— Пока что ничем.

— Да, пока что ждем, — пожимает плечами Эдвард.

— Понятно… — кивает Питер.

Через пару секунд к Питеру подходит Хелен, чье появление заставляет его скромно улыбнуться.

— Хелен! — восклицает Питер.

— Питер! — с легкой улыбкой произносит Хелен.

Как только Питер крепко, но нежно обнимает Хелен, та с облегчением выдыхает, пока ее руки обвиты вокруг его шеи, руки мужчины – обвиты вокруг талии девушки, а его ладони расположены у нее на спине.

— Слава богу, с тобой все хорошо, — тихо говорит Хелен. — Я так беспокоилась…

— Не стоит, — мягко отвечает Питер. — Я в порядке.

— А как же рана?

— Ничего серьезного, милая, скоро все пройдет.

Хелен и Питер отстраняются друг от друга и обмениваются легкими улыбками, а затем к мужчине подходят Наталия и Ракель.

— Рада видеть тебя живым, блондин, — дружелюбно говорит Наталия, обняв Питера первой.

— То, что живой, это очень хорошо, — с долей юмора отмечает Питер.

Питер и Наталия скромно хихикают и отстраняются друг от друга, а затем мужчина с грустью во взгляде по-дружески обнимает Ракель.

— Мне очень жаль, Ракель, — с грустью во взгляде дает понять Питер. — Мы пытались избежать жертв, но, к сожалению, не удалось.

— Все в порядке, Питер, — тихо просит Ракель и отстраняется от Питера. — Ни ты, ни парни не виноваты в произошедшем. Даже Терренс не виноват.

— Как бы то ни было, он сильный и сумеет выкарабкаться.

— Хотелось бы верить… — Ракель отводит взгляд в сторону.

— Эй, блондин, а чего ты так долго был у врача? – интересуется Даниэль. — Неужели все было серьезно?

— Э-э-э… — запинается Питер, почесывая затылок. — Нет, мою рану быстро обработали, и я бы сразу же пошел. Но медсестра настояла, чтобы я немного посидел. А потом сказала, чтобы я пошел в кафетерий и выпил содовой. Ну я и пошел… И встретил там Льюиса…

— Льюиса? — слегка хмурится Хелен. — Какого еще Льюиса?

— Того, который лечил меня после того, как я… Хотел умереть .

— Который Льюис Тодд? — уточняет Даниэль.

— Да, тот самый. Короче говоря, мы поговорили немного, и он спросил, почему у меня забинтована рука. Но я успокоил его и сказал, что просто случайно порезал руку ножом. Не стал ничего объяснять.

— А он знает про Терренса? — спрашивает Хелен.

— Да, я сказал. Но не вдавался в подробности. Льюис и не стремился все узнавать, ибо он куда-то спешил.

— Понятно… — задумчиво произносит Эдвард.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, после которой Питер снова окидывает всех взглядом.

— Полагаю, вы уже все знайте? — спрашивает Питер. — Верно, девчонки?

— Да, Эдвард с Даниэлем рассказали нам, что произошло, — кивает Ракель.

— Будем надеяться, что Уэйнрайт заплатит за все, что сделал.

— По крайней мере шанс получить серьезные травмы, которые могут вызвать инвалидность, вполне высоки, — задумчиво отвечает Наталия.

— Эдварду крупно повезло, что он тоже не скатился туда, — уверенно отмечает Даниэль. — А иначе либо инвалидность, либо гибель.

— Я знаю. — Наталия, прижавшись поближе к Эдварду и обхватив его руку, с легкой улыбкой смотрит на Даниэля на Питера. — Спасибо вам огромное, ребята, за то, что не дали Эдварду упасть. Я безумно благодарна вам.

— Настоящие друзья всегда помогают друг другу, — дружелюбно отмечает Питер. — К тому же, Терренс просил нас с Даниэлем не позволять Эдварду пострадать или погибнуть.

— Это верно… — кивает Эдвард и прикладывает руку ко лбу. — Было безумно больно слышать все, что говорил Терренс. Он говорил так, будто прощался с нами… С мыслью, что умрет.

— Думаю, он искренне верил, что в том шприце было что-то смертельное, и принял это, — предполагает Даниэль. — Ты ведь тоже думал, что погибнешь после того укола.

— Уэйнрайт тогда звучал довольно натурально. Он не блефовал, когда говорил, что убьет всех нас с помощью того, что было в том шприце.

— Еще бы он блефовал! — тихо ухмыляется Питер. — Этот отморозок не стал бы закачивать в шприц обычную воду и носиться кругами с криками, что в нем смертельный яд, который убьет всех его врагов.

— Но что бы там ни было, я был готов принять этот удар на себя. Вместо Терренса. Вместо тебя. Вместо Даниэля. Я смирился и хотел перестать сопротивляться.

— Эдвард, милый… — с жалостью во взгляде произносит Наталия, обвивает руками поясницу Эдварда и на секунду носом утыкается в его плечо.

— В любом случае, чтобы убить снотворным, нужна просто убойная доза, — уверенно отвечает Хелен. — Так же, как и в случае с наркотиком.

— Врачи сказали, что у Терренса подозрение на передозировку, — слегка хмурится Даниэль, расставив руки в бока. — Правда они пока не знают, чем…

— И не забывайте, что Уэйнрайт успел вколоть Терренсу лишь половину содержимого шприца. А значит, половинная доза могла и не быть смертельной.

— Может, в полном шприце как раз и была та самая убойная доза, но Эдвард вытащил иглу вовремя? — предполагает Наталия. — Что если он спас Терренса?

— Но ведь отравление организма уже произошло! — отмечает Ракель.

— Верно, но это может спасти ему жизнь.

— Если вовремя вывести яд из организма, то человек пойдет на поправку, — отмечает Хелен. — А зная, что Терренс довольно крепкий и выносливый, то он быстро восстановится, если отравление не слишком серьезное.

— Слушайте, а какого размер был тот шприц? — слегка хмурится Наталия. — Сколько в нем было миллилитров?

— Э-э-э… — запинается Эдвард, слегка прикусив губу. — Я могу ошибаться, но мне показалось, что на том шприце были написаны цифры « 5 » и « 10 ».

— То есть, шприц был объемом в десять миллилитров? — уточняет Хелен.

— Он вполне мог бы поместиться в ладони. По крайней мере, в моей.

— Если предположить, что в шприце было какое-то снотворное, то десять миллилитров точно будет смертельной дозой, — задумчиво отвечает Питер. — А зная, что Уэйнрайт вколол Терренсу примерно половину, то есть шанс избежать худшего.

— Тогда это что получается: Уэйнрайт вколол моей сестре убойную дозу, от которой она умрет ? — слегка хмурится Даниэль, скрестив руки на груди. — Он вколол ей целый шприц?

— Может, и не весь. Но может быть такое, что Кэссиди он вколол какие-то наркотики, а вот Терренсу – дозу снотворного. МакКлайфу, так скажем, повезло, потому что Эдвард быстро вытащил иглу. А вот та девочка, к сожалению, пострадала больше. К тому же, ее состояние вызывает у врачей больше опасений. А раз так, значит, в случае с Терренса не все так уж безнадежно.

— В любом случае давайте пока что подождем, — спокойно предлагает Хелен. — Давайте верить, что быстрая реакция Эдварда поможет Терренсу выжить.

— Ох, как же я хочу, чтобы все закончилось хорошо… — тяжело вздыхает Ракель.

— Лично я верю , что это спасет Терренса, — приобняв Ракель за плечи, уверенно отвечает Наталия.

— Надеюсь, так и будет, — устало вздыхает Эдвард.

Спустя некоторое время, пока кто-то приобнимает своих вторых половинок, а другие держатся рядом, по коридору начинает идти еще кто-то. Оказывается, что это Ребекка и Джейми, которые сейчас направляются ко всем, кто переводит на них свой взгляд, пока Эдвард с широко распахнутыми глазами заметно напрягается и слегка бледнеет.

— Простите, что оставили вас, девочки, — извиняется Ребекка. — Мы разговаривали с мистером Джонсоном.

— Есть известия о Терренсе? — проявляет беспокойство Джейми.

— Пока нет, — с грустью во взгляде качает головой Ракель. — Не можем ни огорчить, ни обрадовать вас.

— Ясно… Значит, будет ждать…

Ребекка переводит взгляд на Даниэля с Питером, который здороваются с ней с помощью кивка, а потом на Эдварда, наблюдающий за ней так, будто ему до смерти стыдно.

— Эдвард! — восклицает Ребекка.