— Возможно. — Ракель к этому моменту убирает почти половину всего, что лежит на столе и кровати рядом с Терренсом. — Думаю, его отец был бы очень обеспеченным человеком, если бы Майкл не захватил власть в компании.

— Да уж, а этот парень, оказывается, рос не в такой уж и бедной семье.

— Полагаю, его отец никак такого не ожидал. Сначала был богатым человеком и имел все, что хотел, но потом внезапно стал нищим и потерял то, что досталось ему честным трудом. Его родители, так сказать, уже подготовили для него почву и дали шанс жить хорошо. Но брат решил забрать все себе.

— Думаю, Эдвард прав, и причина мести Майкла также кроется и в обидах на его отца. Их родители явно любили его меньше и дали ему не так много.

— Типичная зависть братьев и сестер к родителям, которые любят одного ребенка гораздо больше, чем другого. Как говорится, классика жанра.

— Согласен…

В этот момент Ракель наконец-то убирает все вещи в гардеробную и закрывает ее. Терренс же еще пару секунд сидит на кровати, а потом, устало выдыхая, медленно встает и подходит к девушке.

— Ладно, давай вернемся в гостиную, пока Наталия и Эдвард не надумали поссориться, — задумчиво говорит Терренс.

— Да, пошли скорее, — соглашается Ракель. — Возьми фотографию, чтобы показать ее твоему дружку.

— Вот она, я уже…

Терренс не договаривает свою мысль, так как он и Ракель внезапно слышат чьи-то голоса, обладатели которых очень громко о чем-то спорят. Влюбленные замирают и, буквально не дыша, начинают внимательно прислушиваться к звукам, что можно услышать на первом этаже.

— Ты слышишь? — интересуется Ракель.

— Кажется, это внизу, — отвечает Терренс. — Это голоса Эдварда и Наталии!

— Они ругаются ! Причем очень серьезно!

— О, вот дерьмо… — тихонько стонет Терренс, проводя руками по своему лицу. — Лучше бы я молчал…

— Ну вот, я же говорила, чтобы ты остался с ними, а ты был уверен, что ничего не случится! — взволнованно восклицает Ракель.

— Так я откуда мог знать, что они начнут ссориться? Твоя подруга была настолько тихой и задумчивой, что мне казалось, будто ей и в голову не придет заговорить с ним.

— Но она заговорила ! — Ракель резко выдыхает и прикладывает руку ко лбу. — Ладно, чего жалеть! Уже поздно!

— Давай лучше пойдем к ним, пока они весь дом не разнесли. А то мне не нравится, что они орут буквально на весь дом. На радость нашим служанкам, которые любят сплетни.

— Черт, зачем я вообще впустила Наталию сюда? — тихонько стонет Ракель. — Почему?

Ракель выходит из комнаты первая, а Терренс следует за ней и закрывает за собой дверь. Он настолько одержим идеей предотвратить ссору Наталии и Эдварда, что роняет на пол ту фотографию, которую хотел показать своему другу. Впрочем, ситуация с Майклом быстро забывается из-за ссоры бывших влюбленных, крики которых становятся все громче. Друзья Терренса и Ракель перестают следить за своими словами и поддаются эмоциям, из-за которых уже наговорили друг другу много обидного.

Эдвард и Наталия действительно разругались сразу же после того, как Ракель и Терренс ушли к себе в комнату. Стоя возле дивана, они со злостью во взгляде размахивают руками, не сдерживают эмоций и не следят за тем, что говорят.

— Не беси меня, Рочестер! — со злостью во взгляде грубо восклицает Эдвард. — Если бы я знал, что ты заявишься сюда, то и близко и не подошел бы к этому дому!

— Что, облезлый щенок, понял, что герой из тебя дерьмовый и решил все рассказать? — скрестив руки на груди, презренно фыркает Наталия. — Давно пора!

— Пф, нужно мне было защищать какую-то прошмандовку! Я пытался защитить только лишь своих друзей. А на тебя мне абсолютно плевать!

— Видно, что когда тебя пырнули ножом, до тебя так ничего и не дошло, и ты остался таким же безмозглым козлом. И продолжил строить из себя жалкого героя, надеясь получить благодарность и быть вознесенным до небес.

— Сомневаюсь, что ты стала бы реветь, если бы я сдох! Радовалась бы, наверное, что я перестану маячить у тебя перед глазами и называть тебя мерзкой шлюхой. Шлюхой, которая спит с другими мужиками даже тогда, когда находится с кем-то в отношениях.

— Да я сама лично грохну тебя, если мы все будет на волосок от смерти по твоей вине! — вскрикивает Наталия, резко размахивая руками. — Вот до чего довело твое желание стать героем с мыслью, что ситуация находится под твоим контролем! И может быть, твой дядька будет благодарен мне, если я помогу ему избавиться от одной мрази, которая доставила всем столько проблем.

— Я всего лишь отстаиваю свои интересы, как человек, имеющий право на то, что принадлежит мне по праву, — скрестив руки на груди, холодно отвечает Эдвард. — И пока я живой, то ни за что не отдам и малюсенькую доли отцовского наследства.

— Ах да, конечно, наследство… — резко мотает головой Наталия. — Походу, ты и сам готов перегрызть всем глотку ради него. А мог бы спокойно позволить тому подонку подавиться со своими деньгами и компаниями и оставить его в покое.

— Дядя не имеет права ни на один цент, который должен достаться мне! — уверенно заявляет Эдвард. — Я не позволю этой мрази пользоваться чужим. И заберу у него то, что он украл у моей семьи.

— Чтобы стать такой же сукой, как и он сам? Которая зубами вцепилась в это чертово наследство и не боится, что этот ублюдок может убить твоего друга, его невесту и его мать.

— У тебя не хватит мозгов, чтобы понять некоторые вещи, — презренно хмыкает Эдвард. — Да и зачем они тебе нужны! Чтобы трахаться с мужиками мозги особо не нужны. Главное – задницей хорошо вертеть, да рот с руками умелыми иметь. А у тебя с этим все просто превосходно!

— Заткнись, ты, мерзкий ублюдок, а иначе я за себя не ручаюсь, — с учащенным дыханием крепко сжав руки в кулаки и уставив на Эдварда леденящий душу взгляд, шипит Наталия. — Клянусь, Локхарт, ты точно станешь трупом на радость своему дядюшке!

— Да что ты мне сделаешь? — расставив руки в бока, презренно усмехается Эдвард. — Куда тебе тягаться со здоровым мужиком! Да еще и в таком состоянии. Ты едва на ногах-то стоять можешь, а тут вдруг решила угрожать мне расправой… Пф, смешно , Рочестер, смешно…

— Я найду силы расквитаться с тобой, даже если у меня будет всего одна секунда до смерти. Если будет нужно, то я даже на последнем издыхании уничтожу тебя. Лишь бы больше не видеть твою наглую рожу, которая меня чертовски бесит!

— Твоя бесит меня ничуть не меньше! И кроме того, мне совсем не жаль, что ты довела себя до такого состояния. Потому что ты сама в этом виновата. Да и не только в этом. Но и в том, что заставила меня возненавидеть тебя столь же сильно, как и своего дядю.

— Ах, я виновата! — широко раскрыв рот и уставив свой полный злости взгляд на Эдварда, восклицает Наталия. — Виновата, что у нас не сложились отношения, что твой больной дядя угрожает тебе, Ракель, Терренсу и его матери… Может, я еще в чем виновата? Например, в том, что твоя жизнь не сложилась так, как тебе того хотелось? Поэтому ты и хочешь стать таким же жадным, мерзким и отвратительным типом, которому все будут желать смерти из-за того, что он везде гадит и всем вредит!

— Ох, твою же мать… — скрестив руки на груди, прищурив глаза и качая головой, медленно выдыхает Эдвард. — Какая же ты глупая… Жалкая безмозглая курица, от которой уже все мужики сбежали. И теперь я понимаю , почему нормальным мужикам, которые хотят создать свою семью, не нужна девчонка на одну ночь. Если ты и подцепишь какого-то лоха, то только того, кто захочет лишь трахаться с тобой. Уж для семейной жизни ты – увы – не создана!

— Ха, как будто ты готов к этому! Тебя же интересует только твой дядюшка и то, как помочь ему грохнуть всех нас. Но чтобы Ракель и Терренс не думали, что ты – тот еще меркантильный ублюдок, то начал красиво и сладко говорить. Усиленно играя роль жертвы и благодетеля, который якобы всеми силами стремится спасти свою семью от гибели. Молодец, Эдвард, браво! Хоть здесь ты сыграл правдоподобно! Только вот если они узнают, какая сука ты на самом деле, то тебя немедленно запишут во враги и не пустят за порог этого дома.