— По крайней мере, не все потеряно, — тихо отмечает Хелен, теребя тонкую серебристую цепочку на своей руке. — Врач дает надежду на лучшее.

— Но на какой риск он пошел! При худшем развитии событий мы могли потерять Терренса.

— Надеюсь, что не потеряем.

— Что если бы Уэйнрайт вколол ему все содержимое шприца? Что если бы Эдвард не вызвал полицию и скорую? Что если нам пришлось бы самим добираться до больницы?

— Я рада, что Эдвард прекрасно понимал, что вы трое можете пострадать и пытался сделать все, чтобы уберечь вас. Да, он сильно рисковал и « заставил » парней идти с ним, но это все было ради Наталии. Ради того, чтобы она не боялась гулять одной по улице.

— Нет, Эдвард никого не заставлял. Наоборот – он умолял нас уйти. Но мы не могли бросить его одного.

— Я знаю, Питер, знаю.

— По крайней мере, наша миссия выполнена . И я надеюсь, что Уэйнрайт больше никого не потревожит. Что ни одна девушка не пострадает по его вине.

— Интересно, Наталия тоже могла бы стать такой же, как и сестра Даниэля, если бы у нее не было защитника? — с грустью во взгляде тяжело вздыхает Хелен. — Неужели она бы тоже стала жертвой домогательств Уэйнрайта и превратилась бы в наркоманку?

— Уэйнрайт как раз и хотел этого. Хотел накачивать наркотиками и насиловать. Не только Наталию. Но еще и тебя, Ракель и Анну. Еще с того самого суда над Майклом МакКлайфом, на котором он запомнил всех нас.

— Боже, мне страшно даже подумать об этом…

— Но это правда.

— Похоже, он – ненавистник женщин. На дух их не переносит. Любит наблюдать за их страданиями.

— Наверное, не сложилось с какой-то девчонкой… А это его разозлило и заставило думать, что все девушки виноваты перед ним. Что все они заслуживают всех те пытки и страдания.

— Уэйнрайт ненавидит не только девушек, но и вообще всех людей и получает удовольствие, когда им плохо.

— Это правда. А он не отрицает.

— О, господи, какой кошмар…

Пока Хелен тяжело вздыхает и уставляет свой грустный взгляд в одну точку, Питер крепко обнимает, прижимает ее к себе и целует в висок, приложив руку к затылку девушки.

— Не думай об этом, любимая, — мягко и уверенно говорит Питер. — Теперь тебе и твоим подругам нечего бояться.

— Я знаю, — тихо произносит Хелен. — Просто трясет от одной только мысли, что мы с девочками могли стать жертвой этого подонка.

— Все хорошо, Хелен, не надо переживать. У тебя и девочек есть мы с парнями. Мы защитим вас от любой напасти. Кроме того, есть еще и Сэмми, который разорвет любого твоего обидчика.

Сэмми уверенно подает голос, будто говоря, что за свою хозяйку и ее возлюбленного действительно порвет любого, и кладет морду на колени к Хелен, которая с легкой улыбкой гладит его по голове.

— Что верно, то верно, — уверенно говорит Хелен. — Для нас Сэмми – самый чудесный милашка на свете, но перед лицом врага он превратится в монстра.

И снова Сэмми громко лает, с радостью принимая порцию ласки Питера, который мягко трепет его за уши.

— Питер, а скажи мне честно… — неуверенно говорит Хелен. — Ты… Когда ты решил пойти с парнями за Уэйнрайтом… Насколько сильно ты боялся? Или вообще не боялся?

— Конечно, я боялся , — уверенно отвечает Питер, переведя взгляд на Хелен и прекратив гладить Сэмми. — Сильно боялся… Во-первых, этот тип – ненормальный наркоман, который запросто мог убить нас так, что никто об этом не узнал бы. А во-вторых… Мы не знали, куда придем, что будем делать, пострадает ли кто-то из нас и сможем ли выбраться. Нас пугала неизвестность … Это была будто игра в рулетку: не знаешь, что тебе выпадет, и к чему это приведет.

— Ты пошел с ними ради желания помочь им?

— Они мне как братья , Хелен. Я не могу бросить их. И обязан каждому. А я привык не только получать, но и отдавать. Даже прекрасно понимая, что это может быть очень опасно, я считал своим долгом пойти с ними.

— Но я ведь могла потерять тебя, — с грустью во взгляде говорит Хелен и берет Питера за руку. — Однажды ты уже чуть не оставил меня одну. Заставил рыдать сутками напролет! Я могла убиваться так же, как это сейчас делает Ракель!

— Я осознавал все риски. Но пообещал себе сделать все, чтобы самому остаться живым и спасти парням жизнь.

— Слава богу, Уэйнрайт не очень сильно порезал тебе руку. — Хелен рассматривает забинтованную на запястье Питера и мягко гладит его. — Этот наркоман мог глубоко всадить нож.

— Это всего лишь небольшая царапина. — Питер с легкой улыбкой тыльной стороной свободной руки гладит Хелен по щеке и приподнимает ее лицо, мягко взяв за подбородок. — Не переживай за меня. У тебя нет на то причин.

— Пожалуйста, больше не пропадай, — с жалостью во взгляде умоляет Хелен. — Я думала, что сойду с ума от переживаний. Боялась, что с тобой что-то случится.

— Не случится, Хелен. А даже если и случится, то я буду защищаться до последнего.

— А ты сможешь?

— Смогу. Теперь я это точно знаю.

— Знаешь, Питер… — Хелен замолкает на пару секунд, запускает руку в волосы Питера, приглаживает их, соскользает к его щеке и нежно гладит ее. — Мне кажется, ты сильно изменился в последнее время… Стал более уверенным и смелым…

— Я и сам чувствую себя иначе.

— Я горжусь тобой! Ты вел себя очень достойно. Не испугался опасности… Уверенно боролся и защищал ребят. Это снова доказывает твою преданность… Храбрость … Решительность… Ты приятно поразил меня… Я… Я не знала, что ты способен быть настолько сильным.

— Просто я понимал, что не могу сдаваться и вести себя как трус, когда моим друзьям угрожает опасность, — уверенно отвечает Питер. — Я не хотел терять близких мне людей и сам не собирался погибать. Я понимал, что могу многое сделать для того, чтобы помочь тем, кто однажды помог мне. Кто спас меня от одиночества, которого я так боюсь… Мы должны были быть вместе, чтобы победить. Так что я нашел в себе силы встать на ноги и бороться так, будто от этого зависела моя жизнь… Ради друзей, заменивших мне семью… Ради девушки, которую всем сердцем люблю…

— Питер, любимый… — скромно улыбается Хелен.

— Кроме того… — Питер переводит взгляд на свой браслет с гравировкой и про себя читает надпись на нем. — Фраза на браслете также помогла мне справиться с желанием сдаться. Она всегда помогает мне в трудные моменты…

— Вроде бы мелочь, но приятная. — Хелен берет Питера за руку и, мягко поглаживая ее, рассматривает его браслет.

— Приятная и очень дорогая мне.

Пока Хелен скромно улыбается, Питер проводит рукой по ее волосам и убирает пару прядей с глаз девушки. Правда потом он о чем-то задумывается и на пару секунд отводит взгляд в сторону, начав слегка оттягивать браслеты на руке.

— Знаешь, Хелен… — неуверенно произносит Питер. — Желание помочь друзьям… Точнее, моим братьям… Это не единственное, что заставило меня пойти за Уэйнрайтом…

— Правда? — удивляется Хелен. — Но из-за чего же еще?

— Для меня это был некий вызов . — Питер медленно переводит взгляд на Хелен. — Я пошел, чтобы узнать, на что способен. Узнать, смогу ли я постоять за себя. Хотел проверить свои силы и, возможно, научиться чему-то новому. И знаешь… Теперь я знаю, что способен на все . Каждый раз, когда я удачно нападал на Уэйнрайта и отбивался от него, моя уверенность все больше возрастала.

— Ты воспринял это как тест?

— Да. — Питер на секунду отводит взгляд в сторону. — Я хотел доказать себе, что больше нет того забитого, трусливого и слабого мальчика… Над которым все издевались… Которого постоянно избивали без причин… Которому говорили обидные вещи… Которого выставляли на посмешище… Пользуясь тем, что этот мальчишка был слаб во всех смыслах.

— Питер…

— Того мальчишки больше нет , Хелен. Нет . Я вырос и стал другим . Сейчас я уже не тот Питер Роуз, которым был тогда. Я абсолютно другой. Полная его противоположность: сильный, уверенный, смелый, решительный и умеющий защищаться как на словах, так и кулаками. Нет больше слабого и трусливого Питера. Есть я. Тот, кто проснулся и живет. Тот, кто будет добиваться своего и никогда не сдаваться. У меня есть причины жить и бороться… Много причин…