— Он признался в этом?

— Да. Так что все это взаимосвязано.

— Значит, тот актер дал понять, что это сделал он?

— Нет, автор писем пока что не хочет раскрывать себя и дает лишь намеки. — Ракель замолкает на пару секунд и тихо шмыгает носом, рассматривая свои руки. — Например, он дал понять, что был на фотосессии… Потом начал запутывать меня, утверждая, что виновник может быть как кто-то из моих знакомых, так и кто-то из друзей или близких. Мол, кто угодно мог все это затеять.

— Ничего себе… — качает головой Алексис.

— Однако я уже давно поняла, что виновник всех моих бед – тот актер. Оскорбленный и униженный актер.

— А он хоть известный? Или так себе?

— Люди вокруг меня утверждают, что он был известен где-то в двухтысячных и сыграл в каком-то суперпопулярном фильме. Но я его не помню, не знаю и не видела ни в одном фильме.

— И как его зовут?

— Терренс МакКлайф.

— Да ладно? — широко распахивает глаза Алексис. — Ты знакома с Терренсом МакКлайфом?

— К сожалению.

— Господи, да это же известный актер! Я обожаю его персонажа Мэйсона в фильме « American Love Affair »! Прошло уже много лет, но я до сих пор пересматриваю тот фильм время от времени.

— Все так много говорят об этом фильме, что мне становится как-то не по себе. От того, что не знаю его.

— Господи, да я вообще не понимаю, как ты можешь не знать самого Терренса. Он же мечта всех девушек! Красавец! Настоящий Аполлон!

— Да, может, он и красивый, но очень уж противный и невоспитанный.

— Ну не знаю… — задумчиво произносит Алексис. — На публике он всегда очень вежлив. Никогда не отказывает фанатам в просьбе что-то подписать или сделать фотографию.

— Ну он же актер. Притворяется хорошим.

— Слушай, ну я не верю, что это он распространил те сплетни. Зачем ему это? Терренсу незачем пиариться на твоем имени, потому что его и так все знают. Да и рушить твою карьеру тоже нет смысла.

— Почему же нет? Есть! МакКлайфа задело то, что я не повела себя как все и дала ему жесткий отказ.

— Ну и зачем ты его отшила? Ведь он же красавчик!

— Мне этот красавчик и даром не нужен!

— Почему?

— Он мне просто не нравится.

— А может, наоборот? — загадочно улыбается Алексис. — Вдруг ты нервно к нему дышишь?

— Нет, Лекси, этот человек меня совсем не интересует.

— Да ладно тебе, Ракель! Знаешь, какая бы тебе выпала честь, если бы ты стала подружкой Терренса МакКлайфа.

— Я стану подружкой другого, более воспитанного и порядочного мужчины.

— Ну неужели он тебе вообще не нравится? Хотя бы чуточку?

— Нет, не нравится.

— Ракель…

— Как я могу любить человека, который опозорил меня на весь мир? Который настроил всех против меня и заставил поверить, что я якобы оскорбляла и унижала всех, с кем работала, и постоянно устраивала скандалы.

— У тебя есть веские доказательства того, что это он?

— Есть. Анонимные письма.

— Они ничего не дадут. В них нет личного признания Терренса в том, что он это сделал.

— В любом случае я это так просто не оставлю. Как только моя тетя Алисия вернется домой, я всерьез займусь этим делом и заставлю эту тварь ответить за то, что он сделал.

— Не знаю, я бы на твоем месте хорошенько все обдумала и не разбрасывалась бы обвинениями, — спокойно говорит Алексис. — Да, Терренс вполне мог это сделать, но учитывая твой статус, виновником может быть кто угодно.

— Да ладно, Лекси, не думай об этом. — Ракель заправляет прядь волос за ухо. — Сейчас это уже не так важно. Рано или поздно правда всплывет наружу, и этот человек прекратит издеваться надо мной и рассказывать всем ложь.

— В любом случае я бы не оставляла это дело без внимания и проучила бы виновника, — уверенно говорит Алексис. — Узнала бы, кто это сделал, и заставила бы его дорого за это заплатить.

— Я пока что не решила, что буду с ним делать. Решу это чуть позже. На данный момент меня волнует только то, как помочь своей тете спастись от Элеанор Вудхам.

— Хорошо, поступай как знаешь. Однако в любом случае мне правда стыдно перед тобой за свое поведение в первый же день твоего приезда.

— Не стоит жалеть, – бросает легкую улыбку Ракель. — Я все понимаю.

— Наверное, ты думала, что приедешь сюда отдохнуть и сможешь забыть об этом скандале. Но я напомнила о нем вновь. И это заставило тебя чувствовать себя хуже.

— Я и так постоянно о нем думала.

— К тому же, я обещала Алисии молчать об этом скандале в твоем присутствии. Но так и не смогла сдержать своего слова… — Алексис нервно сглатывает. — Мне было противно смотреть на то, как усердно ты делаешь вид, что все хорошо. Не хотела понимать, что так ты просто пыталась отвлечься. Вот и не выдержала.

— Верно, я пыталась как-то отвлечься, — кивает Ракель. — Потому что понимала, что могу сойти с ума, если буду все время думать о том, что сделал Терренс.

— Да, иногда я не умею держать язык за зубами и бываю не слишком сдержанной. Но мне правда очень жаль… Я понимаю, что тогда была неправа.

— Лекси…

— Пожалуйста, Ракель… — Алексис на пару секунд переводит взгляд вниз, но затем храбро переводит его на Ракель. — Прости меня за то, что я так отвратительно себя вела в тот день. Знаю, что должна была проявить к тебе уважение, но не сделала этого.

— Пожалуйста, Лекси, не надо извиняться, — мягко говорит Ракель. — Мы с тобой уже давно все обсудили.

— Сейчас я окончательно убедилась в том, что ты – классная девчонка. Добрая, милая, преданная… Я… Поверила Алисии, которая всегда это говорила. Поняла, что ты действительно такая и есть. Что ты совсем не стерва, какой тебя называют все эти журналисты и репортеры, которым надо только лишь раздуть сенсацию и получить побольше денег.

— Пожалуйста, давай не будем возвращаться к тому, что нам обеими неприятно вспоминать.

— Клянусь, я совсем не хотела причинить тебе боль, — неуверенно говорит Алексис, немного испуганно смотря на Ракель. — И не хотела становиться твоим врагом.

— Не беспокойся, дорогая. — Ракель с легкой улыбкой гладит Алексис по руке. — Я нисколько не сержусь на тебя. Ты имела право на свое мнение, и я не могу обижаться на то, что оно отличалось от того, что думали мои близкие.

— Я хочу, чтобы ты знала, что всегда можешь положиться на меня, — дружелюбно дает понять Алексис. — Что я больше не поверю никаким газетенкам, которые пишут о тебе такие ужасные вещи. И буду помнить, что Алисия не стала бы говорить о тебе только хорошее, если бы ты не была такой. Раз она сказала, что ее племянница хорошая, значит, так оно и есть.

— Может, нам и не сразу удалось поладить. Но я рада, что мы все-таки нашли общий язык. Ты кажешься мне хорошим человеком, с которым можно о чем-то поговорить.

— Приятно это слышать.

— К сожалению, в Лондоне у меня нет друзей… Все они остались дома. Но я рада, что я познакомилась здесь с кем-то, с кем можно будет поговорить, если я захочу вернуться сюда еще раз.

— Да и я буду знать, что у меня всегда будет человек, с которым смогу о чем-нибудь поболтать. — Алексис пожимает плечами. — Раз уж я поругалась с Жаклин, то буду общаться хотя бы с тобой. Да, мы с тобой не подруги. Но… Кто знает… Может, однажды мы сможем стать намного ближе и… Будем общаться так же хорошо, как и ты – со своей подругой.

— Мне уже хорошо от того, что есть человек, который поддерживает меня сейчас, пока моя тетя в беде. Не дает мне сойти с ума и… Впасть в отчаяние и депрессию. Будь я сейчас одна, то точно не смогла бы все это выдержать.

— Я рада, что хоть как-то помогаю тебе пережить это время, — мягко говорит Алексис.

— Да… Спасибо, Лекси. — Ракель бросает мимолетную улыбку. — Спасибо большое. Сейчас мне крайне необходимо услышать хотя бы немного приятных слов, которые… Дали бы мне надежду на лучшее.