— Все, Леджер, проехали, перестань извиняться! — бодро восклицает Кристофер. — Пока что давай немного отдохнем и вместе поедем в тот бар, где стоит твоя машинка. А потом ты поедешь к себе домой, переоденешься, причешешься, пожрешь нормально и поспишь некоторое время.

— Я уже сказал, что согласен.

— Ну хорошо. — Кристофер встает из-за кухонной стойки и подходит к кухонной плите, начав возиться с тем, что лежит рядом с ней. — А теперь нам не мешало бы что-нибудь перекусить. Лично я еще ничего не ел. И только недавно решил встать после безуспешных попыток заснуть на том гребаном диване.

— Было бы неплохо… — запустив руку в свои волосы, задумчиво отвечает Эдвард. — Не знаю, можно ли пить кофе при похмелье, но я бы сейчас с радостью выпил огромную кружку. А лучше две.

— Вроде бы можно… — Кристофер бросает взгляд на сковородку, все это время стоявшую на плите, и обнаруживает, что яичница, края которой слегка подгорели, уже успела остыть. — Ох, черт, яичница остыла… Ну ладно, так сожру… Сейчас не до капризов… А иначе я с голодухи прибью кого-нибудь.

И пока Кристофер кладет яичницу на тарелку и собирается поставить чайник для крепкого кофе, Эдвард пустым взглядом наблюдает за ним, облокотившись рукой о поверхность кухонной стойки, а головой – о ладонь. История расставания его друга с девушкой начинает вызывать у Моргана все больше вопросов. Нет, он прекрасно понимает, что тот, кто для него Джастин, был оскорблен девушкой, которую якобы зовут Эмили. Но все-таки есть что-то, что его смущает . Например, то, что она не попыталась объясниться. С одной стороны, Кристофер считает, что Джастин в какой-то степени прав. Но с другой – он задается вопросом, хотела ли эта девушка бросать его. Почему-то мужчине кажется, что история с фотографиями не может быть правдивой на все сто процентов. Впрочем, пока что Кристофер решает ничего не говорить и намерен своему другу пережить расставание с Эмили, от которого тот оправится еще не скоро, даже если прошел уже целый месяц.

***

Тем временем Наталия встретилась с Анной, чтобы пройтись с ней по магазинам. Девушка уже давно не приглашала своих подруг куда-нибудь, но сегодня она решила исправить это. А поскольку Анна совершенно свободна, она с радостью согласилась прогуляться с Наталией, отмечая, что ее подруга выглядит чуточку лучше, чем в последние несколько дней.

— Кстати, что сегодня ты более веселая, чем раньше, — только что покинув один из небольших магазинов одежды с пакетом и сумкой в руках, отмечает Анна. — И выглядишь намного лучше… Поразительные изменения…

— Просто я поняла, что не стоит убиваться из-за своих проблем, — со скромной улыбкой пожимает плечами Наталия. — Жизнь одна, и мы не должны тратить ее на переживания.

— Боже… — Анна подозрительно смотрит на Наталию. — Что же с тобой случилось за те пару дней, что мы не виделись?

— Много чего. Но одно могу сказать точно… Теперь я всегда буду делиться своими проблемами с лучшими друзьями. — Наталия берет ремешок своей сумки, что надета у нее на плече. — Не важно, осудят ли меня или пожалеют – больше такого не повторится.

— Да уж, похоже, тебя очень сильно взбодрили, — задумчиво отмечает Анна, сильно нахмурившись.

— Ну можно и так сказать…

— Господи, но ты же недавно говорила, что все хорошо.

— Теперь я не буду отрицать то, что все видят. Мне уже нечего бояться, и я могу уверенно признать тот факт, что на самом деле все не так хорошо, как все думали.

— Ну раз уж ты решила поговорить о своих бедах, то может быть, расскажешь мне что-нибудь? То, что нам всем было бы интересно узнать.

— А что ты хочешь услышать?

— Э-э-э… Ну сейчас меня больше всего интересует, что происходит между тобой и Эдвардом. Только бы слепой не заметил, что между вами уже нет тех чувств, которые были в самом начале.

— А ничего и не происходит… — Наталия вздыхает с грустью во взгляде… — Мы с Эдвардом расстались месяц.

— Да ладно! — Анна слегка приоткрывает рот. — О, боже… Ты рассталась с Эдвардом?

— Да, мы расстались, — спокойно отвечает Наталия.

— Но почему? У вас же все было хорошо! Ты была так счастлива, что наконец-то встретила мужчину!

— Было хорошо до тех пор, пока он не обвинил меня в измене и не заявил о расставании.

— Что? — раскрывает рот Анна. — Обвинил в измене?

— Да… — Наталия опускает глаза вниз. — Этот человек думает, что я изменила ему, разозлился на меня и сказал, что расстается со мной.

— Но ты ведь не изменяла ему? Правда?

— Конечно, нет! Мне бы даже и во сне такое не приснилось бы!

— Черт, подруга, но тогда как он вообще посмел тебя в этом обвинить? Какого черта Эдвард посмел так легко заявить, что ты изменяешь ему?

— Он бы не сделал этого, если бы по-настоящему любил меня, — тихо говорит Наталия, сцепив пальцы рук и согнув руки в локтях. — Я с самого начала была уверена, что Эдвард никогда не любил меня и играл со мной. Даже встречаясь с ним, я боялась, что однажды он заявит, что у него нет никаких чувств, и его любовь была всего лишь дешевым шоу.

— Надо же… — Анна качает головой, смотря на Наталию с ужасом во взгляде. — Неужели он обвинил тебя в предательства просто так? Как это произошло?

— Приехал однажды ко мне домой и начал с порога обвинять в предательстве. Эдвард все больше приходил в ярость и был буквально красный от злости. Он без стеснения оскорблял и унижал меня.

— Господи… Но я всегда думала, что Эдвард и мухи не обидит… Мне было трудно представить этого человека в разъяренном состоянии…

— Однако это не выдумка. — Наталия резко переводит взгляд на Анну. — Локхарт оказался тем еще крысенышем, который ради денег готов мать родную продать. Жадная и расчетливая сука, которая заслужила такую жизнь, какой он живет! Вот сейчас нищий, так пусть им и останется навсегда.

— Господи, Наталия, о чем ты говоришь? — недоумевает Анна, с ужасом во взгляде прикрыв рот рукой. — Я понимаю, что ты оскорблена и унижена совершенно незаслуженно, но…

— Вчера этот человек раскрыл свою настоящую сущность. Оказалось, этот негодяй не хочет отказываться от наследства, за которое он сейчас борется со своим дядей.

— Ого! Не знала, что у него есть наследство…

— Да, папочка оставил ему огромный счет в банке и какие-то привилегии, связанные с его судостроительной компанией, — скрестив руки на груди, сухо бросает Наталия. — Вот его сыночек и разинул рот, думая, что он будет владеть всем этим состоянием и станет богатым.

— Постой, а разве его отец умер? — слегка хмурится Анна.

— Да, так сказал его дядя… Локхарт сделал прискорбное лицо и сообщил нам, что его отца нет в живых.

— Надо же… — Анна качает головой. — Но как это могло случиться?

— Не знаю, но это вполне может оказаться ложью. Эдвард мог специально придумать эту ложь в попытке разжалобить всех нас.

— Думаешь, он не умер?

— Доказательств его смерти нет. А значит, нет никаких причин верить этому козлу.

— Неужели этот парень мог бы опуститься до такого и врать о смерти собственного отца?

— О, подруга, ты еще не знаешь, на что эта мразь способна. Эдвард еще всех неприятно удивит и вскоре не оставит ни у кого сомнений в том, что от него лучше держаться подальше.

— Дорогая, не надо наговаривать на него. Ты просто обижена и не понимаешь, что говоришь. Вдруг его дядя и правда мог что-то сделать с отцом Эдварда?

— Нет, Анна, это не наговор, — сухо бросает Наталия, скрестив руки на груди.

— Наталия…

— В любом случае пусть этот придурок сам разбирается со своим дядюшкой! Хотя чего ему разбираться с ним, если они – сообщники ! Или… Тот Майкл так думает и не знает, что племянничек планирует грохнуть и его тоже, чтобы заполучить все деньги и выбраться из нищеты, которой он так жутко стесняется.

— Господи, Наталия, твои слова пугают меня.