Льюис поправляет свои очки на носу, разворачивается и куда-то уходит, оставляя Терренса, Даниэля, Джессику и Хелен одних и по пути уставив свой взгляд на бумаги в папке, которую он держит в руках.

— Все больше убеждаюсь в том, что этот врач – неплохой психолог, — задумчиво говорит Хелен. — Он как будто видит всех нас насквозь… И от этого мне становится не по себе…

— Да уж, проницательный дядька… — задумчиво говорит Джессика. — До сих пор не могу понять, почему он остановил свой взгляд на Терренсе и сказал что-то про одиночество, молчание и что-то еще…

— Если честно, я тоже не понимаю…

— Да, приятель! — восклицает Даниэль, переведя взгляд на Терренса и сильно нахмурившись. — Что Льюис имел в виду, когда он сказал, что ты что-то нам расскажешь, когда посчитаешь нужным?

— Э-э-э… — начинает нервничать Терренс, пока его глаза бегают из стороны в сторону. — Ничего особенного… Я… Позже расскажу об этом… Чуть-чуть позже…

— Льюис упомянул твой уход из кабинета, — задумчиво отмечает Джессика. — Может, он что-то решил для себя?

— Понятия не имею… — пожимает плечами Терренс.

— Ладно, давайте поговорим об этом позже, — спокойно предлагает Даниэль. — У нас сейчас есть более важные дела.

— Да! Мы должны поговорить с Питером. Точнее, попытаться поговорить.

— Это будет непросто, — неуверенно говорит Хелен. — Особенно Даниэлю и Джессике. Ведь они издевались над Питером из-за его неудач в отношениях с девушками.

— Я уже много раз говорил, что сожалею об этом, — спокойно отвечает Даниэль.

— И я понимаю, что перегнула палку, когда дала ему понять, что он – неудачник из-за проблем в отношениях с девушками, — с сожалением говорит Джессика.

— И мы поступили плохо, когда боялись ехать к Питу домой, чтобы обо всем с ним поговорить, — с грустью во взгляде говорит Хелен. — К сожалению, мы слишком поздно решились.

— Даниэль правильно сказал, что мы решили стать героями лишь тогда, когда Роуз откровенно дал понять, что собирается убить себя, — отмечает Терренс. — А до этого мы с парнями разбежались по разным углам: Питер губил себя, Даниэль занимался чем-то еще, а я пытался как-то спасти группу, дабы показать нашему менеджеру, что мы работаем.

— По крайней мере, мы вовремя очухались, — отмечает Джессика. — Точнее, ты и Даниэль успели вовремя приехать к Питеру домой. Льюис все правильно сказал.

— Да, ребята, вы молодцы, что не стали ждать нас и сразу поехали к нему, — мягко говорит Хелен. — Если бы вы решили ждать, могло бы быть очень поздно. Если бы вы решили дождаться нас, вряд ли мы застали Питера живым.

— А еще повезло, что ни одна из вас не увидела тот кошмар, что был в квартире Питера, — добавляет Даниэль. — Я имею в виду… Не увидели полуживого блондина, лежащего в лужи крови без сознания, практически не дыша.

— Однако нам все равно пришлось лицезреть его кровь на стене и полу, — напоминает Джессика. — Мы ведь приехали туда, чтобы убраться. Нельзя же было позволить квартире превратиться в какие-нибудь джунгли.

— Ох, мы бы и сами убрали там все… — задумчиво отвечает Терренс, запустив руку в свои волосы. — Но поскольку скорая быстро увезла Питера в больницу, и мы находились в огромном шоке, то квартира осталось неубранной.

— Да, и нам правда очень жаль, что вам пришлось увидеть тот ужас… — с сожалением говорит Даниэль. — Надо было самим взять себя в руки и прибраться там.

— Все в порядке, — спокойно отвечает Хелен. — Мы потратили не так уж много времени на то, чтобы отмыть стены и полы от крови, выбросить весь мусор и расставить вещи по своим местам.

— Все равно извините нас, — с сожалением говорит Терренс. — Мы не хотели, чтобы вы видели такое…

— Боже, парни, перестаньте, пожалуйста, — дружелюбно отвечает Джессика. — Все в порядке, не надо перед нами извиняться. Считайте это нашей благодарностью за все, что сделали для нас и блондина.

Терренс и Даниэль ничего не говорят и просто слегка улыбаются.

— Ох, ладно, ребята, давайте уже пойдем к Питеру, — предлагает Хелен.

— Э-э-э… — задумчиво произносит Терренс и водит рукой по своему животу, чувствуя легкое урчание. — А я бы сначала хотел сходить в кафетерий и немного перекусить. Хотя бы выпить кофе со свежей булочкой. А то я кручусь как белка в колесе с раннего утра и не успел нормально поесть.

— Ну раз так, я с удовольствием составлю тебе компанию, — отвечает Даниэль. — Хоть я не очень хочу есть, могу взять себе что-нибудь вкусненькое и посидеть с тобой. Поболтаем немного, а девчонки пока могут сходить к Питеру.

— Э-э-э… — запинается Джессика. — Вообще-то, мы и сами хотели сходить в кафетерий…

— Да, я бы с радостью выпила кофе, — соглашается Хелен. — А то из-за этих переживаний я почти не спала ночью. И так нервничала, что не смогла ничего съесть на завтрак.

— Поэтому давайте сходим в кафетерий и съедим что-нибудь. — Джессика приобнимает Хелен за плечи. — А то нам с вами придется приводить эту впечатлительную красавицу в чувства, если она от голода будет едва таскать ноги или свалится в обморок.

Терренс, Джессика, Хелен и Даниэль разворачиваются и направляются в ту сторону, где расположен кафетерий.

— Ох, смотрите, девушки, не доведите себя до удручающего состояния, — устало вздыхает Терренс. — Не надо голодать и доводить себя до истощения.

— Я и не собираюсь, — пожимает плечами Хелен. — Сегодня просто кусок в горло не полез. А моя бабушка привыкла делать плотный завтрак, ибо считает, что так у тебя будет много энергии. Она была немного в шоке, когда я сказала, что у меня вообще нет аппетита. Хотя знает, что я не люблю много есть с утра и предпочитаю всего лишь есть пару яиц всмятку и выпить чашку крепкого кофе.

— Хорошо, если так. У меня есть близкая подруга, которая долгое время была в депрессии из-за некоторых проблем в личной жизни. И она также изводила себя голодом и в какой-то момент стала настолько истощенной физически и морально, что в итоге упала в обморок… Мне кое-как удалось вытащить ее из депрессии и научить вновь радоваться жизни.

— Вообще-то, ни я, ни Джесс не пытались довести себя до депрессии и устраивать голодовки, — задумчиво отвечает Хелен. — Просто мы очень сильно переживали из-за Питера… А вчера начали еще и волноваться еще и из-за того, как пройдет наша встреча с ним.

— Я все понимаю. Но все же не надо это делать. А иначе потом будет очень трудно прийти в себя после таких выходок.

— Эй, Терренс, а что произошло с твоей подругой, раз она так довела себя? — проявляет интерес Джессика.

— Ох, Джессика, это ужасная история… — устало вздыхает Терренс. — Моей подруге пришлось пережить кое-что ужасное, что едва не кончилось для нее плохо. Но это очень личное, и я не буду распространяться об этом. Могу лишь сказать, что этой девушке пришлось много страдать.

— А я, кстати, тоже дружу с той девушкой и видел, до чего она себя довела, — признается Даниэль. — И моя девушка тоже знакома с ней и является ее подругой.

— Как и моя невеста. Наши девушки близко дружат с ней.

— Здорово, — слегка улыбается Джессика.

— Знайте, девчонки, та девушка находилась в таком ужасном состоянии, что мы с Даниэлем сравнивали ее с Питером. Потому что они оба были в депрессии и не говорили никому о своих проблемах.

— Что, неужели ей было так плохо?

— О да! — восклицает Даниэль. — Бедняжка тоже молчала о своих проблемах и все больше впадала в депрессию. Но благо, что Терренс и его невеста оказались рядом с ней и буквально спасли ее.

— После того, как Питер попытался покончить с собой, — уточняет Терренс. — После увиденного я больше всего боялся, что и моя подруга доведет себя до попытки свести счеты с жизнью. Она даже говорила о желании умереть… Вот и пришлось приложить все силы, чтобы не дать и ей вскрыть себе вены или сброситься с моста.

— Боже мой, бедная девушка… — с жалостью во взгляде качает головой Джессика.