— Ах, если бы мы знали, куда увезли Даниэля и Питера, то мы с Терренсом могли бы поехать им на выручку, — резко выдыхает Эдвард. — Но мы даже не представляем, где они сейчас находятся.

— И увидим ли мы их еще живыми… — со слезами на глазах низким голосом добавляет Анна.

— Так или иначе вместе им будет намного легче, — отмечает Наталия.

— Есть маленькая надежда, что Даниэль сможет с нами связаться, — говорит Ракель. — Ведь Сэмми не нашел его телефон. А значит, те отморозки не догадались его вытащить и выбросить. Или не смогли найти.

— Ага, если у него не связаны руки или он не валяется где-нибудь без сознания, — скрещивает руки на груди Эдвард. — Или если мобилу не вытащили гораздо позже.

— Наверняка эти гады что-нибудь с ними сделают, а мы с вами даже не узнаем об этом, — низким, дрожащим голосом говорит Анна. — Не узнаем, что потеряли их.

— Точно, мы и не узнаем, что они все-таки добьются своего, — со слезами на глазах поддакивает Хелен и громко шмыгает носом. — Узнаем, когда полиция найдет их тела и сообщит, что они были жестоко убиты.

— Нет-нет, девчонки, пожалуйста, не плачьте, — уверенно говорит Терренс, присев на диван рядом с Хелен и приобняв ее за плечи, кладет ее голову себе на плечо и мягко гладит. — Мы вам обещаем, все будет хорошо.

— Они у нас сильные ребята и не сдадутся просто так, — мягко добавляет Эдвард, присев рядом с Хелен и также ее крепко приобняв, пока Наталия гладит ее по руке и иногда аккуратно вытирает ей слезы салфеткой. — Этим гадам придется попотеть, чтобы избавиться от них.

— И как только мы узнаем их примерное местоположение, то Эдвард и я немедленно поедем туда и заберем Питера и Даниэля оттуда.

— Мы их найдем. Где бы они ни были. И сколько бы ублюдков за ними ни присматривали.

— Может быть уже слишком поздно, — отвечает Хелен, задыхаясь от слез, что медленно текут по ее щекам. — Они сделают все, чтобы мы узнали о них уже после того как парни будут мертвы.

— Мы знаем, что ситуация сложная, — мягко говорит Наталия. — Но надо верить, что парни будут в порядке. Не хоронить их заранее.

— К тому же, стоит отметить, что по крайней мере один из этих уродов все-таки был пойман на нарушении закона, — отмечает Ракель. — Мы ведь знаем, что полиция арестовала того парня, который набросился на Питера после концерта.

— А раз так, то у них наверняка есть его координаты. Полиция запросто может нанести ему визит и расспросить обо всей этой чехарде. Может, даже он знает ту девчонку, которая отравила Эдварда.

— Ну да… — задумчиво произносит Эдвард. — Если так немного подумать, то в принципе ситуация не такая уж и безнадежная. Какие-то варианты есть, если немного напрячь мозги.

— А если хорошенько прижать его к стенке и устроить допрос с пристрастием, то он выдаст и местонахождение Перкинса и Роуза, — добавляет Терренс. — Да, сразу он, конечно, не расколется. Но… Парочка жестоких пыток заставила бы его поработать язычком.

— А там и на главаря их банды можно выйти…

— Прекрасный план, исполнение которого находится под большим вопросом, — хмуро бросает Анна.

— Ага, так этот тип взяли и все рассказал! — восклицает Хелен. — Неужели вы наивно думайте, что он реально сдаст всю свою банду и посодействует нам в освобождении парней?

— Не захочет сдать – заставим! — гордо приподнимает голову Эдвард.

— Как, интересно знать?

— Если не отчаиваться и не сдаваться, то можно найти ответ на любой вопрос.

— Такими мыслями мы лишь себя успокаиваем, — низким голосом говорит Хелен. — Обманываем самих себя. Не хотим признаваться себе, что ситуация хуже некуда, и мы совершено бессильны.

— Да, дело непростое! — соглашается Терренс. — Но мы с ним обязательно разберемся. Как разобрались и со всем, с чем нам пришлось столкнуться ранее. Когда мы также думали, что никакого выхода из этой ситуации нет.

— Тогда можно было сделать хоть какие-то ходы. А сейчас без понятия, куда ставить даже простую пешку.

— Тем не менее есть много всего, что мы можем попробовать сделать, — уверенно говорит Ракель. — Всегда есть шанс зайти на поле соперника и «съесть» его ферзя или ладью. Нужно только быть очень внимательными.

— У нас есть малюсенький шанс только лишь получить какую-то информацию о главном и его стае шакалов, — возражает Анна. — Но не спасти Даниэля и Питера.

— Не волнуйтесь, девчонки, вместе мы найдем способ решить эту проблему, — с гордо поднятой головой обещает Эдвард. — Я уверен, что рано или поздно появится хоть что-то, что позволит нам сдвинуться с мертвой точки.

— Или и вовсе покончить с этой историей раз и навсегда, — добавляет Терренс.

Сэмми два раза тихонько подает голос в знак согласия.

— Сэмми с нами согласен, как я вижу.

— Это просто какое-то безумие, — тяжело вздыхает Анна. — Одна лишь мысль о том, что я могу потерять Даниэля, сводит меня с ума.

— Я не знаю, что буду делать, если эти твари все-таки прикончат Питера, — отчаянно говорит Хелен. — Мне будет незачем жить.

— Девочки, милые… — с жалостью во взгляде произносит Ракель, еще крепче обняв Анну и прижав ее к себе.

— Как мы вас понимаем… — добавляет Наталия, погладив Хелен по голове.

Сэмми снова негромко подает голос и кладет лапу на колено Хелен, будто говоря, что он полностью на их стороне. После чего Эдвард со скромной улыбкой гладит песика по голове, а Терренс легонько хлопает пса по заду, пока тот дружелюбно виляет хвостом и окидывает всех виноватым взглядом. Девушки также не остаются в стороне и проявляют к ретриверу немного любви и ласки, всем видом давая понять, что не считают его виноватым в произошедшем и очень гордятся тем, что он в очередной раз проявил бесстрашие и был готов на все, чтобы защитить близких ему людей.

Друзья так увлекаются тем, что уделяют Сэмми внимание, что не замечают, как в какой-то момент входная дверь тихонько открывается. После чего порог дома пересекает Даниэль, ведущий себя совершенно спокойно, как ни в чем ни бывало. Поскольку у него в руках сейчас находятся два огромных пакета со всем, что понадобится ему для ремонта гостиной, он закрывает после себя дверь сильным толчком бедра.

— Любимая, ты дома? — громко спрашивает Даниэль. — Я вернулся!

Голос Даниэля заставляет всех присутствующих в гостиной резко замереть, а Сэмми вопросительно посмотреть на них. Они чувствуют, как у них на мгновение замирают сердца, но поначалу не верят, что это действительно их друг, с которым, как оказалось, все в порядке. А резко побледневшая от ужаса Анна широко распахивает глаза и переводит взгляд в ту сторону, откуда доносится голос любимого человека. Который еще пару раз зовет девушку, а затем вместе с пакетами в руках направляется как раз туда, где сейчас находятся все его друзья.

— О, привет, ребята, — скромно улыбается Даниэль и кладет все пакеты на один из диванов. — Не знал, что вы захотите зайти.

Анна громко шмыгает носом, резко встает с дивана, подбегает к Даниэлю и заключает его в крепкие объятия, закинув руки ему на шею. Пока немного растерявшийся мужчина прижимает девушку к себе и настораживается, когда та начинает горько рыдать, уткнувшись носом в его плечо.

— Эй, Анна, ты чего? — мягко спрашивает Даниэль и нежно гладит Анну по голове. — Почему ты плачешь?

— Никогда больше так со мной не поступай, слышишь? —задыхается от слез Анна. — Никогда!

— Ты чего, маленькая моя? Тише-тише, не плачь, пожалуйста. Малышка, в чем дело?

— Я этого не выдержу. Не выдержу!

— Прости, солнце, но я тебя не понимаю.

— Серьезно? — громко удивляется Эдвард. — Не понимаешь?

— Твою мать, Перкинс, ты где был? — недоумевает Терренс. — Мы тут чуть с ума не сошли!

— Почему столько времени избегал нас? — спрашивает Ракель. — Почему не отвечал на сообщения и звонки?

— Да, я тебе раз десять звонила, но ты не отвечал! — восклицает Наталия.