— Я понимаю, но для выздоровления ему сейчас нужен полный покой, — дружелюбно отвечает женщина. — Отравление организма было очень сильным, в него попало большое количество яда. Плюс остановка сердца тоже не сделала ему хорошо. Еще бы немного – и мы уже были бы бессильны. Мистеру МакКлайфу очень повезло, что врачи вовремя привезли его в больницу и оказали ему всю необходимую помощь.
— Вы сказали, что яд негативно сказался на его желудке… — напоминает Терренс.
— Да, он пострадал больше всего. Хотя яд негативно повлиял и на сердечную деятельность. Однако если ваш брат будет следовать всем нашим указаниям, то он быстро поправится. Тем более, что этот парень оказался очень крепким и выносливым. Да и молодой он очень. Спортивный. Много двигается, как я поняла. А такие куда легче переносят какие-то болезни и быстрее восстанавливаются.
— А то, что он задыхался? — неуверенно спрашивает Даниэль. — Как будто ему не хватало воздуха…
— Скорее всего, это было что-то вроде панической атаки. Обычная психосоматика. Парню стало очень плохо, а он запаниковал и начал думать, что умирает. Отсюда и проблемы с дыханием, и головокружение, и повышенная потливость. Может, вы и сами когда-то через такое проходили. Ну или ваши знакомые.
— Наверное, вы правы… — соглашается Терренс, скрестив руки на груди. — Эдвард и сам испугался, что умрет. Вы бы видели его глаза, когда он откашлялся кровью и уставился на свою окровавленную руку.
— Это всего лишь приступ паники, который только больше ухудшил его состояние. Я могу точно вам сказать, что с легкими у него все в порядке, они абсолютно чистые. Ваш брат ведь не курящий, правильно?
— Нет-нет, он не курит.
— Ну вот! В этом плане у него все прекрасно.
— Ох, доктор, вы нас очень обрадовали! — облегченно выдыхали Питер. — А то мы тут чуть с ума не сошли.
— Ага, вроде все было хорошо, а тут парень начал жаловаться на головокружение, тошноту и боли в желудке, — добавляет Даниэль. — А потом еще начал кашлять с кровью, рухнул на пол без сознания и пережил остановку дыхания и сердца.
— Не волнуйтесь, молодые люди, с мистером МакКлайфом сейчас все в порядке, — успокаивает женщина. — Врачи сделали все, что было в их силах. А учитывая его состояние здоровья, он быстро поправится.
— Напишите мне список всех рекомендаций, которые он должен соблюдать, пожалуйста, — просит Терренс. — Я лично прослежу за тем, чтобы он безукоризненно им следовал.
— Да, пожалуйста, проследите. Хотя в его случае он только лишь должен побольше отдыхать и соблюдать диету для восстановления работы желудка. Ну и скорее всего ему придется несколько раз сходить на осмотр после выписки для того, чтобы убедиться в том, что восстановление проходит хорошо.
— Не беспокойтесь, доктор, я обо всем позабочусь. — Терренс бросает легкую улыбку. — Буду и дальше со всей ответственностью выполнять обязанности старшего брата.
— Вы так дружны что ли?
— Да вы что! — восклицает Даниэль. — Они заботятся друг о друге как никто другой!
— Надо же… — приятно удивляется женщина. — Все братья и сестры, которых я знаю, постоянно ругаются как кошка с собакой.
— Ну, наши братики вообще-то постоянно спорят, — отмечает Питер. — Но если кто-то смеет их обижать, то пощады никому не будет.
— Понятно.
— Значит, нам можно зайти к нему в палату? — спустя пару секунд после воцарившейся тишины уточняет Питер.
— Конечно, можно, — скромно улыбается женщина. — Если у вас будут какие-то вопросы, то можете найти меня на этом этаже. Я сейчас делаю плановый обход всех своих пациентов, но если что-то случится, то со всем помогу.
— Еще раз спасибо вам большое! — от души благодарит Терренс. — Вы просто ангел!
Терренс, Даниэль и Питер по очереди жмут женщине руку в знак благодарности.
— Ох, ладно, вы извините, но мне надо идти, — дружелюбно говорит женщина. — Дел много.
— Спасибо… — произносит Даниэль и бросает короткий взгляд на визитку, прикрепленную к медицинскому халату женщины на груди. — Доктор Мастерсон.
— И вам спасибо. — Женщина немного смущенно поправляет свою визитку. — Я пойду. Берегите себя.
Женщина разворачивается и спокойным шагом направляется в нужную ей сторону, по дороге вытащив из папки, которую она держит в руках, какую-то бумагу и начав внимательно ее изучать после того как слегка придвигает очки к краю носа. Стоящие на своих местах Терренс, Даниэль и Питер с широкими улыбками облегченно выдыхают, мысленно поблагодарив кого только можно за то, что все так хорошо закончилось.
— Блять, как же я рад! — взволнованно восклицает Терренс, обеими руками вцепившись в свои волосы. — Вот это я очканул.
— А я верил, что МакКлайф справится! — с гордо поднятой головой заявляет Даниэль. — До последнего верил! Не мог даже представить себе, что такой живучий и упрямый парень может так легко сдаться.
— Ну вот, приятель, а мы что тебе говорили! — радостно произносит Питер, взяв Терренса под руку и слегка встряхнув его. — Все будет хорошо! Он справится!
— Черт, у меня будто камень с плеч свалился… — задирает голову к потолку Терренс. — Аж дышать стало легко…
— Наш Эдди как котяра, у которого не девять жизней, а бесчисленное множество. Он мог бы сдохнуть уже сотню раз, но всегда восставал из мертвых. Назло всяким Майклам, Юджинам и прочим гнидам, которые мечтали увидеть его в могиле.
— Все, братан, расслабься, опасность миновала! — подбадривает Питер, похлопав Терренса по спине. — Твой братик будет жить! Он это сделал!
— О, мужики, вы себе не представляйте, как я сейчас счастлив, — широко улыбается Терренс. — Чертовски счастлив!
Терренс заключает Питера и Даниэля в крепкие групповые объятия, на которые те тут же отвечают, не скрывая своих полных радости улыбок. И спустя пару-тройку секунд парни отстраняются друг от друга, теперь разволновавшись уже не от страха и тревоги, а от радости и облегчения.
— Эй, ну чего мы ждем?! — бодро произносит Даниэль, потянув Терренса и Питера за собой после того как берет их под руки. — Ну-ка погнали искать палату Эдварда!
— Да, пошли надерем этому засранцу задницу за то, что он так нас напугал, — предлагает Питер.
— Точняк, этот крысеныш дорого заплатит мне за все мои страдания, — угрожает Терренс. — За то, что в моей прекрасной шевелюре появились седые волоски.
— Они появляются, потому что ты стареешь, — подкалывает Даниэль.
— Нет! Потому что все обожают действовать мне на нервы! Все любят заставлять меня нервничать.
— Ой-ой, молчал бы лучше, павлин! — восклицает Питер. — Уж скольким людям ты за всю жизнь потрепал нервы! Начиная от матери и заканчивая невестой!
— Ага, вот у кого вся башка должна быть в седых волосах, — хихикает Даниэль. — Общаясь с таким созданием, как МакКлайф, нужно обладать очень крепкой психикой.
— Так, ну-ка оба захлопнули свои хлебальники, пока не получили по шее! — хмуро бросает Терренс.
Питер и Даниэль ничего не говорят и с тихими смешками лишь приподнимают руки перед собой так, словно они сдаются. В ответ на что Терренс дает обоим легкий подзатыльник и немного лохматит друзьям волосы, пока они втроем направляются туда, где расположена палата Эдварда.
11.3
Следуя инструкциям врача, Даниэль, Питер и Терренс довольно быстро добираются до палаты с нужным им номером. Теперь они выглядят уже более расслабленными и начали много улыбаться и шутить, радуясь полученным новостям относительно состояния Эдварда. Уж МакКлайф-старший даже не пытается скрыть свою радость, все его напряжение будто рукой сняло, а не дававшее ему нормально дышать тяжесть в груди окончательно отступает, позволяя ему насыщать легкие кислородом в полной мере.
Ни секунды не колеблясь, Питер открывает дверь и заглядывает внутрь, мысленно отмечая, что сделанная в белоснежных оттенках, прекрасно освещенная потолочными галогеновыми лампочками палата настолько просторная, что в ней легко может находиться сразу несколько человек одновременно. С панорамного широкого окна напротив открывается шикарный вид на город с высоты птичьего полета. Можно присесть на темно-синий длинный диван и полюбоваться теми яркими огоньками, которые уже видны из окон высотных зданий или на полных людей улицах. При желании его можно прикрыть плотной синей шторой, а висящий на одной из стен стационарный телефон служит для связи с близкими людьми. Ну а расположенная рядом с односпальной больничной койкой кнопка служит для вызова врача, которую используют в каких-то критических ситуациях.