— Выпендриваешься, Теодор, выпендриваешься. Не хочешь признавать поражение.

— Не имею ни малейшего понятия, о каком поражении ты говоришь.

Питер применяет к Терренсу захват шеи, которую очень крепко сжимает в локте.

— Я эту войну не проиграл, — сквозь зубы цедит Питер. — И не проиграю. Я намерен выйти из нее единственным победителем.

— Может быть, ты и начал эту бессмысленную войну с маханием кулаков, — низким грубым голосом говорит Терренс. — Но будь уверен, победа будет за нами. Мы с парнями положим конец твоему безумию. И заставим делать то, что мы хотим.

— Хотелось бы знать как!

— Скоро узнаешь. А пока что тебе придется немного отдохнуть. Ибо мы, откровенно говоря, заебались уже с тобой возиться.

Терренс со всей силы бьет локтем в живот Питера, ловко заворачивает его руку за спину и больно ее выворачивает, заставив того закричать. А стоит Роузу едва развернуться с желанием что-то сделать, то МакКлайф-старший сначала залупляет ему крепкую пощечину и только потом ребром ладони резко бьет по сонной артерии на шее противника. После чего блондин на мгновение замирает с широко распахнутыми глазами. В следующую секунду его резко обмякшее тело камнем падает на землю, а глаза безвольно закрываются. И даже спустя пару секунд он остается лежать неподвижно и не издает никаких звуков, не предпринимая никаких, даже малейших попыток встать и броситься в атаку.

Понимая, что угроза наконец-то миновала, тяжело дышащий Терренс резко расслабляет плечи, прикладывает руку ко лбу и медленно выдыхает с прикрытыми глазами. И только сейчас из неоткуда показываются Даниэль и Эдвард, медленно и немного неуверенно приближающиеся к нему и удивленно таращащиеся на лежащего без сознания Питера, все еще оставаясь настороженными из-за мысли, что он может их обмануть и застать врасплох.

— Эй, мы что-то пропустили? — удивляется Даниэль.

— Ничего такого, — задумчиво произносит Терренс.

— Ты что с ним сделал? — недоумевает Эдвард.

— Задолбал он меня до чертиков. Вот и пришлось долбануть по шее как следует. — Терренс расставляет руки в бока. — А вообще, давно надо было это сделать. Не тратить время на эту бесполезную борьбу.

— Надеюсь, ты его убил, — выражает надежду Даниэль.

Эдвард осторожно подходит к Питеру, опускается на корточки и проверяет его пульс, приложив два пальца к шее.

— Нет, он жив, — успокаивает Эдвард и поднимается на ноги. — Поваляется немного в отключке и очухается.

— И что нам теперь с ним делать? — переглядывается с Эдвардом и Терренсом Даниэль.

— Что-что, звонить Маршалл, договариваться о встрече и везти это чудо в нужное место, — отвечает Терренс.

— Да уж… Походу, мистер МакКлайф предложил нам единственный верный вариант. А иначе мы не добьемся своего.

— Да, но пока мы будем его везти, он уже успеет очухаться. И устроит нам еще один раунд скачек с препятствиями.

— Но мы можем немного себя обезопасить себя, если примем некоторые меры, — загадочно улыбается Эдвард.

— Какие еще меры? — слегка хмурится Даниэль.

— Ждите здесь, я сейчас вернусь!

— Эй, ты куда намылился? — недоумевает Терренс, видя, как Эдвард резко срывается с места.

— Я быстро! Только туда и обратно!

— А ну стоять, придурок! Эдвард! Эдвард, я кому сказал? Вернись сейчас же! Слышь, спиногрыз ты гребаный!

Только вот Эдвард уже не реагирует на слова Терренса и решительно убегает в нужном направлении, очень быстро скрывшись за кустами и деревьями.

— И что этот придурок задумал? — недоумевает Даниэль.

— Да хер его знает! — прикладывает руку ко лбу Терренс. — Но когда мы свалим отсюда, клянусь, я задам ему трепку.

— Потом разберешься! Сейчас надо решить, что делать с этим. — Даниэль бросает короткий взгляд на бессознательного Питера. — У нас, можно сказать, есть последняя возможность положить конец этой истории и свести его с Хелен.

— В любом случае нам придется потратить немало времени, чтобы выбраться отсюда. По ощущениям мы зашли слишком далеко.

— Нет, я так не думаю. Пока я убегал от блондина, то слышал звуки проезжающих автомобилей. Это значит, что дорога где-то близко. Смею предположить, что мы ходим здесь кругами и не ушли далеко.

— Ты в этом уверен?

— Да, уверен. Если найдем место, где твой братец оставил свою машину, то легко выберемся отсюда.

— Не забывай, надо еще отыскать машину Роуза. Кому-то из нас придется сесть за руль и вывести ее отсюда.

— Вот я и сяду. Надо только стырить у Роуза ключи.

— Окей…

— Слышь, Терренс, у тебя есть какие-то идеи, как можно спокойно довезти его до нужного места, даже если он придет в себя раньше времени?

— Его надо связать. И желательно чем-то завязать ему глаза, чтобы не знал, куда мы его везем.

— Да, но у нас ничего нет! — разводит руками Даниэль. — Ни веревок, ни тряпок!

— Может, у Эдварда что в машине найдется?

— Было бы круто! И чтобы уж совсем было хорошо, можно вообще запихнуть его в багажник. Пусть лежит там связанный и ноет сколько хочет.

— М-м-м, отличная мысль… — хитро улыбается Терренс. — Осталось только придумать, чем его связать.

— Ничего придумывать и не надо! — раздается бодрый голос Эдварда, который возвращается к парням с веревками в руках. — Это идеально подойдет для того, чтобы мы сыграли в похитителей и жертву.

— Веревки? — широко распахнув глаза, удивленно произносит Даниэль. — Ты откуда их взял?

— Нашел их, пока мы с Терренсом бежали за тобой и Питером. Ну… Точнее, когда мы с ним разминулись. Бежал-бежал и увидел, что под одним из кустов валяются эти веревки. И подумал, что они могут нам пригодиться.

— Ничего себе… — улыбается Терренс.

— Они вообще-то были все в грязи. Поэтому я прополоскал их в речке, которая была неподалеку. А потом спрятал в более надежном месте и начал наблюдать за Роузом после того, как увидел его бегающим здесь. И решил заманивать за собой, когда он легко поддался на мои провокации и с бешеными глазами проверял каждый куст, который я шевелил.

— Ха, то есть, ты типа хотел скинуть его с этого обрыва?

— Нет, с обрыва он сам свалился, я тут не причем. Хотя и был уверен, что он точно с него упадет. Я подумал, что все – он двинет кони. Но нет! Блондин каким-то чудом сам смог подняться. Облажался только в самом конце, когда камни не выдержали и начали ломаться. Вот я и пошел его вытаскивать. Сжалился над этим мудаком. Хотя стоило подумать дважды.

— Ага, а после этого он в благодарность решил скинуть с обрыва тебя? — скрещивает руки на груди Даниэль.

— Я был готов к подобному. Хотя ваше появление было мне очень даже на руку.

— Ладно, обсудим это позже… — задумчиво говорит Терренс. — Надо паковать этого красавца, пока он еще в отрубе и опять не начал психовать.

— И куда мы его повезем? — недоумевает Эдвард. — Что будем делать?

— Предлагаю перед отъездом еще немного его попугать. Сделать так, чтобы у него уж точно промокли штаны от страха.

— Сомневаюсь, что его что-то сейчас может напугать, — отвечает Даниэль.

— Нет, Даниэль, ты неправ. — Терренс подходит поближе к Даниэлю. — Когда ты начал надвигаться на Питера с грозным видом и столкнул его с обрыва, он ахереть как струсил. Сразу же дал заднюю и начал трястись как трусливый заяц.

— А ведь верно… — уверенно кивает Эдвард. — Роуз не на шутку испугался. Если бы мы продолжили в том же духе и не сдавались, он был бы готов на все, лишь бы мы от него отстали.

— Предлагайте довести его до истерики? — уточняет Даниэль.

— Как вариант. Может, так мы даже поймем, чего он до смерти боится. Что вызывает у него паническую атаку.

— Точно! — восклицает Терренс. — Он ведь как-то говорил, что испытывает страх перед мужиками. А раз так, то…

— Возможно, вы и правы… — соглашается Даниэль, поглаживая подбородок. — Если сможем воспроизвести что-то такое, то Питер-Теодор ахереть как испугается. Так зассыт, что как миленький выполнит любое наше требование.