— Конечно, мы с Терренсом уже привыкли к огромному интересу со стороны прессы и папарацци, но для вас это будет немного непривычно. Иногда повышенное внимание может пугать, но постепенно вы привыкнете к этому, и сможете найти способ жить как обычные люди.

— Думаю, мы справимся, — с легкой улыбкой уверенно отвечает Эдвард и переводит взгляд на Наталию. — Верно, Наталия?

— Какие могут быть сомнения! — широко улыбается Наталия. — Обещаем вести себя достойно и не позорить ваши имена.

— Мы и не сомневаемся, — скромно хихикает Ракель.

— Хотя лично мне кажется, что мы сможем продолжить жить спокойно, даже если все и будут знать, кто мы такие. Я же как-то живу нормальной жизнью, даже если дружу с тобой и Терренсом. Так почему у меня должны быть проблемы сейчас?

— Ладно, дорогие мои, не переживайте, — уверенно говорит Терренс. — Если вы захотите спокойной жизни, то мы сделаем все, чтобы огородить вас от прессы и заставить их оставить в покое. Они очень надоедливые и всегда лезут с некорректными вопросами, но стоит им жестко дать понять, что твоя личная жизнь не обсуждается, то это помогает вдолбить им в голову, что ты – звезда, которая не обсуждает, с кем она встречается, кто ее семья, есть ли у нее дети и всякое такое.

— А мы и не сомневаемся, — хитро улыбается Эдвард.

— Мы оба прекрасно понимаем, что общаемся со звездами мирового масштаба, — уверенно добавляет Наталия. — Не каждый же день можно посидеть и непринужденно поболтать с известной моделью и любимым миллионами девчонками по всему миру актера.

Ракель и Терренс скромно усмехаются и качают головой перед тем, как что-то сказать.

— О боже, Наталия, вообще-то, мы с Терренсом – звезды только на каких-нибудь церемониях, фотосессиях или выступлениях, — скромно говорит Ракель. — А в жизни мы – простые люди, у которых есть такие же желания и потребности, как и у обычных людей. Мы не окружаем себя охраной, которая никого к нам не подпускает, и открыты для всех, кто хочет с нами поговорить. Поклонники всегда могут сфотографироваться с нами и задать любые вопросы, на которые мы с радостью ответим.

— Вот именно, — соглашается Терренс. — Мы – самые обычные люди. С нами не нужно общаться как-то по-особенному только потому, что мы – звезды. Тем более вам двоим, нашей хорошей подружке и моему другу.

— Конечно! Вы ведь наши близкие люди!

— Да и вообще, мне кажется, что окружая себя кучей охранников, ты только привлекаешь к себе больше внимания. Я никогда даже и не думал об этом и не хочу, чтобы за мной постоянно кто-то ходил.

— Я тоже. Охранники часто не подпускают поклонников к звездам и могут причинить кому-то боль в попытке защитить своего клиента. Но я хочу быть ближе к ним и лично общаться с ними. Для меня очень важно поддерживать связь с теми, кто меня обожает.

— В отличие от многих звезд мы не скрываемся и не пытаемся придумать безумные способы конспирации, чтобы никто нас не заметил.

— Мы знаем, ребята, — с легкой улыбкой дружелюбно отвечает Наталия. — Для нас вы не просто звезды. Вы – близкие люди, с которыми нам нравится общаться. И с которыми нам многое связывает.

— Приятно это слышать, — широко улыбается Ракель.

— Да и вообще, иногда мне кажется, что в какой-то степени мы стали друг другу родными. По крайней мере, для меня вы все очень близки.

— Это верно, — уверенно кивает Эдвард. — Неважно, какой у вас статус в обществе – вы всегда будете для нас близкими людьми, с которыми приятно проводить время. И я очень рад, что смог поладить с каждым из вас.

— Хоть ты пока что не разочаровываешь меня, но я все еще слежу за тобой, — отвечает Ракель

— Спасибо, что не отказалась дать мне шанс.

— Я всегда подчеркиваю, что сделала это лишь ради Терренса и Наталии. Он – мой возлюбленный. А она всегда была для меня как родная сестра. И меня бросает в дрожь от мысли, что я могла потерять такую прекрасную подружку. За многие годы мы очень многое пережили и неоднократно выручали и поддерживали друг друга. Лучшего друга мне не найти.

— Ну раз уж вас всех потянуло на признания в любви, то и я вставлю свое словечко, — задумчиво говорит Терренс и переводит взгляд на Эдварда. — Эдвард, хоть мы с тобой не так давно знакомы, мне кажется, что мы были знакомы будто бы всю жизнь. Я правда очень рад, что ты появился в моей жизни и оказал поддержку тогда, когда мне не на кого было рассчитывать. Спасибо, что cтал едва ли не единственным, кто не отвернулся от меня после того как узнал обо всех моих поступках.

Терренс переводит взгляд на Наталию, пока Эдвард молча кивает с легкой улыбкой на лице.

— Наталия, ты всегда была для меня хорошим другом, с которым мне очень приятно общаться, — уверенно добавляет Терренс. — Перед которым я буду в вечном долгу. Для тебя это не секрет. Ты всегда умела находить слова, чтобы утешить и поддержать человека. К тому же, ты также не отвернулась от меня и сделала все, чтобы поддержать меня. Я никогда не забуду это и с радостью помогу, когда помощь будет нужна уже тебе.

А затем Терренс переводит взгляд на Ракель и улыбается намного шире.

— Ну а ты, Ракель, один из самых важных мне людей, который очень многое для меня значит и делает мою жизнь лучше, — мягко говорит Терренс. — Ты вдохновляешь меня и мотивируешь к чему-то стремиться. Если бы не ты, я бы вряд ли когда-то решил попробовать себя в музыкальном бизнесе. Я благодарен тебе за то, что ты заставила меня призадуматься об этом. И я надеюсь, что ты будешь и дальше поддерживать меня. Мне это крайне необходимо.

— Могу сказать все то же самое и про тебя, милый, — с легкой улыбкой отвечает Ракель. — Уж теперь я хорошо понимаю, какое сокровище едва не потеряла. И я бы никогда не простила бы себя, если бы все-таки позволила тебе уйти.

— Думаю, мы должны были пройти через эти трудности. Ведь это во много раз улучшило наши отношения. И я действительно начал ценить тебя после того что произошло.

— Я знаю. Мне очень жаль, что я не была лучшей с самого начала и думала только о себе и своей карьере.

— Береги это сокровище, Ракель, — дружелюбно советует Эдвард. — Вот стоило тебе вернуться к нему, так у моего друга сразу же появился смысл жизнь, которая стала намного ярче и краше.

— Трудности и правда только больше сплотили нас. — Ракель кладет голову к Терренсу на плечо и берет его руку, которая лежит на столе. — И надеюсь, что мы больше никогда не совершим тех ошибок, которые совершили.

— Пусть так оно и будет! — желает Наталия. — Ведь вы такая красивая пара. Так здорово смотритесь вместе. Как будто были созданы друг для друга. Даже несмотря на то, что на первой встрече вы успели разругаться как кошка с собакой. То, что моя подружка надавала своему самопровозглашенному Аполлону кучу пощечин и грозилась заорать, что ее хотят изнасиловать.

— Да уж, веселое было время, — скромно хихикает Терренс.

— Может, как-нибудь повторим, — хитро улыбается Ракель. — Когда мне станет скучно.

Терренс скромно хихикает, приобнимает Ракель за плечи и целует ее в висок, пока та скромно опускает глаза, прижимаясь как можно ближе к любимому человеку. Наталия же с искренней улыбкой наблюдает за влюбленными, сидящими напротив нее, переглядывается с нежно смотрящим на нее Эдвардом и скромно гладит его по щеке.

— Пусть все будут счастливы с теми, кого они выбрали, — уверенно говорит Эдвард, приобнимает Наталию за плечи, мило целует ее в щеку и трется об нее носом, заставляя ее широко улыбаться. — И пусть больше никто не страдает по той или иной причине.

— Слушайте, ребята… — бодро произносит Терренс, отстраняется от Ракель и смотрит на всех остальных, кто практически доел свой ужин и выпил большую часть воды из фужеров. — А давайте-ка мы с вами выпьем прохладного шампанского и завершим этот ужин на еще более приятной ноте.

— Я только за! — восклицает Ракель.

— Я тоже, — скромно улыбается Наталия.

— Ну если у вас есть бутылочка шампанского, мы с радостью выпьем, — пожимает плечами Эдвард.