— А это ты уже сам виноват, красавчик, — кокетливо улыбается Наталия и пальцем шлепает Эдварда по носу. — Думаешь, тебе одному можно пользоваться слабостями хрупкой девушки?

— Трудно устоять, когда рядом со мной находится такая соблазнительная и привлекательная девушка. Точнее, невозможно. Одного взгляда на тебя уже достаточно для того, чтобы я захотел обладать тобою.

— Даже с неуложенными лохматыми волосами, в потертых джинсах, простой майке и мужской толстовке?

— Для меня ты будешь идеальна в любом виде. — Эдвард запускает пальцы в волосы Наталии и немного лохматит их, вызывая у нее скромный смех. — По-настоящему привлекательную девушку, обладающую огромным шармом, можно одеть во что угодно, но она все равно будет возбуждать и вызывать желание приласкать ее шикарное тело.

— Ну да, а будет еще лучше, если девушка будет без одежды, — загадочно улыбается Наталия, бедром легонько ударив Эдварда в бок.

— Ну это вообще шикарно! — закатывает глаза Эдвард. — Обнаженная, с растрепанными волосами, без косметики на лице… М-м-м… Просто идеально.

— Вот как!

— Я когда-нибудь говорил, что очень люблю твою естественную красоту, которой тебя наградила природа?

— Звучит как комплимент, — скромно улыбается Наталия.

— Потому что это так, моя голубоглазая красавица. — Эдвард нежно гладит Наталию по голове и щеке. — Самая прекрасная на свете.

Наталия улыбается гораздо шире и кладет голову на плечо Эдварда, который мило целует ее в макушку. В воздухе ненадолго воцаряется пауза, во время которой девушка гладит мужчину по щеке и запускает руку в его волосы, а тот нежным взглядом рассматривает ее лицо.

— Кстати, Эдвард, я бы хотела… — задумчиво говорит Наталия. — Хотела посмотреть на твою татуировку получше. Ты сделал ее уже давно, а я только мельком видела ее на съемках клипа.

— Конечно, можешь посмотреть, — мягко отвечает Эдвард. — У меня на пояснице.

Наталия пару секунд смотрит на Эдварда, а затем медленно переворачивается на бок и задирает край его футболки. На пояснице девушка видит небольшую черную стаю черных птиц, которые разлетаются в разные стороны, и надпись « It’s Time To Let The Past Go », написанную изящным рукописным шрифтом.

— Ух ты, — слегка улыбается Наталия, внимательно рассматривая татуировку. — Красиво… Очень красиво…

— Я и сам доволен результатом, — признается Эдвард.

— А у нее есть какое-то значение? Или это просто рисунок?

— Есть . Птицы – это некое освобождение от того, что сдерживало меня долгое время. Они улетают на волю после долгого лишения свободы и всей душой наслаждаются тем чувством, когда они могут наконец-то взлететь.

— То есть, это символизирует изменения, которые произошли с тобой за эти несколько месяцев?

— Да. Я тоже долгое время сдерживал себя… Пытался подавить в себе какие-то чувства… И это сильно давило на меня. Я находился в сильном напряжении и никак не мог расслабиться.

— Хм… Настало время отпустить прошлое… Птицы улетают далеко-далеко, не оглядываясь назад и стремясь только впереди.

— Я ассоциирую себя с этой стаей птиц, — признается Эдвард. — Долгое время мне пришлось быть в некой скорлупе и чувствовать себя скованным. Но сейчас я наконец-то избавился от этого и почувствовал то, чего искал долгие годы – счастье, свободу и облегчение.

— Я так и поняла, — с легкой улыбкой произносит Наталия и снова ложится на живот рядом с Эдвардом.

— Хоть я все еще привыкаю к этому чувству и не совсем поборол то, с чем боролся полжизни, есть много того, что мне удалось сделать.

— И поверь мне, у тебя отлично получается. Скоро ты вообще не будешь вспоминать свое прошлое.

— Я и так стараюсь поменьше думать о нем. Ибо… В нем были ужасные люди, которые заставили меня чувствовать себя отвратительно. Заставили сделать кучу вещей, о которых я всегда буду жалеть.

— Не надо, Эдвард, — мягко говорит Наталия, нежно гладя Эдварда по одной щеке и мило целует другую. — Живи в настоящем и будь тем, кем ты являешься сейчас.

— Я пытаюсь. Правда.

Наталия скромно улыбается Эдварду, который все еще лежит на животе, подперев руки под подбородок, проводит рукой по его волосам, медленно опускается к щеке и очень нежно гладит ее, позволяя мужчине насладиться ее любовью как можно дольше. А вскоре он прикладывает теплую ладонь к щеке блондинки, заставляя ее улыбнуться намного шире и на пару секунд прикрыть глаза, пока их кончики носов слегка соприкасаются.

— Кстати… — задумчиво произносит Эдвард. — Раз уж ты так хочешь, то можешь забрать мою толстовку.

— Правда? — округляет глаза Наталия.

— Да. Только за это я попрошу тебя помочь мне еще расслабиться. — Эдвард уставляет свой томный взгляд на губы Наталии, по которым мягко проводит большим пальцем. — Совсем немного.

— Звучит очень заманчиво.

— Только на этот раз будь хорошей девочкой и не играй в недотрогу, — мягко просит Эдвард и нежно гладит Наталию по голове.

— Хорошо, я больше не буду. Немного подразнила тебя – и хватит.

— В таком случае я не могу не воспользоваться шансом.

Влюбленные еще несколько секунд обмениваются взглядом в глаза с нежной улыбкой на лице, а затем медленно соединяют губы, чтобы вновь насладиться теми головокружительными ощущениями, что они чувствуют каждый раз, когда целуют друг друга, понимая, как по всему телу медленно распространяется приятная дрожь, а звук быстро стучащего сердца отдается эхом в голову. Когда будущие супруги принимают сидячее положение в какой-то момент, Наталия запускает пальцы в волосы Эдварда и позволяет им « путешествовать » по его голове и закидывает руку вокруг его шеи, пока он обвивает руки вокруг ее талии и крепко обнимает девушку, как бы ни на секунду не желая отпускать ее.

Мужчина нежными медленными движениями ладоней гладит ее по спине и не стесняется проскользнуть ей под майку и ласкать оголенные участки роскошного тела возлюбленной. А чуть позже Эдвард с большим удовольствием покрывает изящную шею Наталии нежными поцелуями и уделяет немного внимания ее упругой груди, которую он нежно сжимает и ласкает губами. Девушке же остается наслаждаться происходящим, негромко постанывать или закатывать глаза и не забывать уделять мужчине достаточно любви и ласки, чтобы ему было очень хорошо.

Терренс и Ракель тоже решили провести время вдвоем. Оставшиеся дома влюбленные находятся в гостиной и смотрят фильм на большом телевизоре, лежа на диване в обнимку и иногда что-то съедая из того, что находится перед ним. Девушка поближе прижимается к мужчине, что крепко обнимает ее, пока ее голова покоится у него на груди, на которой она что-то вырисовывает пальцем, или на которую просто кладет ладонь время от времени. Но через какое-то время он заканчивается, а по телевизору начинают показывать финальные титры. Так что Терренс берет в руки пульт и нажимает пару кнопок, с легкой улыбкой бодро сказав:

— Отличный фильм! Давно хотел посмотреть его, но все времени не было.

— Согласна, он и правда хороший… — задумчиво отвечает Ракель. — Правда очень уж страшный. У меня чуть волосы дыбом не встали от некоторых сцен.

— А я предупреждал, что тебе стоит смотреть его.

— Да, но любопытство выиграло .

— Потом не говори, что я заставлял тебя смотреть кино, — с невинной улыбкой говорит Терренс.

— Не скажу, не бойся.

— Надеюсь.

— Но единственный плюс в просмотре страшных фильмов заключается в том, что ты можешь крепко прижаться к любимому человеку и взять его за руку, чтобы не было страшно. Прижаться к его груди с мыслью, что ты в безопасности.

— Согласен. Смотреть фильм в обнимку с любимым человеком – это здорово. — Терренс мягко проводит рукой по щеке Ракель, пока ее голова все еще лежит у него на груди. — Особенно, когда получается так, что ты редко видишь его.