— Господи, неужели этот тип хочет убить вас всех? — ужасается Фредерик.

— Да, ведь тот человек однажды уже пытался убить Эдварда, но у него не получилось. Какие-то люди напали на него, избили и ранили ножом. Некоторое время его состояние было тяжелым, но он выжил . А его дядя какое-то время считал Эдварда мертвым. Но, как говорится, рано или поздно правда вплыла бы наружу. И он узнал, что его племянник не погиб.

— Эдварда пытались убить? — слегка хмурится Фредерик.

— И он показал шрамы на спине, которые остались после того ранения.

— Ну раз его пытались убить, значит, Эдвард вряд ли находится в сговоре с дядей. Зачем человеку убирать с дороги союзников? Только если они не предали его.

— Я не желаю Эдварду смерти, но вряд ли буду лить слезы, если узнаю, что его нет в живых. Я никогда не прощу его за то, что он так подло поступил со всеми нами. За то, как бессовестно унижал моего жениха, и то, как омерзительно поступил с моей лучшей подругой. Они оба были так привязаны к нему, но эта тварь наплевала на их чувства и растоптала их в грязи.

— Да уж… Хоть мне и жаль, что его пытались убить, и я тоже не хочу, чтобы он умер, его поступки омерзительны и непростительны . Даже не знаю, что ему пришлось бы сделать для того, чтобы заслужить прощение и вернуть обратно то доверие, которое потерял.

— Уже ничего, — сухо бросает Ракель. — Для нас Эдвард мертв. Если он не любит нас и готов ради денег перегрызть нам глотки, то мы не хотим иметь с ним ничего общего.

— Ну после того, что ты мне рассказала, теперь я и сам сомневаюсь в своем хорошем мнении о нем. Тем более, если он оскорбляет мою внучку. Уж этого я никогда не забуду.

— Все в порядке, дедушка, пусть он думает обо мне что хочет. Мне не за себя обидно, а за Наталию с Терренсом. Они не сделали Эдварду ничего плохого, но он посмел так с ними обращаться. Не сомневаюсь, что если его мать знала бы об этом, то ее разочарованию не было бы предела. Ей было бы нелегко принять то, что ее сын оказался таким мерзавцем.

— Да уж, бедные его родители, они не заслужили такого наказания… — Фредерик призадумывается на пару секунд. — Кстати, а ты не знаешь, из-за чего он расстался с Наталией? И почему он вдруг начал называть ее проституткой? Только лишь потому, что до него у нее было много ухажеров?

— Просто Эдвард считает, что она изменяла ему.

— Изменяла? — округляет глаза Фредерик. — Наталия изменяла?

— Да, но это не так! На самом деле ее просто кто-то подставил.

— Подставил?

— Не удивлюсь, если это как-то связано с историей Эдварда и его дяди. — Ракель слегка прикусывает губу. — Правда, я не хочу никому об этом говорить. Потому что многие могут посчитать эту мысль безумной. Хотя я хочу предугадать все возможные варианты.

— Неужели ты думаешь, Наталию мог подставить именно этот тип, дабы разлучить ее с Эдвардом?

— Я не знаю, зачем, но если он знал про их отношения, то мог найти способ заставить их расстаться. Да, я могу ошибаться, но в этой истории слишком много совпадений. Не знаю… Я не хочу верить, что все эти события просто произошли в разное время, но не взаимосвязаны. Меня не покидает чувство, что расставание Эдварда и Наталии и эта история с Майклом как-то переплетаются.

— Да, а как Майклу удалось убедить Эдварда в том, что Наталия ему изменяет? Неужели на словах, как в случае со смертью отца?

— Нет, в этом случае у Эдварда были якобы доказательства. Но он не знает, что на самом деле все совсем иначе. — Ракель на долю секунды опускает взгляд вниз. — Я расскажу тебе всю правду, но только, пожалуйста, не заговаривай об этом с кем-либо. А лучше делай вид, что ничего не знаешь. Это довольно деликатный случай.

— Хорошо, я никому не скажу, — кивает Фредерик. — Можешь рассказывать.

— Ох… — Ракель резко выдыхает, дабы снять напряжение в теле. — В общем, около пяти месяцев назад Наталия гуляла поздним вечером в каком-то опасном районе. А вскоре к ней начал приставать какой-то ужасный тип. Она попыталась сбежать, но он догнал ее и решил изнасиловать, целуя, гладя и щупая где только можно…

— О, господи! — ужасается Фредерик, широко распахнув полные ужаса глаза. — Наталию пытались изнасиловать ?

— Да… Тот больной мерзавец даже раздел ее и в итоге оставил в одном нижнем белье. Точнее, в одних только трусиках… Ну… Ты понимаешь… Она была практически голая перед ним…

— Я понял, милая.

— Вот… — Ракель слишком тяжело вздыхает. — А в тот момент еще трое человек фотографировали и снимали на видео то, как их друг пытался изнасиловать Наталию и раздевал у них на глазах. Думаю, ты представляешь, какой страх и стыд она тогда испытала…

— Но как ей удалось отвязаться от них?

— К счастью, этих больных подонков спугнула полиция, которая проезжала мимо, и они решили уйти. Но перед этим тот тип сказал ей, что если она кому-то проболтается о том случае, то он убьет ее, а его друзья успели немного поиздеваться над ней и тоже могли бы изнасиловать ее. — Ракель нервно сглатывает, крепко сцепив пальцы рук. — Бедняжка так испугалась… Думала, что ей и правда лучше молчать. Правда, это молчание сыграло с ней злую шутку…

Ракель снова тяжело вздыхает и качает головой, пока Фредерик с ужасом во взгляде смотрит на нее и слушает этот шокирующий рассказ.

— Месяц назад Эдвард заявился к Наталии домой и показал те фотографии, на которых были она и тот тип, едва не изнасиловавший ее. Она сказала, что снимки были сделаны таким образом, чтобы казалось, будто она не сопротивлялась и даже получала удовольствие от того, что он с ней делал. Поэтому Эдвард и начал думать, что его предали. И мою подругу охватила настолько сильная истерика, что она без остановки плакала и не могла ничего сказать. Наталия хотела рассказать всю правду, но она боялась, что ее убьют. И в итоге она пожертвовала своими отношениями с ним. Заставила его посчитать ее предательницей, которая якобы спит с мужиками, уже находясь в отношениях. А не получив никаких объяснений, Эдвард жутко разозлился и заявил о расставании с Наталией. Правда, почему-то решил промолчать об этом и продолжал притворяться, что все хорошо, и заставлял мою подругу также делать вид, что это так. А поскольку она была жутко напугана и не хотела противиться и спорить, то согласилась на это безумие.

— Господи Иисусе, бедная девочка… — произносит Фредерик, прикрыв рот рукой и качая головой с ошарашенными глазами. — Не могу поверить, что Наталия пережила такой ужас… Боже, Наталия… Бедная несчастная девочка…

— Мне даже представить трудно, что она пережила в тот момент, когда ее насильно целовали и гладили, раздели и сняли на телефоны, — дрожащим, низким голосом отвечает Ракель. — Представляешь, что с ней было бы, если бы эти фотографии и видео попали в Интернет? Она бы была опозорена на весь мир! Люди бы показывали на нее пальцем и называли проституткой! А друзья и знакомые ее родителей вряд ли захотели продолжать и дальше общаться с теми, чья дочь так опозорена.

— Как же мерзко эти твари поступили с такой невинной ранимой девочкой. Боже, какая же теперь у нее будет травма…

— У меня сердце сжимается и обливается кровью, когда я вспоминаю ее лицо, когда она вчера рассказывала о том омерзительном случае.

— Да, но откуда у Эдварда были те фотографии? — слегка хмурится Фредерик. — Случай произошел пять месяцев назад, а фотографии оказались у него на руках лишь месяц назад…

— Наталия не сказала об этом. Но именно это и заставляет меня подозревать, что тот тип мог быть связан с Майклом. Откуда насильник моей подруги знает Эдварда? Только если он знаком с его дядей, который решил разрушить эти отношения и впоследствии начал присылать ей сообщения с угрозами. Да, тот тип может знать Эдварда, а не его дядю. Но я упорно не хочу думать, что это правда. Я больше склоняюсь именно к тому, что тот тип и Майкл знакомы и как-то связаны друг с другом.