— Блять, да что же у вас за способности такие? Неужели надо просто связаться с семейкой МакКлайф, у членов которой по НЕСКОЛЬКО ЧЕРТОВЫХ ЖИЗНЕЙ?

— Желание стереть тебя в порошок заставляет нас держаться, — грубо говорит Даниэль.

— Так же, как и желание защитить тех, на кого ты, сука, смеешь покушаться, — низким голосом добавляет Эдвард.

— УБЛЮДКИ! — во весь голос ревет Юджин, немного тяжело дыша. — ЧТОБ ВЫ ВСЕ СДОХЛИ!

— Без тебя этот мир был бы гораздо чище, — презренно говорит Даниэль, опускается на корточки, резко хватает Юджина за подбородок, крепко сжимает его и приподнимает лицо противника, уставив в его мутные глаза с расширенными зрачками свой презренный взгляд. — Мы все хотим, чтобы ты сдох. После того, что посмел сделать с Кэссиди.

— А что ты так беспокоишься за нее? Ты же не знаешь ее!

— Запомни, сукин сын, если с моей сестрой что-то случится, или ты посмеешь еще раз тронуть ее своими грязными лапами, тебе не жить. ТЫ ПОНЯЛ МЕНЯ? Я ТЕБЯ В ПОРОШОК СОТРУ, ЕСЛИ ТЫ ПРОСТО ПОДУМАЕШЬ О НЕЙ!

— Ха! — злостно смеется Юджин, презренно смотря на Даниэля. — Я смотрю, кое-кто все вспомнил. Интересно, что же тебе помогло? Твои дружки? Или мои слова о том, что твое время пришло? Или же ножик, который я оставил там, где закрыл тебя?

— Да, теперь я все знаю! Знаю, что ты хотел сделать с Кэссиди! И НИКОГДА ТЕБЕ ЭТОГО НЕ ПРОЩУ!

— Ну что ж, Перкинс, поздравляю! Ты молодец. Обрел все-таки шанс увидеть сестренку в последний раз. А больше моя малышка Кэссиди не увидит своего братика. Сначала я как следует трахну ее, а потом она сдохнет.

— ЗАТКНИСЬ! — Даниэль со всей силы залупляет Юджину крепкую пощечину, приходя в бешенство от его слов. — НЕ СМЕЙ ГОВОРИТЬ ПРИ МНЕ ТАКИЕ ВЕЩИ!

— Хоть вопи, хоть нет, но ты уже не спасешь свою сестренку. Так и быть, ты увидел ее, но это была ваша последняя встреча.

— Ну уж нет! Теперь ты не угонишься за мной! За Кэссиди я разорву тебя на части! Не только Эдвард сотрет тебя в порошок, если ты посмеешь приблизиться к Наталии. А мои приятели с удовольствием помогут мне и тоже будут пытать тебя. Они сделают все, чтобы защитить своих девушек от твоих посягательств.

— ХОТЬ ЦЕЛУЮ АРМИЮ ПРИВЕДИ! — во весь голос вскрикивает Юджин. — СО ВСЕМИ РАЗБЕРУСЬ! НИКТО НЕ СМОЖЕТ ОДОЛЕТЬ ЮДЖИНА УЭЙНРАЙТА! НИКТО!

— Неужели? — ехидно усмехается Даниэль. — Один против целой армии? Ха! Да тебя за считанные секунды сотрут в порошок! Тем более, что силенок у тебя все меньше и меньше.

— Уверен?

Юджин с хитрой улыбкой резко пытается вырваться на свободу и напасть на Даниэля. Однако его по-прежнему крепко удерживает Питер, который еще сильнее прижимает противника к земле.

— Тише-тише, сволочь, не рыпайся, — холодно говорит Питер. — Не рыпайся, я сказал! А иначе хуже будет!

— Ха, слышь, белобрысый… — презренно усмехается Юджин. — А ты всегда был таким смелым? Или просто хочешь повыпендриваться перед дружками?

— Я уже говорил, что ты не должен недооценивать меня.

— Ты так уверен в том, что вы все сможете одолеть меня?

— Чем больше, тем лучше, — опускаясь на корточки, уверенно заявляет Терренс. — Сила четверых намного сильнее силы одного. Так что, у тебя шансов нет!

— Да, теперь мы – одна команда и уделаем тебя в два счета, — наклоняясь к Юджину, уверенно добавляет Эдвард. — У нас сил еще очень много, а вот тебе становится все хуже.

— Ага, особенно у тебя! — презренно усмехается Юджин. — Недавно едва на ногах стоял! Жалко только, что не сдох!

— А я подпитываюсь злостью к тебе. — Эдвард гордо приподнимает голову, с презрением смотря на Юджина. — Мои демоны заставляют меня встать каждый раз, когда я падаю.

— Ха, а ты не мог заставить своих демонов превратить тебя из мелкого, тявкающего щенка в злую взрослую собаку и стать таким же, как и твой уважаемый дядя?

— Эдвард и так взрослая собака, — уверенно заявляет Терренс. — Верный и бесстрашный пес, готовый разорвать в клочи злых, больных и бессовестных ублюдков вроде тебя.

— Для мистера МакКлайфа, меня и еще многих людей он всегда будет тявкающим, бесполезным и облезлым щенком. А для мамочки с папочкой этот сопляк всегда будет обузой. Ребенком, который не должен был родиться. Ребенком, который окончательно разрушил жизнь своей семьи.

— Хватит как попугай повторять то, что тебе сказал тот старый больной хрыч Майкл. Вот уж кого точно никто не ждал, так это тебя. Такая тварь вообще не должна была рождаться.

— Однако это правда, МакКлайф. Не родись этот щенок, твои мамаша с папашей могли бы спасти свои отношения и остаться вместе. Но они разбежались именно после того, как родился твой братец. Который до сих пор страдает от того, что его считают балластом.

— Главное, что я нужен тем, кто мне дорог, — уверенно говорит Эдвард. — Что для близких мне людей я другой . А вот на мнение такой больной твари, как ты или мой дядюшка, мне глубоко по хер. Тявкай сколько угодно – это ничего не изменит.

— А мне по хуй , что ты думаешь. Мнение какого-то жалкого сопляка никогда не будет иметь для меня значение.

— А я не спрашивал твое. Не смей делать только одно – вредить моим друзьям, родственникам и невесте. А иначе я точно закопаю тебя заживо.

— Ха, да я закопаю вас всех раньше! — злостно усмехается Юджин. — Вы слишком трусливы для того, чтобы убивать и угрожать.

— Да что ты! — удивляется Даниэль, достает из кармана складной нож, раскрывает его и с гордым видом приставляет к горлу Юджина, на которого смотрит надменным взглядом. — Если хоть одна сука посмеет покушаться на кого-то из наших близких, то мы не пожалеем ни о чем, что можем с тобой сделать.

— Даже пойти в тюрьму?

— Если мне придется зарезать тебя ради мести за Кэссиди, то я признаю вину и буду отвечать по всей строгости закона. Ради своей сестры я убью тебя, не задумываясь.

— О, а ты уверен, что выдержишь те условия, в которых там живут? — Юджин бросает короткий взгляд на Эдварда. — Эй, щенок, ну-ка расскажи Перкинсу, как там за решеткой! Как сильно там тебя отдубасили и едва не довели до желания покончить с собой. Ты там уже бывал и знаешь все прелести той жизни.

— Тебя там уже ждут с распростертыми объятиями, — холодно бросает Питер.

— Не дождетесь, придурки! — фыркает Юджин. — Я не вернусь туда!

— Вернешься. И в смирительной рубашке будешь прыгать по запертой комнате как обезьяна до тех пор, пока тебе в задницу не вколют лошадиную дозу успокоительного.

— Надеюсь, вы все там окажетесь! И сдохните!

— Рано или поздно ты вернешься за тюрьму! — заявляет Эдвард. — И ответишь не только за помощь в делишках дяди и попытку изнасилования моей невесты, но еще и изнасилование юной девушки.

— Я не вернусь в тюрьму! ТОЛЬКО ЧЕРЕЗ МОЙ ТРУП!

— Ты будешь гнить в тюрьме до конца своих дней, — уверенно отвечает Терренс.

— Ну-ну, верьте в справедливость сколько хотите. Только никому из вас это не поможет ИЗБЕЖАТЬ ГИБЕЛИ!

Юджину с трудом удается вырваться из хватки Питера, резко повалить его на землю, вывернуть руку Даниэля, забрать у него свой же нож и встать к тому моменту, когда уже все четверо поднимаются на ноги. Уэйнрайт направляет оружие на каждого по очереди, а те уставляют на него свои презренные, полные ненависти и злости взгляды.

— ХА-ХА, Я СНОВА В ИГРЕ! — злорадно смеется Юджин. — Ну теперь-то я расквитаюсь с вами, ублюдки.

— Не советую быть таким уверенным, — ехидно усмехается Терренс.

— А я не советую ВАМ быть такими самоуверенными. В моих руках оружие. Я заколю вас до смерти. Никто ничего не поймет. Просто в какой-то момент мир резко станет черным, а все звуки отключатся.

— Может, ты сам зарежешь себя? — скрестив руки на груди, холодно предлагает Даниэль. — Сделал бы нам огромное одолжение!

— Конечно, я бы и мог, но ты ведь не хочешь видеть кровь, которую так боишься. Когда я резал тебе руку, ты был весь зеленый и выглядел так, будто тебя вырвет. А было бы ее гораздо больше – ты бы вообще отключился.