— Ой, а что это такое? Случайно не ключики от твоей железной лошадки?

— Эй, а ну дай сюда! — восклицает Терренс и пытается забрать свои ключи у Эдварда. — Отдай, я сказал!

— А ну руки прочь, бледнолицый! — бросает Эдвард, с широкой, хитрой улыбкой трясся ключами перед Терренсом.

— Ты слышал, что я сказал? Немедленно вернул мне ключи от машины!

— Пойти на твоей машинке покататься что ли? — раскручивая ключницу на пальце, с загадочной улыбкой задается вопросом Эдвард. — Позаимствую твою лошадку на денек-два и буду рассекать на ней по всему городу. Покатаю друзей и невесту… М-м-м…

— У тебя своя машина есть, вот и катайся на ней. А свою я тебе ни за что не отдам.

— Ах да, точно, у меня же новенькая ласточка, рядом с которой твоя старая кляча не стоит. Которая дала бы фору только лишь маломощной машинке девяностых годов.

— Как твоя предыдущая развалюха что ли?

— Она хоть и была очень старая, но долго служила мне верой и правдой.

— Так ладно, малой, хватит заговаривать мне зубы. — Терренс снова пытается забрать ключи у Эдварда. — Сейчас же отдал ключи от моей машины.

— Ну-ну, не так быстро, старик. — Эдвард резко заводит руку с ключами за спину. — Что-то ты такой нетерпеливый…

— Клянусь, я не постесняюсь девчонок и возьмусь за ремень! Так отхлестаю по заднице, что сидеть не сможешь!

— Ну попробуй…

Когда Терренс еще раз безуспешно пробует забрать свои ключи, Эдвард резко вскакивает на ноги и отбегает в сторону.

— Так, куда пошел? — возмущается Терренс.

— Пойду посижу в твоей старушке, — задумчиво говорит Эдвард, раскручивая ключи на пальце. — Искренне надеюсь, она примет меня в свои объятия.

— Так, а ну иди сюда! Иди сюда, придурок! Слышь! Куда, твою мать, побежал?

— Поймай меня, если сможешь! — громко ухмыляется Эдвард. — Разомни ножки, пока ты еще можешь бегать!

Раздраженно прорычавшему Терренсу ничего не остается, кроме как встать на ноги и погнаться за Эдвардом. Сэмми загорается идеей погоняться вместе с ними и с радостью присоединяется к братьям, от души резвясь и весело лая, пока один убегает от другого.

— О боже, за кого я собираюсь замуж? — устало стонет Ракель.

— И за кого собираюсь я… — качает головой Наталия.

— Этим двоим категорически нельзя находиться вместе, — по-доброму усмехается Хелен. — То спорить начнут, кто лучше, то дерутся за последний кусок торта, то как дети бегают друг за другом…

— Да ладно вам, девчонки, весело же! — бодро отвечает Питер. — Я обожаю наблюдать за тем, как они бесят друг друга!

— Еще не было ни дня, когда МакКлайфы общались как взрослые мужчины.

— О, нет, им ужасно скучно быть лапочками, которые прекрасно ладят.

— Что ни делается, все к лучшему, — уверенно говорит Ракель. — Если бы Эдвард и Терренс жили вместе, то они поубивали бы друг друга еще в детстве.

— Эдвард и так в детстве терпел издевательства своих братьев по отцу, — отвечает Наталия. — Но если бы с ними еще и Терренс жил, то он бы точно их возненавидел.

— О, они вчера уже успели достать Эдварда и подружиться с Терренсом, — хитро улыбается Питер.

— Что значит, « вчера уже успели достать »?

— А Эдвард тебе не говорил?

— Нет. А что он должен был сказать?

— До встречи с Джорджем мы с парнями познакомились с еще двумя братиками МакКлайф.

— Правда? Тех, которые Джереми и Уильям?

— Они самые. Классные ребята, кстати! Мы от души посмеялись с ними.

— Надо же… А МакКлайф молчит как партизан…

— Кстати, он также пригласил их на свадьбу, — признается Хелен. — Эдвард сам сказал об этом. Кроме того, они с Терренсом дали адрес своего отца, чтобы те смогли навестить его в любое время.

— Здорово, — скромно улыбается Наталия. — Мистер МакКлайф будет очень счастлив увидеться со своими младшими сыновьями. Он уже и не надеется, что однажды получит шанс снова встретиться с ними.

— Да, но теперь он будет общаться не только со старшими детьми, — с легкой улыбкой кивает Ракель.

Ракель бросает взгляд в сторону и видит, как Терренсу довольно быстро удается догнать Эдварда, завести его руки за спину и силой пытаться забрать у него ключи, а тот любой ценой пытается вырваться и отказывается разжимать руку с нужным его брату предметом. В какой-то момент они затевают шуточную борьбу, во время которой пытаются испортить друг другу прическу, обмениваются хлопками по голове и применяют захваты шеи со спины или с боку, заливаясь громким смехом.

— Которые окончательно сошли с ума… — обреченно вздыхает Ракель.

— Да хватит вам, придурки! — громко восклицает Наталия. — Посидите спокойно хоть пять минут!

— Взрослые мужики, а ведете себя как дети или подростки, — добавляет Хелен.

— Оставьте их, милые девушки, — приобняв Хелен и Наталию, с хитрой улыбкой советует Питер. — Пусть ребятишки повеселятся.

— Слушай, Питер, может, ты пойдешь разберешься с ними? — предлагает Ракель. — Сделай что-нибудь!

— Да ладно вам, они сами скоро успокоятся. Пусть только устанут немного.

— Они-то устанут? — удивляется Наталия. — Да эти двое будут собачиться, даже если будут едва ползать на коленях!

— В любом случае это их дело. Я тут не причем.

— То есть, ты не собираешься с этим кончать? — удивляется Ракель.

— Да мне и тут неплохо сидится. В окружении моей любимой девушки и ее очаровательных подружек.

— Ох, Роуз, ну ты и проказник! — загадочно улыбается Хелен и щекочет Питеру бок, пока тот слегка сгибается пополам. — Нет, чтобы успокоить их! Но ты вместо этого просто смотришь на них и смеешься.

— Пусть их Сэмми успокаивает. А я хочу полежать здесь и погреться на солнышке. Будучи окруженным прекрасным.

Питер с легкой улыбкой кладет голову к Хелен на колени и немного сгибает ноги в коленях. Сама же девушка переглядывается с Ракель и Наталией, вместе с которыми она качает головой и пожимает плечами. А тем временем Терренсу и Эдварду через какое-то время и правда надоедает бороться между собой. Пока Сэмми с громким лаем кружит вокруг них и дружелюбно виляет хвостом, братья пытаются перевести дыхание и более-менее приводят свои волосы в порядок.

— Ну вот, так хорошо сидел с ребятками, — приводя волосы в порядок, жалуется Терренс. — Пока ты не приперся…

— Ничего с тобой не случится, если ты пробежишь пару метров, — поправив футболку и проведя рукой по волосам, с немного затрудненным дыханием отвечает Эдвард.

— Так или иначе есть один плюс в том, что ты такой живчик. Если бы ты сидел на диване и постоянно жрал сладкое, то тебя пришлось бы вывозить из дома на грузовике .

— А тебе и автобуса не хватило бы!

— Заткнись, козел!

— Прости, чувак, я говорю то, что думаю. Не каждый вот так откровенно решится сказать тебе подобные вещи.

— Хорошо. Раз ты такой честный, то я тоже скажу то, что думаю. Точнее, сделаю кое-что, из-за чего тебе будет стыдно.

— Ты чего, блять, задумал?

— Ты знаешь, что я имею в виду.

Терренс с хитрой улыбкой разворачивается и собирается вернуться к остальным, но Эдвард крепко берет его под руку и уставляет на него свой хмурый взгляд.

— Так, надеюсь, у вас с Роузом хватило мозгов не рассказать девчонкам про мои розовые волосы? — с нотками угрозы в голосе спрашивает Эдвард.

— Мы едва сдерживались, — невинно улыбается Терренс. — Хотя мне ужасно хочется повеселить их. И показать фотку того сопливого красавчика, которому та-а-ак шел тот шикарный оттенок розового.

— Только попробуй раскрыть свой рот! — угрожает пальцем Эдвард. — А иначе ты сильно пожалеешь.

— Как? Получу от тебя пару подзатыльников? Или ты опять начнешь смеяться надо мной?

— Я не шучу, бледнолицый! Не хватало, чтобы девушки стебались надо мной и называли пидорасом. Мне тебя с Роузом, Перкинсом и этими двумя безмозглыми дебилами достаточно.