— Девчонку мы все вдоволь поимели во все дырки, а теперь пришло время заставить вас умолять о пощаде, — добавляет Рональд. — Которой вы так и не дождетесь.

— Слышь, мудила косоглазая, я тебе сейчас башку проломлю, — приходит в бешенство Питер.

— Не проломишь! Обоссышь все штаны от страха. Так, что даже подгузник не поможет.

— Тебе конец, тварь!

Питер лишь успевает подлететь к Рональду и со всей силы врезать ему по челюсти до того, как Маркус заставляет парня скрутиться достаточно крепким ударом кулака по почке. А еще один в низ живота заставляет его застонать от боли и камнем упасть на пол. Рональд, Лютер и Боб мгновенно пресекают попытки Эдварда, Терренса и Даниэля хоть чуть-чуть приблизиться к другу и начинают драться с ними руками и ногами еще ожесточеннее, чем раньше. Они не выбирают себе какого-то одного противника и борются со всеми одновременно, демонстрируя свое умение ловко уворачиваться и отвечать на атаки сквозь любую боль.

— О да, вот это мне уже по кайфу! — с самодовольной улыбкой восклицает Эдвард, врезает кулаком по челюсти Боба, отталкивает Рональда от себя с помощью удара ногой в живот и ею же бьет Лютера по голове. — Начинается самое сладкое…

— Если тебе так нравится боль, то мы обещаем, что ты будешь кончать снова и снова, — заявляет Боб, более-менее успешно отбиваясь от атак Даниэля в равном рукопашном бою.

— Конечно, мне нравится чувство, когда ты выигрываешь, — бодро говорит Даниэль, отталкивает Боба от себя, со всей силы бьет Рональда головой об стену и резко опускается на корточки, когда Лютер пытается врезать ему кулаком по лицу. — Но в этом случае борьба становится не такой интересной.

— Ничего, недолго вам осталось махать крыльями, — ехидно усмехается Рональд и пытается ногой врезать Терренсу по лицу в развороте. — Вы дорого заплатите за то, что не послушали совета нашего господина.

— Ну да, мы уже поняли, что вы жируйте на те деньги, которые он выручил с продажи собственного ребенка, — заявляет Терренс, после недолгой рукопашной борьбы оказывается в ловушке Лютера, который зажимает в локте его шею, но довольно легко перекидывает противника через себя и валит его на пол.

— Убийца должен понести наказание за убийство дорого господину человека, — сухо отвечает Лютер, в прыжке пулей поднимается на ноги и обеими руками пытается одновременно врезать Эдварду и Даниэлю, успешно от него отскочившие.

— Это ты верно отметил, — ехидно усмехается Даниэль и в прыжке бьет Лютера в грудную клетку. — Убийца сотен людей обязан понести наказание.

— Жаль, что такие суки, как он, не были лишены возможности размножаться, — подмечает Эдвард и с раздраженным рыком врезает Лютеру по лицу с помощью исполненного в воздухе прыжка с полным разворотом.

— Но хорошо, что Питера растили другие люди, — добавляет Терренс, подбегает к висящему на одной из стенок турнику, хватается за него в прыжке, немного подтягивается, резко отталкивает Боба от себя мощным ударом обеих ног в грудную клетку и спрыгивает вниз. — Хорошо, что даже в безразличном окружении он не озлобился и не стал гнидой, что обозлена на весь этот чертов мир.

А пока Даниэль, Эдвард и Терренс продолжают ожесточенную, но более-менее равную борьбу с Лютером, Бобом и Рональдом, Питеру тем временем в одиночку приходиться защищаться от Маркуса, что решительно преследует его и снова и снова пытается выстрелить в своего собственного сына. Парень всячески пытается подобраться к противнику, но тот не дает ему этого сделать, не нападая на него из-за мысли, что в силу возраста просто физически не сможет противостоять молодому недругу.

— Расслабься, сынок, ты все равно от меня не сбежишь, — с хитрой улыбкой говорит Маркус, быстрым шагом следуя за Питером по пятам.

— А что, без пушечки слабо? — ехидно усмехается Питер. — Слабо взять меня голыми руками?

— Бегай-бегай, может, так ты быстрее выдохнешься, а мне будет проще с тобой расправиться.

— Облажайся, папочка! У меня настолько натренированный организм, что я с легкостью выдерживаю двухчасовую интенсивную тренировку.

— Когда я наконец-то в тебя выстрелю, ты уже не будешь таким шустрым.

Маркус делает очередной выстрел в Питера, но снова промахивается, поскольку парень мгновенно опускается на корточки. После чего Роузу приходиться еще немного побегать и покататься по полу, поскольку противник проводит по нему ожесточенный обстрел.

— Блять, вот тварь-то живучая! — бесится Маркус, когда пуля оказывается в паре сантиметрах от плеча Питера, но попадает в стенку напротив. — Когда же ты сдохнешь, наконец?

— Могу задать тебе тот же вопрос, старый мудак. Когда ты, блять, СДОХНЕШЬ?

Питер подбирает с пола полуразрушенный кирпич и со всей дури швыряет его в Маркуса, которому, однако, вовремя удается увернуться. После чего Роуз пытается бросить в противника пару стеклянных банок, которые берет с одной из полок, и едва успевает перекатиться по полу на другую сторону и спрятаться за стенкой, когда Лонгботтом делает еще пару выстрелов.

— Ар-р-р, сука, как же я тебя ненавижу! — раздраженно рычит Маркус и решительно надвигается на Питера. — Моя ненависть растет все больше с каждой секундой, которую ты проживаешь на этом свете.

— У нас с тобой «взаимная любовь», — грубо бросает Питер, резко перехватывает руку Маркуса с оружием и пытается силой его вырвать. — Очень даже…

— Сколько бы ты и твои дружки ни пыжились, у вас ничего не получится, — огрызается Маркус, оказывая Питеру всяческое сопротивление. — Все равно сдохните…

— Посмотрел бы я, что бы ты делал, если бы у тебя не было всех этих ублюдков. Если бы они перестали подтирать тебе задницу и всячески прислуживать.

— Мои ребята всегда будут со мной. А вот у тебя сейчас не останется ни одного защитничка, потому что они все сдохнут.

— Только через мой труп!

Питер с громким криком грубо отталкивает Маркуса от себя и ударом ноги выбивает у него из рук пистолет, который подлетает высоко в воздух и с грохотом падает на пол. После чего он залупляет называющему себя его отцом человеку крепкую пощечину и быстро осматривается вокруг, увидев, что Эдвард, Терренс и Даниэль ведут ожесточенную борьбу с Бобом, Рональдом и Лютером. Но стоит ему сорваться с места, чтобы присоединиться к ним и помочь, как мистер Лонгботтом тут же берет его за шиворот и тянет на себя.

— А ну стоять, ублюдок, — грубым, низким голосом рявкает Маркус. — Никуда ты не пойдешь.

— Да, и что ты мне сделаешь? — удивленно спрашивает Питер. — Что ты сделаешь без своей пушечки? В драку ты боишься вступать, потому что понимаешь, что тебе не тягаться с молодыми.

— Ну а тебе и твоим дружкам не удастся бегать от нас вечно. Не удастся часами строить из себя супергероев, которые могут раскидать своих врагов одним ударом кулака.

— Да? А эти ублюдки, значит, могут?

— Я верю в своих ребят и знаю, что у них все получится. — Маркус бросает короткий взгляд в сторону и хитро улыбается. — Точнее, уже начинает получаться. Ведь твои защитнички начинают потихоньку уставать.

Лютер, Рональд и Боб, уставшие от постоянных неудач, начинают действовать еще ожесточеннее и постепенно перетягивать одеяло на себя. Из-за чего Даниэль, Терренс и Эдвард начинают время от времени пропускать удары и не всегда успевают увернуться от атак противников.

— Недолго песенка играла, как говорится.

— Не сдавайтесь, парни! — подбадривает Питер. — Не дайте им одолеть вас! Смотрите в оба!

— Так держать, ребята! — восклицает Маркус. — Скрутите этих ублюдков! Покажите все, на что вы способны!

— С превеликим удовольствием, мой господин, — с гордо поднятой головой произносит Рональд и ногой бьет Даниэля прямо по почке. — Эти мудаки вот-вот познают всю нашу мощь.

— Вы дорого поплатитесь за столь огромную самоуверенность, — низким голосом сухо говорит Терренс и отталкивает от себя Боба с помощью удара ногой в пах.