Услышав более громкие звуки аппаратов, Эдвард бросает на них свой взгляд, хотя и не понимает, что они означают. Но потом он снова смотрит на Терренса, кладет руку брату на плечо и сжимает его.

— Прошу, вернись к нам. Не оставляй нас… Мы все нуждаемся в тебе… Мне не хватает поддержки столь мудрого и умного человека… Ракель нужен любимый жених… Родителям нужен сын… Группе нужен солист… А друзьям нужен их друг…

Эдвард нервно сглатывает и медленно выдыхает, бросив короткий взгляд в сторону.

— Пока, Терри, — тихо произносит Эдвард и бросает мимолетную улыбку. — Буду скучать по нашим взбучкам. По тому, как ты меня бесишь. Хотя я клянусь, что достану тебя из-под земли, если ты посмеешь кинуть меня. Ты так просто от меня не отделаешься.

Эдвард скромно хихикает.

— Я люблю тебя, брат. Очень … Не знаю, что бы я делал, не будь у меня тебя.

Эдвард с более широкой улыбкой хлопает Терренсу по щеке и покидает палату, желая поскорее вернуться домой и отдохнуть после столь тяжелого дня, который еще очень долго будет сниться всем в кошмарных снах.

Эдвард, Ракель, Наталия, Даниэль, Хелен, Питер, Джейми, Ребекка и Анна покинули больницу и разъехались кто куда. Например, Питер и Хелен отправились домой к девушке, чтобы провести время с ее бабушкой Скарлетт и псом Сэмми. Песик ни на секунду не отходит от Маршалл и Роуза, которые сидят в обнимку на кровати в комнате девушки и рассказывают женщине о том, что сегодня произошло.

— Это ужасно… — покачивая головой, с грустью во взгляде говорит Скарлетт. — Мне очень жаль твоего приятеля, Питер. Но раз врач говорит, что не все потеряно, значит, так оно и есть.

— Все могло быть хуже, если бы его брат, — поглаживая смотрящего на него Сэмми по голове, отвечает Питер. — Можно сказать, они спасли друг друга.

— Похоже, родители научили этих парней уважать и защищать друг друга.

— Мы считаем их братские отношения примером для подражания, — признается Хелен. — И уверены, что именно такими должны быть родные друг другу люди.

— А вот их отец и дядя – полная противоположность Эдварда и Терренса, — с грустью во взгляде отвечает Питер. — В одном случае оба одержимы дикой ненавистью, а в другом – испытывают искреннюю любовь и уважение.

— К сожалению, и такое бывает, — тихо вздыхает Скарлетт. — Я в молодости знала двух сестер, которые терпеть друг друга не могли. И брата с сестрой, которые были очень дружны.

— Братья МакКлайф довольно близки и дружны. Любят , конечно, поспорить, но их все устраивает.

— Самое главное – что они любят и уважают друг друга.

— Эдвард сильно переживает из-за того, что случилось с Терренсом, и считает себя виноватым.

— Уверена, что с тем парнем все будет хорошо, — с легкой улыбкой говорит Скарлетт. — Ему повезло, что врачи вовремя отвезли его в больницу.

Сэмми, сидящий рядом с Питером, негромко подает голос.

— Вот видишь, Сэмми согласен с мной, — отмечает Скарлетт и проводит рукой по спине Сэмми.

— Честно говоря, мне стало немного жутко, когда мы зашли в палату Терренса и увидели его таким, — с грустью во взгляде признается Хелен. — Он был такой бледный и буквально беспомощный… Наводил на нас ужас …

— Согласен, — кивает Питер. — У него и так бледная от природы кожа, но сейчас на Терренса страшно смотреть.

— А как переживает бедняжка Ракель… — вздыхает Хелен. — Мы ничего не могли сделать, чтобы успокоить ее. А узнав обо всем, мы вообще потеряли надежду на то, что она перестанет плакать.

— Бедная девочка… — задумчиво произносит Скарлетт. — Представляю, как сильно у нее болит сердце. Знаю по себе. Все еще помню, что я чувствовала, когда твой дедушка Роджер болел. Для меня любая его болезнь была словно нож в сердце. А когда он совсем сдал позиции, я едва держалась.

— Родители Терренса тоже очень переживают и места себе не находят. Поначалу его отец сильно злился на Эдварда и винил его в том, что случилось, но потом немного успокоился и перестал быть жестким со своим сыном.

— Понимаю, боль матери и отца бывает просто невыносимой, — кивает Скарлетт. — Пока ты сам не станешь родителем, невозможно понять его чувства.

— Все признают, что хоть Терренс и поступил безрассудно, но он делал это во благо, — признается Питер.

— Как и Эдвард, — добавляет Хелен. — Проблемы их родных людей – то, что может подкосить этих двоих.

— То же самое и с Ракель…

— И с вами, — уверенно отвечает Скарлетт. — Ведь вы тоже считайте этих ребят близкими себе.

— Это так, миссис Маршалл, — с легкой улыбкой кивает Питер. — Для меня все эти ребята не просто друзья, а почти что семья . С ними я забываю о том, что когда-то чувствовал себя одиноким, бесполезным и никому не нужным. И начинаю думать, что всегда был окружен любовью и заботой.

— Для меня они тоже стали очень близкими друзьями, — со скромной улыбкой признается Хелен. — Жаль, что я познакомилась с парнями лишь недавно, а с девочками у меня в школе были не такие хорошие отношения. Но слава богу, все уже в прошлом, и мы общаемся так, словно ничего не случилось.

— Лучше поздно, чем никогда, дорогая, — слегка улыбается Скарлетт. — Конечно, нас с твоим дедушкой расстраивало то, что ты недолюбливала этих девочек и обижала их. Но то, что вы смогли все забыть, меня очень радует.

— Мы с парнями тоже очень рады, что девчонки подружились, — дружелюбно говорит Питер. — Мы немного нервничали из-за того, как они примут Хелен и начали волноваться еще больше, услышав ту школьную историю. Но к счастью, все закончилось хорошо.

Сэмми уверенно подает голос, а Хелен с легкой улыбкой чешет его за ухом, видя, как тот наслаждается этим.

— Ох, на улице начинает темнеть… — задумчиво говорит Скарлетт. — А время уже больше восьми вечера…

— Знайте, по идее я должен чувствовать себя жутко усталым, — бросив взгляд в сторону, говорит Питер. — Но я почему-то этого не ощущаю. И даже не знаю, смогу ли я уснуть после того, что произошло сегодня.

— Тебе просто надо расслабиться. Ты слишком возбужденный.

— Это правда… У меня все тело сильно напряжено… И меня сейчас трясет , если честно…

— Может, тебе дать что-нибудь успокоительное?

— Спасибо, но пока не надо…

— Слушай, Питер, если хочешь – ты можешь остаться у нас и переночевать. Чего тебе оставаться одному?

— А вы разве не против?

— Конечно, нет, дорогой! Оставайся с нами! И Сэмми будет очень рад. Смотри, он ни на секунду от тебя не отходит.

Сэмми пару раз подает голос и кладет лапу на колено Питера.

— Я сомневаюсь насчет ночевки, но с радостью побуду с Хелен и Сэмми еще немного, — задумчиво говорит Питер.

— Вот и оставайся, — с легкой улыбкой подбадривает Скарлетт. — Время уже относительно позднее, а домой за пять минут ты не доберешься. Я приготовлю что-нибудь на ужин и все-таки дам тебе выпить что-нибудь успокаивающее, чтобы ты смог нормально поспать.

— Ох, спасибо, миссис Маршалл… Это очень мило с вашей стороны.

Скарлетт ничего не говорит, а лишь с легкой улыбкой гладит Питера по плечу. На несколько секунд в воздухе воцаряется пауза, которую иногда нарушает Сэмми, то скромно лающий, то тихонько скулящий.

— Ладно, дорогие мои, пожалуй, я оставлю вас, — задумчиво говорит Скарлетт. — Думаю, вам есть о чем поговорить.

— Спасибо, бабуля, — загадочно улыбается Хелен.

— Пойду пока займусь ужином. Я позову вас, когда все будет готово, или когда мне понадобится помощь.

Скарлетт встает, мягко гладит Хелен и Питера по плечу и неторопливо уходит на кухню по своим делам, оставляя влюбленных и Сэмми в комнате девушки. А проводив женщину взглядом, молодые люди переглядываются между собой.

— Ох, слишком тяжелый день… — с грустью во взгляде устало выдыхает Питер.