— Надо же, объявилась наша пропажа века! — хлопает в ладони Ракель.

— Да уж, давненько мы ничего не слышали о Паркере… — с легкой улыбкой задумчиво отвечает Наталия.

— Интересно, где его носило все это время? Почему он ни разу не приходил сюда и даже не звонил?

— Насчет этого я ничего не могу сказать, — задумчиво отвечает Терренс. — Но у меня есть одна мыслишка… Могу назвать причину, которая вполне могла заставить его прийти сюда.

— И какая же?

— Ракель знает, что я имею в виду.

— Э-э-э, о чем я знаю? — слегка хмурится Ракель, вопросительно смотря на Терренса. — Что ты имеешь в виду?

— Я говорю про нашу служанку Блер, за которой хочет поухаживать наш дражайший Бенджамин Паркер.

— И что?

— Да я готов поспорить на что угодно, что Паркер приперся сюда для того, чтобы спросить у меня, как ему подкатить к этой юной девочке, — уверенно заявляет Терренс. — Решился, наконец-таки!

— А что разве твой друг не может соскучиться по тебе и предложить провести время вместе? — с тихой усмешкой удивляется Наталия.

— Это тоже. Но поверь мне, он приехал сюда ради совета в любовных делах.

— Как будто он и сам не знает, что делать! — по-доброму усмехается Ракель. — Ведь Паркер – неисправимый бабник, у которого было уже столько девушек.

— А может, он просто решил излить душу своему любимому другу Терри и поделиться своими эмоциями. Знает парняга, что я обязательно поддержу его и подскажу, как удивить девушку, чтобы она не смогла ему отказать.

— Ну да, учитывая то, как ты смеешься над Даниэлем из-за того, что он перепугался после встречи с отцом Анны, то Бену уж точно не стоит ждать от тебя чего-то хорошего, — скрещивает руки на груди Наталия.

— Ты очень плохого мнения обо мне, Рочестер. Очень плохого.

— Что правда, то правда, приятель.

— Ой, ладно, хватит уже болтать, — устало говорит Ракель. — Иди уже поговори с Беном. А то опять не успеет поймать тебя.

— И оставить таких красивых девушек одних? — удивляется Терренс.

— Не беспокойся за нас, дорогой. — Ракель мягко дотрагивается до предплечья Терренса. — Мы с Наталией еще немного поговорим, а потом я хочу поехать домой к дедушке. Мы с ним очень давно не разговаривали, и я хочу это исправить.

— Ты хочешь поехать к мистеру Кэмерону?

— Да, и думаю перед этим заехать на кладбище в Кингстоне. Проверить могилы родителей. Не могу вспомнить, когда я была там в последний раз.

— Хорошо, поезжай.

— А ты не хочешь составить мне компанию? — с легкой улыбкой интересуется Ракель. — Поехали со мной. Поможем дедушке в чем-нибудь и выпьем с ним кофе… Уверена, он был бы рад увидеть тебя, ведь ты уже давно не общался с ним.

— С радостью, — скромно улыбается Терренс. — Для меня будет огромная честь сопровождать такую обворожительную девушку.

— Ой, романтик, да иди ты уже к своему другу! — скромно хихикает Наталия, пока Ракель бросает мимолетную улыбку с легким румянцем на лице. — Не заставляй мою подружку краснеть от смущения, а своего друга – ждать тебя.

— Да, МакКлайф, давай иди в гостиную, — говорит Ракель, похлопав Терренса по плечу. — А то совсем забыл про своего друга детства и не общался с ним уже черт знает сколько.

— Хорошо-хорошо, красавицы, я пойду, — с легкой улыбкой отвечает Терренс и залпом допивает остатки напитка из своего стакана. — Что ж, милые девчонки, простите за то, что я вынужден оставить вас одних. Не скучайте тут без меня.

Терренс встает из-за стола, подходит к двери, ведущей в гостиную и заходит внутрь, пока Ракель и Наталия скромно улыбаются ему вслед.

— Да уж, хоть Терренс и обожает нахваливать себя, все-таки он классный человек, — с легкой улыбкой уверенно говорит Наталия.

— Правда, иногда немного вредничает и напрашивается на неприятности, — отвечает Ракель, откинувшись на спинку стула.

— Тебе стоит беречь этого человека. Такого, как он, ты больше нигде не встретишь. Как ни как, а МакКлайф все-таки прав : таких, как он, один на миллион.

— А мне другой и не нужен. — Ракель убирает прядь волос с лица. — Я нуждаюсь только лишь в Терренсе. Он – моя первая и последняя любовь. Хочу в это верить. Хочу, чтобы так и было.

— Да уж, редкий случай, когда влюбляешься впервые в жизни и на всю жизнь. Многие до свадьбы встречаются со столькими людьми. А ты сразу забрала себе лучшее и не прогадала.

— Ну да, не буду отрицать, — загадочно улыбается Ракель. — И ради этого человека можно пойти на любые жертвы.

— Знаю-знаю, ты не раз это доказывала. Невозможно не поверить, что ради этого красавчика ты готова пойти на все.

— О да, на все.

— И вообще, мне кажется, что вы уже через столько всего прошли… Многие и за долгие годы совместной жизни не проходят столько, сколько прошли вы всего лишь за один год, который вы живете вместе.

— Но думаю, что это далеко не конец… Хотя даже если у нас и будут какие-то проблемы в будущем, то мы все равно сможем разрешить их и не будем доводить все до точки кипения.

— Тем не менее нам двоим все равно есть куда стремиться. Ведь совершенству нет предела.

— Согласна.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Ракель и Наталия бросают взгляд в разные стороны, наслаждаясь теплой погодой и приятным ветерком, что обдувает их лица.

— Кстати, а когда ты хочешь поехать к мистеру Кэмерону? — интересуется Наталия. — Прямо сейчас? Или позже?

— Я планировала поехать где-то после обеда, — задумчиво отвечает Ракель. — Но раз Терренс захотел поехать со мной на кладбище и в гости к дедушке, то все будет зависеть от того, как быстро он поговорит с Беном.

— О, долго же тебе ждать придется. Пока парни все не обсудят, они не попрощаются друг с другом.

— Ничего страшного, я подожду. Мне некуда торопиться, и я могу поехать хоть вечером.

— Эй, а неужели Бенджамин действительно влюбился в вашу служанку Блер?

— Не знаю насчет Паркера, но вот Блер действительно начинает понимать, что этот человек ей нравится. Хотя даже если этот союз будет существовать, вряд ли он продлится долго, ибо ты знаешь, что Бен – тот еще бабник, меняющий девушек как перчатки.

— Это твои предположения?

— Нет, Блер сама сказала мне об этом, когда я однажды разговаривала с ней по душам. Я тогда была дома и не знала, чем себя занять, а она убиралась в гостиной и сама попросила меня о разговоре.

— Значит, эта девочка уже давно неровно дышит к другу МакКлайфа?

— Ну да… Только она просила не говорить Терренсу об этом.

— Почему? Она что боится его?

— Нет, просто Блер видит, что Терренс не одобряет этого и не скрывает своего недовольства. И не хочет, чтобы и она влюблялась в него, и сам Бен западал на нее. Он предупреждал ее, чтобы она не связывалась с ним, но, похоже, эта девочка не стала его слушать. И на свидания с ним ходит, и подарки принимает, и цветам всегда безумно рада…

— Однако это ее жизнь. Пусть она сама решает, как ей жить. Да, Паркер, конечно, – тот еще бабник, но он в целом он не такой уж и плохой парень. Лично мне он нравится.

— Ты права. Просто у этой девушки непростая жизнь. Вот нам с Терренсом и жалко ее, и мы стараемся быть с ней как можно мягче. Блер не заслужила страданий не только из-за проблем в семье, но и из-за своей любви.

— О… Понятно… Ну ладно! Раз так, то я не буду говорить с Терренсом об этом. Это, конечно, не означает, что он ничего не узнает. Но раз для Блер это так важно, то зачем выдавать ее.

— Спасибо, подружка, — с легкой улыбкой благодарит Ракель. — Надеюсь, что на этот раз ты не будешь такой болтливой.

— Не буду, обещаю.

— Хорошо, тогда договорились.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой подруги снова окидывают взглядом все, что видят перед собой.

— Эй, а у тебя есть какие-то дела на сегодня? — интересуется Ракель.