— Мы можем все тебе объяснить!

— Не надо мне ничего объяснять.

— Послушай, Питер… — пытается взять слово Терренс.

— Заткнись, Терренс! — резко отрезает Питер.

«Убей этих мудаков, — решительно призывает Теодор. — Покончи с теми, кто хочет тебе навредить.»

— Слушай, приятель, неужели ты реально думаешь, что мы бы стали веселиться и строить какие-то планы, если бы знали о горе кого-то, кто нам близок? — недоумевает Даниэль.

— А это что такое? — недоумевает Питер. — Вы чем сейчас занимайтесь? Горюйте по Хелен? Сидите здесь мрачнее тучи? Затопили все кафе слезами? Носите черную одежду в знак траура?

— Девчонки свидетели – мы держали траур вместе с ними.

— Ах да, пардон, я забыл… — Питер откидывается на спинку кресла. — Забыл, что это вы во всем виноваты. Вы довели все до такого. Вы виноваты в смерти Хелен. Если бы не вы трое, с ней сейчас все было бы хорошо.

— Мы в этом не виноваты! — восклицает Терренс. — Смерть Хелен – это не наша вина, а вина Маркуса и его дружков. Которых, кстати, уже арестовали.

— Я не забыл, как вы все стояли на месте и ничего не делали для того, чтобы ей помочь. Вы ни хера не сделали и позволили ей умирать в огне. Медленно и мучительно.

— Ты прекрасно знаешь, почему это было невозможно.

— Все было возможно. Вы просто не хотели рвать жопу. Хотели причинить мне как можно больше боли. Мало того что ни хера не помогли ей, так еще и сидите здесь и ржете. Вам плевать, что моя девушка мертва. Плевать!

— Хелен не мертва! — на одном дыхании выпаливает Даниэль. — Она жива и здорова.

— Была бы жива, если бы вы хоть что-то сделали!

— Даниэль не врет, Питер, — спокойно говорит Эдвард. — Хелен не погибла тогда в пожаре. Ей удалось выжить.

— Ее спас Элайджа Хартли, сообщник Маркуса, — добавляет Терренс. — Который в какой-то момент резко куда-то пропал.

— Никто не предал этому значения, но выяснилось, что он занимался спасением Маршалл, — сообщает Даниэль. — Он едва успел вынести ее из дома до того, как произошел взрыв.

— Хватит рассказывать мне сказки! — восклицает Питер.

— Мы не шутим, Питер. Это чистая правда. Хелен жива. Не погибла. Мы все в этом убедились. И мы с парнями, и наши девчонки.

В воздухе воцаряется напряженная пауза, во время которой Питер недоверчиво смотрит на Эдварда, Терренса и Даниэля, вроде бы и сомневаясь в правдивости их слов, а вроде бы и понимая, что в них определенно что-то есть.

— Правда? — слегка хмурится Питер. — Хелен жива?

— Именно! — с широкой улыбкой радостно подтверждает Терренс. — Жива твоя подружка! Жива и здорова!

— Мы знаем, что это кажется нереальным, но мы не врем, — бодро добавляет Даниэль. — Все уже в курсе! Только тебе мы не могли сказать, ибо ты нас избегал.

— Вот поэтому мы такие веселые! — восклицает Эдвард. — Мы радуемся! Радуемся, что с нашей подружкой все хорошо. Что нашей вины в случившемся нет.

Питер отводит взгляд в сторону и нервно сглатывает, почувствовав, как сердце неприятно сжимается в груди, которую как будто что-то давит. Из-за чего ему становится немного тяжело дышать, а в голову ступает легкое головокружение.

— Вы в этом уверены? — с недоверием спрашивает Питер. — Это точно правда? Откуда вы можете это знать?

— Да говорим же тебе, мы все уже в курсе! — напоминает Даниэль. — И мы видели Хелен собственными глазами!

— Все в курсе и сейчас ходят радостные! — добавляет Терренс. — Девчонки не верят, что такое возможно, миссис Маршалл плачет уже от радости, а Сэмми сейчас такой веселый, каким еще никогда не был, и не отходит от Хелен ни на секунду.

— Твой папаша был бы ужасно разочарован, если бы знал, что ему не удалось осуществить свою затею, — отмечает Эдвард. — Он ведь был уверен, что убил Хелен, а тут ему такой нежданный сюрприз от главного жополиза, который вился вокруг него прямо как Эрик Браун вокруг дяди Майкла.

Резко побледневший и тяжело дышащий Питер в неверии качает головой, снова и снова воспроизводя в памяти слова друзей о том, что Хелен не погибла и жива. Все тело мгновенно сковывает холодом, а пальцы будто бы деревенеют и совсем перестают слушаться. Терренс, Даниэль и Эдвард продолжают говорить дальше, но их голоса доносятся до него будто сквозь толстую бетонную стену. Да и он в целом едва осознает, что происходит вокруг него: кто что говорит, кто куда идет, кто что делает. Ничего не выражающий взгляд пристально смотрит в одну точку, а губы легонько подрагивают в безуспешной попытке сказать хоть что-нибудь, пока на уме крутятся противоречивые мысли, из-за которых трудно решить: парни врут, чтобы причинить ему еще больше боли, или же они говорят правду с надеждой вернуть ему какой-никакой смысл жизни.

— Эй, ты чего замолчал? — с легкой улыбкой нарушает воцарившуюся паузу Даниэль, хлопнув Питера по плечу. — Скажи хоть что-нибудь!

— Так, ты только дышать не забывай, окей! — тараторит Терренс. — Вон выпей что-нибудь из любого стакана, если надо промочить горло.

— Этого не может быть… — низким, слегка дрожащим голосом неуверенно произносит Питер. — Не может быть!

— Да, это звучит как бред, но это правда, — уверенно отвечает Эдвард. — Это чудо! Самое настоящее чудо, которого никто из нас даже и не думал ждать!

«Да что ты? — удивленно произносит Теодор и начинает расхаживать вокруг столика со скрещенными на груди руками, на пару мгновений завладев вниманием Питера. — А по-моему, здесь пахнет каким-то надуваловом! И никакое это не чудо, как ты, щенок, говоришь.»

— Но как такое возможно? — недоумевает Питер. — Даже если это и так, то как такое могло произойти?

— Мы же сказали, что Хелен спас один из сообщников Маркуса, который не появился в его доме после ее якобы гибели, — напоминает Терренс. — Он тайком пробрался в уже охваченный пожаром дом и забрал оттуда Маршалл, когда она была без сознания. Потом отвез ее в больницу, где твоя подружка восстанавливалась всю неделю.

— А потом Элайджа Хартли привез ее к себе в квартиру и прятал там еще несколько дней, — добавляет Даниэль. — Точнее, это была квартира его брата, который согласился ему помочь и предоставил свою хату. Все-таки если бы Хартли отсиживался вместе с Маршалл в своей квартире, то полиция моментально их нашла бы. А так никто ничего не подозревал.

— Ну а пару дней назад я был в городе и собирался поехать в строительный магазин за покупками, — продолжает Эдвард. — Собрался переходить дорогу на перекрестке. Начал ждать зеленого света, наблюдая за всем вокруг. И тут вижу, что в толпе стоит девчонка, похожая на Хелен. Сначала мне показалось, что это глюк, а у меня поехала крыша. Однако я все равно решил пойти за девчонкой и окликнул ее. Ну и понял, что с башкой у меня все нормально.

— Тогда эти двое отправились в кафе, заказали себе поесть и обсудили все, что произошло с Хелен. Она все ему подробно объяснила: и про свое спасение, и про то, как на того Элайджу внезапно нашло озарение, и про его желание самому сдаться полиции.

— А когда мы с Ракель гуляли в городе и собрались ехать домой, как нам на телефоны пришло голосовое от Эдварда, в котором он попросил нас всех срочно где-то собраться, — признается Терренс. — Ну мы и собрались. И когда мой братец приехал к нам с Хелен, то мы, конечно, все просто ахерели.

— Ага, наши с парнями челюсти валяются на полу, а девчонки рыдают и в обмороке валяются. Мы разговаривали с Хелен, обнимали ее и видели ее, но не верили, что это реально она. Думали, что все вместе сошли с ума от стресса и усталости. Что нам все это только кажется. Но нет, все-таки не сошли.

— Вот такая история, чувак! — с широкой улыбкой восклицает Эдвард. — Так что Маркус крупно облажался. Его планам не суждено было сбыться. Ты живой, Хелен жива, с нами все хорошо, а он вместе со своими корешами в изоляторе и ждет окончательно приговора. Впрочем, нет сомнений, что он получил пожизненное или и вовсе будет казнен.