— Да… Как там его зовут… Джейми МакКлайф вроде…

— Да, Джейми! Но этот мужчина намного лучше. У Майкла все черты лица очень грубые и отталкивающие, то у его брата они очень мягкие и более приятные.

— Признаться честно, я удивлен, что этот Джейми живой. Я не понимаю, как этот человек мог сначала быть мертвым, а потом каким-то чудесным образом воскреснуть. Терренс же сам говорил мне, что его отец мертв!

— Если бы я могла ответить… Но в репортаже говорили, что он намеренно притворялся мертвым после попытки убийства. Хотел ошарашить Майкла в самый неожиданный момент.

— Но как? — недоумевает Даниэль. — Как он умудрился? Неужели полиция помогла ему? В репортаже не было об этом ни слова! Или, по крайней мере, я ничего такого не слышал!

— Думаю, моя подружка обязательно расскажет об этой ситуации, — задумчиво отвечает Анна. — Я позвоню ей, когда мы вернемся домой и договорюсь о встрече. Она обещала рассказать мне все, что с ней произошло. И на этот раз я получу от нее ответы на все вопросы. И… Пусть Наталия подтвердит то, что нам рассказали Ракель, Эдвард и Терренс… Я имею в виду попытку изнасилования и историю с теми фотографиями.

— Вряд ли они стали бы врать о таком серьезном деле. Я склонен верить, что это правда. Да и Рочестер выглядела такой напуганной, будто ее и правда пытались поцеловать против воли.

— Боюсь, там было все намного хуже, чем просто поцелуи.

— Ох, бедная Наталия… — с грустью во взгляде качает головой Даниэль. — Пережила столько всего: и попытку изнасилования, и расставание с Эдвардом, и его обвинения в предательстве, и похищение…

— У меня сердце сжимается , когда я думаю о том, сколько всего произошло с ней за последние несколько месяцев, — тяжело вздыхает Анна. — Раньше Наталия была немного другой, а все эти события сильно повлияли на нее. Сделали ее более тихой, мягкой и более пугливой…

— Однако я не могу не отметить, что у нее огромная выдержка и стойкий характер. Наталия мужественно перенесла все трудности и боролась до последнего, даже если ей пришлось очень тяжело.

— Кто знает, Даниэль… Может, она не говорит о том, что чувствует в глубине души, а снаружи Наталия кажется смелой, уверенной и бесстрашной.

— Возможно, у нее просто сработал инстинкт самозащиты, когда она понимала, что должна была спасать себя и вряд ли могла рассчитывать на кого-то. Когда человека подстерегает опасность, то любой поспешит немедленно унести ноги.

— Думаю, ты прав. Ведь Эдвард сам сказал, что Наталия пыталась защитить себя, когда люди Майкла окружили их. И я думаю, она защищалась как могла и тогда, когда они убрали его с дороги ударом по голове.

— Именно! Но к сожалению, людей Майкла оказалось слишком много, и она не справилась с ними сама. Был бы там один или два, она еще смогла бы убежать.

— Может быть…

В разговоре наступает небольшая пауза, во время которой Анна успевает бросить взгляд на худого рыжего кота, сидящий в сторонке и вылизывающий свою пушистую грязную шерстку.

— Кстати, у меня до сих в голове не укладывается, что Эдварда пытаются обвинить в убийстве человека, — признается Даниэль. — Что его запросто могут посадить… И не могу поверить, что он – родной брат Терренса. Тот самый, которого они с его матерью так хотели найти.

— Да уж, я была в шоке, когда услышала, что он сидел в тюрьме по подозрению в убийстве, — тихо отвечает Анна. — И что брат Терренса все это время был у него под боком и называл себя Эдвардом Локхартом. Ну… Если это, конечно, правда… Вдруг мы все-таки говорим о разных парнях.

— Не думаю. Эдвард вполне мог выдавать себя за другого. Не зря же он так усердно навязывался Терренсу. Я делаю вывод, что этот парень мог прекрасно знать о родстве с ним и поэтому так хотел подружиться с ним, с его матерью и его друзьями.

— Надо поскорее расспросить ребят и узнать, что произошло. Действительно ли Эдвард оказался одним из МакКлайфов. И действительно ли он причастен к убийству того человека.

— Трудно сказать, реально ли он виноват, но раз на пистолете, который был оставлен на месте преступления, обнаружили не только его отпечатки, но и еще чьи-то еще, то есть шанс, что Локхарта не признают виновным.

— Не знаю, почему, но я очень не верю в его причастность к убийству. Я не могу представить Эдварда с пистолетом в руках.

— Мне тоже не хочется верить, что он виновен. Не хотелось бы знать, что в семье Терренса есть убийца. И какого ему было бы называть себя братцем того, кто безжалостно грохнул человека.

— Но согласись, было странно то, что Эдварда арестовали только лишь потому, что он находился на месте преступления с пистолетом в руках. Полицейские приехали, увидели его с оружием и надели на него наручники.

— Да, это и правда странно. Любой человек мог взять то оружие! И что теперь – всех сажать в обезьянник и предъявлять обвинения в жестоком убийстве?

— По крайней мере, у Эдварда еще есть шанс остаться на свободе. Да, он все равно предстанет перед судом и будет таким же подсудимым, как и Майкл и вся его банда. Но если этот парень сумеет найти человека, который подтвердит его слова, то это будет плюсом для него. И я думаю, полиция должна принять к сведению его обвинения, адресованные, по его словам, настоящему убийце.

— Думаю, что примут. Ведь Эдвард обвинил одного из сообщников Майкла.

— Да… В репортаже вроде бы так и сказали.

— Интересно, уж не Майкл ли стоял за убийством того Николаса Картера? — слегка хмурится Даниэль. — Раз убитый был другом того Джейми, то наверняка Майкл мог избавиться и от того человека.

— Возможно, хотя в репортаже ничего об этом не сказали, — задумчиво отвечает Анна и на пару секунд призадумывается, слегка нахмурившись. — Но если это так, то чем этот человек не угодил Майклу? Тем, что тот и правда дружил с отцом Терренса и Эдварда?

— Тут трудно сказать. А может, у того Эрика были какие-то свои счеты к Николасу… Сказал или сделал что-то не то и попал в немилость Брауна.

— Не исключаю. Но я бы не удивилась, если бы Майкл и правда был причастен к тому убийству.

— Интересно, это все, что Майкл сделал с отцом Терренса и Эдварда? Мне кажется, он натворил намного больше, чем то, о чем сказали в репортаже.

— Насколько я помню, там сказали, что Майкл забрал у Джейми судостроительную компанию, дом, деньги богатства и все, что у него было, — задумчиво отвечает Анна. — И он планировал убить не только его, но также Терренса с Эдвардом, и приплел в эту историю Ракель с Наталией.

— И даже вроде бы говорили про мать братьев МакКлайф.

— Я помню. Он хотел избавиться ото всех, кто является частью семьи МакКлайф и был как-то связан с ней.

— Да уж, решил действовать наверняка, — тихо усмехается Даниэль. — Хотел убить несколько зайцев сразу: и от ненавистных брата с племянниками избавиться, и девушек избавить от страданий.

— Просчитал все слишком хорошо, — отмечает Анна. — Правда, все его планы рухнули. Благодаря моей подружке, которая очень вовремя подсуетилась и организовала план спасения своих близких и ареста Майкла и его шайки.

— Согласен, Ракель просто молодец ! — с легкой улыбкой восклицает Даниэль. — Спасла не только своих подругу и жениха и его брата, но и помогла полиции арестовать Майкла.

— Интересно, а сам Терренс знал о планах Ракель?

— Сомневаюсь. И я скажу больше – она наверняка начала что-то планировать еще очень давно. По крайней мере, когда Наталия была похищена, Кэмерон точно что-то замышляла.

— Думаешь, тот звонок, на который она ответила в тот день, когда мы говорили с ней, Терренсом и Эдвардом, был от кого-то, кто ей помогал?

— Терренс сразу сказал, что все дело не в том, что они начали ругаться в нашем присутствии. И возможно, Ракель соврала нам, когда сказала, что едет на встречу со своим менеджером.

— И раз он ничего не знал об этом, то я могу сравнить поступок, который совершила Ракель, и поступок, который совершил Терренс.