— Вот как…

— Как правило, отношения, начатые по причине сексуального влечения рано или поздно приводят к разрыву. Ведь люди встречаются и женятся не для того, чтобы каждый день заниматься шикарным сексом и бегать по свиданиям. Да и звездульки не смогут вечно жить с теми, с кем решили сойтись ради пиара. Рано или поздно они разбегаются.

— Ну знайте, Саймон, учитывая, что и у Ракель, и у Терренса всегда было очень много работы, я сомневаюсь , что у них остается время на секс и свидания, — задумчиво предполагает Ричард, поглаживая свой подбородок. — Если между ними вообще что-то было в последние несколько месяцев… У них слишком много работы, судя по новостям, что появляются в газетах и журналах почти каждый день.

— А это как раз может стать еще одной причиной, почему их отношениям очень скоро придет конец. Не проводя достаточно времени вместе, забивая друг на друга и погружаясь в работу или домашние дела, любые чувства остывают. А иногда между влюбленными может возникнуть такая неприязнь, что им противно будет находиться вместе.

— Думайте, этих двоих ждет то же самое?

— Поверь мне, Ричард, отношениям Терренса и Ракель в самое ближайшее время придет конец, и они объявят всем о своем расставании.

— И я полагаю, вы бы очень хотели этого?

— Естественно, малой! К тому же, я собираюсь немного ускорить этот процесс. Хочу помочь им понять, что они не могут быть вместе. — Саймон хитро улыбается. — Можно сказать, разлучить Ракель с Терренсом – это часть моего плана. Ведь я хочу, чтобы она осталась одна и потеряла всех. Включая своего собственного парня.

— А если эти двое не разойдутся, как вы хотите?

— Посмотрим, приятель… Но я и на этот случай припас кое-что интересное… Не сработает один план – у меня в запасе есть другой. Это уж точно заставит их отношения закончиться к чертовой матери.

— Думайте?

— После того что я им устрою, Терренс и Ракель точно не будут вместе и начнут мечтать разбежаться. Совместная жизнь станет для них мучением. И они заявят друг другу о расставании в самое ближайшее время.

— Представляю, какая истерия начнется среди их поклонников, которые всей душой болеют за эту пару, — тихо усмехается Ричард.

— Ничего, маленькие девочки немножко поплачут, да смирятся, — хитро улыбается Саймон. — А потом вообще страшно обрадуются. Так же, как и все мужчины, которые мечтают об этой девчонке. Они оба станут свободными… А значит, что у других появится шанс.

— Да, определенно… — задумчиво произносит Ричард.

— Не знаю, будет ли расставание сильным ударом для Терренса, а вот для мой дорогой Ракель это вряд ли будет приятно.

— А если она его не любит? Ей точно будет все равно!

— Нет, мальчик, не будет. Все женщины очень эмоциональны. Они переживают расставание с мужчиной так же, как и смерть близкого человека. Вот и Кэмерон ждет та же участь… К тому же, ей будет еще хуже после того что я собираюсь с ней сделать…

— Сделайте все, чтобы от нее отвернулись все ее друзья и родственники?

— Да, я обязательно попугаю ее друзей, а затем возьмусь за ее родственников, которых, кстати, у нее не так уж и много. Я доставлю им как можно больше проблем и заставлю думать, что во всем виновата именно Ракель.

— Вы сможете?

— Смогу.

— Было бы круто посмотреть на то, как все эти люди отворачиваются от нее.

— И когда я добьюсь своего, то наконец-то перейду к решительным действиям. К тому моменту уже никто не сможет мне помешать. Возлюбленный этой девчонки будет думать о расставании, друзья начнут считать ее опасной себе, да и родственникам станет все равно на нее. Так что никто не сможет помешать мне расправиться с этой девчонкой раз и навсегда.

— Превосходный план, Саймон! — с широкой улыбкой уверенно кивает Ричард. — Я не сомневался, что вы придумайте что-то гениальное.

— Я знаю, парень! — с легкой улыбкой гордо приподнимает голову Саймон. — Я стану ее ночным кошмаром. Стану ночным кошмаром Ракель, который она никогда не сможет забыть. Она будет мечтать проснуться и понять, что все это сон, но этого не будет. Кэмерон никогда не сможет проснуться от этого кошмара. Он будет бесконечным .

— Пусть так и будет.

— Никто не останется таким, каким является сейчас. Все изменятся. Все станут другими. Не теми, что были раньше. Я собираюсь показать им то, чего они раньше не замечали или не хотели замечать.

— Я и не сомневаюсь!

— Уж поверь мне, на этот раз все будет гораздо жестче, чем в прошлый раз. Я сделаю все возможное, чтобы те людишки бросили Ракель в одиночестве и начали думать, что она виновата во всех грехах. — Саймон ехидно смеется. — Ну а когда рядом с ней не останется никого, то я и нанесу последний удар, который будет самым больным. Нанесу его тогда, когда никто не сможет защитить ее от меня. Когда никому не будет дела до этой девчонки. До этой сучки, которая должна заплатить за все, что она сделала.

— Она заплатит , Саймон, — уверенно кивает Ричард. — Не сомневайтесь.

— Есть кое-что, что я обязательно расскажу ей, когда придет нужное время, — с хитрой улыбкой уверенно говорит Саймон. — И поверь мне, это приведет ее в шок. Ну и, возможно, расставит кое-что по своим местам.

— А об этом кто-то еще знает?

— Нет, никто, кроме меня, не знает об этом. Все были бы в шоке, если бы я рассказал им то, что определенно никому не известно уже очень долгое время.

— А вы не поделитесь со мной этой тайной года? — с легкой улыбкой спрашивает Ричард.

— Пока что нет, приятель.

— Я никому не скажу. Клянусь!

— Нет, Ричи, подожди немного. Когда придет время, ты обо всем узнаешь. Обо всем …

— Это как-то связано с Ракель?

— Может быть… — Саймон широко улыбается, бросив короткий взгляд в сторону. — Возможно…

— Вы меня заинтриговали.

— В любом случае Ракель было бы интересно узнать то, что я могу ей рассказать. Это изменило все то, что она знает на данный момент.

— Вот как…

— Но ничего. Скоро она обо всем узнает… И будет в шоке… Скоро …

Ричард ничего не говорит и просто слегка улыбается, пока Саймон с гордо поднятой головой задумывается о чем-то своем, не сомневаясь в том, что его секрет несомненно вызовет эффект бомбы и заставит всех прийти в ужас. Этот человек определенно настроен серьезно и намерен довести свое дело до самого конца, несмотря ни на что. Он готов пойти по головам, лишь бы достичь своей желаемой цели. И Рингер непременно сделает это. Пока что еще никто не подозревает о том, что он может и хочет сделать в самое ближайшее время. Но ясно одно: чтобы ни захотел сделать Саймон, спокойной и размеренной жизни Ракель, Терренса и их близких людей абсолютно точно пришел конец. По крайней мере, на некоторое время абсолютно точно…

На следующий день особо ничего не изменилось. Этим утром Ракель решила никуда не ходить ради собственной безопасности, несмотря на то, что на сегодняшний день у нее была запланирована репетиция к предстоящему показу. О которой девушка, впрочем, напрочь позабыла… Терренс полностью поддержал девушку в ее решении остаться дома и никуда не ходить, и отменил все свои дела, которые были запланированы на сегодня, чтобы оказать ей свою поддержку. Мужчина не захотел оставлять девушку одну, так как посчитал, что Саймон может неожиданно заявиться к ним домой и сделать с девушкой все что угодно.

Сейчас Ракель сидит в гостиной, не переставая думать о том, что ей делать. Неизвестность сильно пугает девушку. Пугает то, что она не знает, с чего может начать Саймон. Больше всего на свете ей хочется сбежать ото всех проблем как можно дальше. Но к сожалению, это невозможно. Проблема не решится таким способом. И она прекрасно это понимает. Все проблемы, которые раньше девушка считала катастрофическими, сейчас кажутся ей сущим пустяком. Сейчас ее проблемы намного серьезнее. Ее жизни угрожает опасность. Жизням ее близких угрожает опасность. А Саймон может начать действовать когда угодно и как угодно.