забуду то, через что мне пришлось однажды пройти, — думает Наталия. — Это был самый настоящий кошмар, который может присниться только в самом страшном сне… Я была полная дура, когда сделала то, что и привело ко тому, что произошло. Меня не пощадят, если я кому-то проболтаюсь. Я должна молчать, чтобы мне не стало еще хуже. Мне безумно неприятно скрывать это от близких мне людей, откровенно лгать и портить отношения со всеми. Но у меня нет выбора… Так что простите меня, дорогие мои…»