— Постарайся пока что не думать об этом. Если судьба того захочет, то Наталия вернется к тебе, и ты, возможно, однажды захочешь жениться на ней.

— Нет… — покачав головой, подавленным голосом говорит Эдвард, тихо выдыхает и проводит руками по лицу. — Теперь предложение руки и сердца для меня – это запретный плод. А воссоединение с Наталией – невероятная вещь, которая никогда не произойдет.

— Не надо быть таким категоричным. Все еще может поменяться.

— Нет. В моем случае шанса нет.

— Не забывай того, что я тебе сказал. Что-нибудь хорошее произойдет в том случае, если ты искренне веришь и терпеливо ждешь.

— Спасибо, Терренс, — тихо благодарит Эдвард. — Спасибо за поддержку. Парочка хороших слов сейчас были бы для меня кстати.

В воздухе на несколько секунд воцаряется пауза, во время которой Терренс на секунду переводит свой полный жалости взгляд на Эдварда, пока тот смотрит в окошко, сначала держа пальцы сцепленными, а затем скрестив руки на груди.

— О, кажется, мы почти на месте, — изучив место, в котором проезжает машина, говорит Терренс.

— Да, осталось ехать еще немного, — быстро осмотревшись вокруг себя, задумчиво отвечает Эдвард. — Вроде бы должны приехать как раз к шести часам.

— Главное – не запутаться. А то я понятия не имею, куда ехать, ибо ни разу не был в этих местах.

— Скоро будет поворот налево. Нам нужно повернуть туда и проехать прямо еще некоторое расстояние.

— Без проблем.

Через некоторое время Терренс, снова поменяв скорость с помощью коробки передач, как раз подъезжает к тому самому повороту и разворачивает машину налево. После чего продолжает ехать по прямой дороге. Время от времени он и Эдвард о чем-то разговаривают, но теперь их обсуждения связаны лишь с предстоящей встречей с Майклом.

Так или иначе этот разговор получился довольно откровенным и помог парням стать чуточку ближе. Терренс еще больше убеждается в том, что Локхарт на самом деле не такой уж ужасный человек, и понимает, что не может оставаться безразличным к нему. А Эдвард чувствует себя более приободренным, что готов к этой непростой борьбе. Мужчину радует то, что МакКлайф так или иначе поддерживает его. И где-то в глубине души у Локхарта появляется малюсенькая надежда, что однажды Терренс сможет простить его и поверит, что всегда значил и будет многое значить для него, несмотря ни на какие-либо разногласия и ссоры.

Время почти шесть часов вечера. Эдвард и Терренс только что приехали к дому Майкла. Остановив машину недалеко от ворот, Терренс начинает осматривать дом, к которому только что подъехал, крепко вцепившись обеими руками в руль и начав нервничать гораздо больше, но стараясь не особо показывать этого.

— Ух ты, красивый дом, — слегка хмурится Терренс. — Даже лучше моего. Неужели он и правда принадлежал твоему отцу?

— По крайней мере, сам дядя так говорит, — пожимает плечами Эдвард. — Сказал, что дедушка сделал подарок на совершеннолетие и купил этот дом, чтобы отец жил здесь со своей будущей семьей.

— Красивый… Очень красивый… Кажется, что в таком доме должен жить хороший человек, который не жалеет денег на его обустройство.

— Но в этом доме живет гнилой человек, не жалеющий яда, который он разбрызгивает во все стороны, — тихонько хмыкает Эдвард, скрестив руки на груди. — И который обустраивает этот дом на отцовские деньги. Украл у него практически все и теперь делает вид, что все это принадлежит только ему.

— Неужели он всегда был таким плохим человеком?

— Сколько я его помню, он никогда не проявлял добрых чувств. Да и если бы и он скрывал свою сущность, то находиться с ним все равно было бы неприятно. От дяди Майкла всегда веет каким-то холодом, от которого по всему телу пробегают мурашки.

— А твой отец общался с ним, когда еще жил с тобой, мачехой и его детьми от второго брака?

— До поры до времени дядя не объявлялся, хотя отец часто говорил о нем в моем присутствии. И моя мачеха прекрасно знала, кто он такой. Однако когда мне было лет шестнадцать, то я увидел дядю в первый раз. Тогда этот человек сразу показался мне ужасным. Не похожим на отца, который хоть и не проявлял любовь ко мне, но все же был намного мягче. Я сразу сказал себе: « Держись от этого типа подальше! Он принесет много бед в твою жизнь! ». И к сожалению, все так и случилось…

— Значит, это случилось за год за того, как ты ушел из дома?

— Да. И то, что произошло после, мне неизвестно. Я не могу сказать, знает ли мачеха об этой ситуации с дядей и на чьей она стороне. Но раз дядя Майкл ничего не говорит про нее, значит, он вряд ли собирается трогать ее и ее детей.

— Кстати, ты вроде говорил, что твой отец много рассказывал мачехе о твоей матери и твоем брате, — слегка хмурится Терренс. — Неужели он так доверял ей и настолько полюбил ее, что рассказывал ей такие вещи?

— Ты знаешь, честно говоря, никакой любовью и не пахло, — задумчиво отвечает Эдвард. — Отец больше уважал ее, чем любил. Я не видел, чтобы он смотрел на нее влюбленным взглядом и восхищался ее внешностью, характером и чем-то вроде. Отец никогда не вел себя так, будто был влюблен в эту женщину.

— А она?

— Вот она искренне любила его и смотрела на него с восхищением. Мачеха была готова на все ради отца. Даже помогала ему получить работу в ее фирме. Его знания очень пригодились, и он здорово помогал ей. Я слышал, как она восхищалась его работой и не предъявляла никаких претензий. Да и нечего было предъявлять, ибо отец выполнял свою работу слишком хорошо. Учитывая, что он целыми днями сидел в кабинете в окружении кучи бумаг и работающего компьютера.

— Но раз твой отец никогда не любил ту женщину, то почему он женился на ней?

— Не знаю, Терренс… — мотает головой Эдвард. — Возможно, отец женился на ней из-за денег… Потому, что у него не было крыши над головой и нормальной работы. А тут он познакомился с этой обеспеченной женщиной и решил сделать все, чтобы жениться на ней.

— Неужели ему не было стыдно пользоваться чувствами твоей мачехи? Уверен, он прекрасно знал, что она любила его. Это же самый настоящий расчет!

— Кто знает, что было у него в голове. Может, отец женился из-за денег. Может, хотел забыть маму и заменить ее другой женщиной. Не знаю… Тем не менее они прекрасно жили очень много лет и даже не думали разводиться. Отец хоть и не любил мачеху, но ему все равно было комфортно с ней.

— А как они познакомились? Ты не знаешь?

— Этого я не знаю. На этот вопрос мог бы ответить сам отец. — Эдвард бросает полный грусти взгляд на свои руки. — Но, к сожалению, его с нами уже нет.

— Полагаю, он унес с собой еще много секретов, которые нам еще неизвестны.

— Думаю, дядя знает, по крайней мере, некоторые из них. И что-то подсказывает мне, что сейчас он захочет выложить их на блюдечке.

— Да уж… — устало вздыхает Терренс, проведя руками по лицу. — История твоей семьи слишком уж запутанная. Хотя и к моей у меня немало вопросов.

— Согласен, — без эмоций отвечает Эдвард. — И зная ситуацию с отношениями отца и дяди, я был уверен, что это далеко не конец.

В салоне машины на несколько секунд воцаряется тишина, после которой Эдвард на секунду переводит взгляд на свои дрожащие руки и резко выдыхает.

— Ох, ладно, хватит болтать, — спокойно говорит Эдвард. — Надо идти… Через несколько минут уже будет шесть часов.

— Да, пора… — кивает Терренс и нервно сглатывает. — Как бы сильно мне ни хотелось туда идти, я должен это сделать. Лучше решить эту чертову проблемой сейчас.

— Ты прав… И пусть все закончится хорошо… Хочу, чтобы с Наталией ничего не случилось… Чтобы мы все остались живы… Чтобы этот мудак и его шайка отвалили от нас раз и навсегда…

— Это моя мечта… — Терренс крепко вцепляется руками в руль машины, понимая, что его начинает слегка трясти. — Время пришло ! Пора сделать все, чтобы покончить с этим дерьмом.