— Уверена, что все так и будет, — с легкой улыбкой говорит Ракель. — Сейчас еще слишком рано о чем-то говорить. Главное, что мы объединились и вместе покончили с этой историей.

— Ты права. Пока что просто отдыхайте и приходите в себя. И да, эта история еще не закончена. Вы лишь покончили с самым сложным ее этапом. Впереди будет еще один.

— Знаю. Тем не менее спасибо за столь огромную помощь.

— Нет, спасибо тебе, Ракель, — скромно улыбается Дарвин. — Если бы не ты, то нам бы никогда не удалось получить шанс поймать преступников и сдвинуться с мертвой точки. Мы уже начали думать, что никогда не покончим с этим. Или покончим тогда, когда Майкл умрет своей смертью. Он ведь уже старый, и у него куча болячек. Наш информатор Кэтрин сказала, что к Майклу очень часто приходили врачи, которые могли лишь немного облегчить его состояние. Возможно, он и в тюрьме не просидит долго и умрет прямо в камере.

— Я никогда не желаю смерти даже самым худшим врагам. Самое худшее, что я могу им пожелать, – это сидеть за решеткой или же просто страдать до конца своих дней.

— Ему недолго осталось. Поживет еще пару-тройку лет – и точно умрет. Если до этого его окружала куча опытных врачей, то теперь их уже не будет.

— Кто знает, Дарвин… — пожимает плечами Ракель и скромно улыбается. — Тем не менее спасибо еще раз… Спасибо за то, что буквально с небес свалился. Я буду благодарна и обязана тебе и мистеру Джонсону до конца своих дней.

— Я правда рад, что мы снова встретились.

— Ты обещал мне встретиться как-нибудь, чтобы мы поболтали о студенческих годах и вспомнили ребят из нашей группы.

— Я помню, подруга! — восклицает Дарвин. — Как только будет свободное время – обязательно встретимся.

— Заметано, приятель!

Ракель и Дарвин с легкой улыбкой дружески обнимают друг друга.

— Желаю тебе удачи, — дружелюбно отвечает Дарвин, отстраняется от Ракель и переводит взгляд на Эдварда, Наталию и Терренса. — И вам троим тоже. Будьте счастливы.

— Спасибо, — в разное время говорят Терренс, Эдвард и Наталия.

Все трое пожимают Дарвину руку с легкими улыбками на лице.

— Ладно, господа, нам пора идти. — Виктор поправляет свои очки на переносице. — Мы должны обсудить кое-что с нашими коллегами и все проконтролировать. Поезжайте домой, отдыхайте и… Подлечите свои раны, молодые люди… Я смотрю, вы серьезно пострадали.

— Хорошо, — в разное время отвечают Терренс, Ракель, Наталия и Эдвард.

— Счастливо оставаться.

Дарвин и Виктор медленно разворачиваются и уходят, а последний по дороге достает из кармана пиджака небольшую коробочку и зажигалку, которой поджигает одну из тонких сигарет. Пока Терренс, Ракель, Эдвард и Наталия усталым взглядом провожают обоих сотрудников полиции, уже почувствовав себя чуточку получше.

— Ладно… — задумчиво произносит Ракель, неуверенно посмотрев на Терренса, Наталию и Эдварда. — Нам больше нечего здесь делать. Давайте поедем домой ко мне и Терренсу и выпьем кофе. А там посмотрим.

— Верно… — медленно выдыхает Эдвард и проводит рукой по своим взъерошенным волосам. — Давайте поедем… Хоть куда! Больше никогда не хочу возвращаться туда, где обитал этот старый хрыч.

— Да, давайте уедем отсюда, — тихо и неуверенно соглашается Наталия, приглаживая свои взъерошенные волосы. — Если я останусь здесь еще дня на два, то точно сойду с ума.

— Хорошо, — кивает Ракель, выставляет руку ладонью вверх и переводит взгляд на Терренса. — В таком случае верни ключи от моей машины.

Быстро смекнув, о чем идет речь, Терренс засовывает руку во внутренний карман куртки, достает ключи от машины Ракель и кладет эту вещь на ее ладонь, которую она несильно сжимает.

— Благодарю, — с едва заметной улыбкой произносит Ракель. — Раз машина моя, значит, вести ее буду я.

— Без проблем, — пожимает плечами Терренс.

Ракель слегка улыбается и жестом просит Эдварда, Наталию и Терренса идти за ней. Все четверо покидают территорию этого дома, где по-прежнему остается много полицейских, направляются к машине брюнетки, стоящей недалеко от этого места, думая о том, что будет с ними после того, как самое ужасное осталось позади. После того как Майкла МакКлайфа арестовали. После того как суд решит судьбу этого человека и его сообщников и поставит точку в истории, что длилась на протяжении многих лет.

Казалось бы, Ракель, Наталия, Терренс и Эдвард могут радоваться, что Майкл МакКлайф арестован. Однако никому из них не стало легче. Никто не испытывает той радости, которую они, по идее, должны испытывать. Также никто не спешит что-то говорить, пока все четверо едут в машине Ракель, которая ведет ее. Сидящий на пассажирском сиденье Терренс пустым взглядом смотрит в одну точку, а расположившиеся на задних сиденьях Эдвард и Наталия уставляют свои усталые глаза на окошко.

Ракель хотела поговорить бы с Терренсом, Эдвардом и Наталией, но она прекрасно видит, что особо никто не хочет разговаривать, не лезет ни к кому с вопросами. Она понимает, что сейчас все пребывают в сильном шоке и пытаются принять все то, что они сегодня узнали и пережили. Как, впрочем, и сама девушка, грустным взглядом смотря на дорогу, крепко сжимая руль и думая о чем-то своем. Лишь времени от времени Ракель бросает взгляд на Терренса, который нервно перебирает пальцы и вспоминает о сегодняшних событиях, испытывая одновременно стыд, сожаление, потрясение, грусть и напряжение.

Эдвард чувствует себя, пожалуй, хуже всего. Сегодня произошло слишком много всего, что подкосило его и заставило испытать стыд. Еще более сильный стыд, чем тот, что овладел им, когда он осознал все свои ошибки. Когда понял, сколько всего натворил, и как сам же сумел настроить против себя всех своих близких. Даже если теперь они знают все его секреты, он не испытывает никакого облегчения. Эдвард считает, что никогда его не почувствует. Особенно после сегодняшних событий, когда он краснел от стыда, мечтал провалиться сквозь землю и всерьез был готов покончить с собой, лишь бы покончить со всеми страданиями. После всего, что произошло за последнее время, Эдвард боится смотреть в глаза тем, с кем он сейчас сидит в машине. Он мечтает поскорее уйти от них и скрыться где-нибудь, чтобы никто и никогда не смог найти его, думая, что кто-то вряд ли станет разыскивать его и беспокоится о его судьбе.

Не легче и Наталии. Последние несколько месяцев она находилась в сильном напряжении из-за всего, что с ней происходило. Проведенные четыре дня в доме Майкла и сегодняшние события высосали из нее все силы и даже лишили надежды на то, что однажды она снова начнет радоваться и улыбаться. Станет той позитивной девушкой, которой когда-то была. Ей было безумно сложно забыть обо всех страхах и делать все, чтобы защитить себя и доказать, что она не такая уж и слабая и трусливая. Наталия боялась, что какой-то из ее поступков мог лишить ее жизни. Но девушка просто посмотрела страху в глаза и проявила готовность пожертвовать собой и постоять за тех, кого всем сердцем любит.

Также Терренс, Наталия и Эдвард безмерно благодарны Ракель за организацию операцию по аресту Майкла. Если бы не она, Виктор, Дарвин и Джейми, то они вряд ли бы сейчас сидели в машине девушки, будучи ужасно измученными, подавленными и опустошенными, но живыми и невредимыми. Все трое верили, что могу рассчитывать на нее, и держались как раз благодаря этой вере. Ну а сама Ракель счастлива, что все прошло по плану, а близкие ей люди не пострадали по вине Майкла. Что она показала им свою любовь и готовность пойти на все ради благополучия любимого мужчины, лучшей подруги и брата ее жениха, которого в глубине души ей искренне жаль.

Никто не замечают, как автомобиль Ракель проезжает большую часть пути. Поскольку в салоне царит полная тишина, и никто даже не хочет включить радио, то она начинает забывать, что в машине кроме нее сидит еще кто-то. Что Терренс не сидит на пассажирском сиденье, откинувшись назад, крепко сцепив руки и уставив свой пустой взгляд в одну точку. Что на задних сиденьях не сидит Наталия, которая кладет голову на дверцу машины и пустым взглядом смотрит в окно. И Эдвард, который опрокидывает голову назад и слегка поворачивает ее на бок, прикрывая глаза с чувством, что его начинает клонить в сон. В какой-то момент на одном из светофоров загорается красный свет. Ракель приходиться остановиться, дабы соблюсти правила, о которых знает даже маленький ребенок. Пока она слегка постукивает пальцами по рулю одной рукой, а другую – держит на автоматической коробке передач, брюнетка думает о чем-то своем.