— Что ты имеешь в виду? — слегка хмурится Анна.

Тут из-за спин Наталии, Ракель, Эдварда и Терренса появляется скромно улыбающаяся Хелен.

— Сюрпри-и-из! — с широкой улыбкой восклицает Хелен. — Привет, подружка.

У резко побледневшей Анны мгновенно перехватывает дыхание и начинает часто биться сердце, а ее широко распахнутые глаза сосредотачиваются на Хелен и рассматривают ее с головы до ног.

— Х-х-хел-л-лен? — дрожащим голосом неуверенно произносит Анна и сначала прикладывает руку к груди, а затем ко рту. — Это… Т-т-ты?

— Все хорошо, Анна, все хорошо, я рядом, — мягко говорит Даниэль, подхватив Анну покрепче. — Дыши глубже. Просто дыши.

По коже Анны табуном пробегают мурашки, каждую мышцу сковывает болезненное напряжение, а она сама застывает в одной позе и не может пошевелиться.

— Этого… — неуверенно качает головой Анна. — Этого не может быть… Это невозможно!

— Не бойся, милая, все хорошо, — мягко отвечает Хелен, подходит поближе к Анне и берет ее за руки, заставив ту почувствовать приступ легкого головокружения. — Это я, Хелен. Тебе не кажется, ты не сошла с ума.

— Подружка… Милая…

На глаза Анны наворачиваются слезы, снова и снова рассматривая Хелен, а всем телом овладевает сильная дрожь.

— Как такое возможно? — Анна тихо шмыгает носом. — Как? Мы же считали тебя мертвой!

— Меня вовремя спасли, — объясняет Хелен. — Спасли за секунды до неизбежного.

Будучи не в силах сдерживать эмоции, Анна начинает рыдать пуще прежнего и зажимает рот обеими руками. А в какой-то момент она резко подлетает к Хелен, заключает ее в крепкие объятия и со слезами на глазах утыкается носом ей в плечо. Из-за чего Маршалл даже слегка пошатывается на месте, но все же сохраняет равновесие и сама не сдерживает слезы радости, прижимая к себе свою близкую подругу.

— Поверить не могу… — рыдает Анна и громко шмыгает носом. — Этого не может быть…

— Пожалуйста, Анна, не надо так горько плакать, — взмаливается Хелен. — Не рви мне сердце.

— Как тут не плакать? Как тут не плакать?

— Я сейчас тоже буду громко выть. — Хелен мягко гладит Анну по голове. — У меня нервы и так ни к черту.

— Не могу, прости. Не могу…

Анна с учащенным дыханием отстраняется от Хелен, берет ее за руки и мокрыми глазами рассматривает подругу с головы до ног.

— Господи, Хелен… Это ты… Это ты!

— Я, моя хорошая, я, — уверенно кивает Хелен и аккуратно вытирает слезы под глазами Анны.

— Я за эту неделю все глаза выплакала! Никак не хотела верить, что тебя больше нет. Мне так тебя не хватало!

— Ради бога, не рви мне сердце. Я не могу смотреть на тебя в таком состоянии.

— Ребята, пожалуйста, скажите, что мои глаза меня не обманывают, — отчаянно умоляет Анна, окинув всех присутствующих взглядом. — Скажите, что вы тоже видите перед собой Хелен.

— Не обманывают, моя хорошая, — уверяет Даниэль.

— Нам и самим до сих пор в это не верится, — добавляет Терренс, крепко прижимая к себе Ракель, со слезами на глазах утыкающаяся носом в его плечо. — Но это правда.

— Смотри, твои подружки вон тоже плачут, — подмечает Эдвард, поглаживая всхлипывающую Наталию по голове. — И чуть не устроили здесь массовую потерю сознания.

— Да мы от радости плачем, — низким голосом с легкой улыбкой отвечает Наталия.

— От большой радости! — всхлипывает Ракель.

— О боже мой… — резко выдыхает Хелен, вытирая слезы под глазами. — Если я так плачу от встречи с вами, то наверное буду рыдать навзрыд, когда увижу бабулю.

— Как тебе удалось выжить, я не понимаю? — недоумевает Анна и громко шмыгает носом, пока Даниэль придерживает ее за плечи. — Как смогла выбраться из пожара?

— Я же сказала, что меня спасли, — напоминает Хелен. — Один из сообщников Маркуса помог. И привез меня в квартиру своего брата, где я провела несколько дней после выписки из больницы.

— Какого еще сообщника?

— Элайджи.

— Того самого, которого пока не поймали?

— Он обещал сдаться сам в ближайшее время.

— Невероятно… Это просто невероятно! — Анна хватается руками за голову. — У меня все это в голове не укладывается.

— Ты поймешь, я обещаю. Вы все поймете. Понимаю, что это кажется бредом. Но ведь самое главное, что я осталась жива. Что я снова с вами.

— Боже мой, Хелен… Дорогая…

Анна снова крепко обнимает Хелен, пару раз мило целует ее в щеку и продолжает горько рыдать, уткнувшись носом в изгиб шеи девушки, которая мягко гладит ее по спине и голове.

— Боже, девчонки, ну перестаньте, пожалуйста… — взмаливается Хелен, бросив короткий взгляд на Ракель и Наталию. — Хотите, чтобы я тоже рыдала вместе с вами?

Шмыгая носом и всхлипывая, Наталия и Ракель подходят к Хелен и Анне и обнимают их обеих одновременно. А пока они рыдают друг у друга на плече, гладят по голове или спине и пытаются что-то сказать в таком ошалевшем состоянии, Эдвард, Терренс и Даниэль прилагают немало усилий, чтобы не поддаться стадному чувству и не пустить слезу в столь эмоциональный для всех момент.

— Черт, если они сейчас не прекратят, я точно заплачу, — говорит Эдвард.

— Хоть это слезы радости, они все равно рвут мне сердце, — признается Даниэль.

— Ну, братец, смотри, до чего ты довел нас! — восклицает Терренс и резко выдыхает, чтобы снять напряжение.

— Чего это я сразу? — удивляется Эдвард. — Я просто сделал то, что должен был – дал понять, что Хелен жива после того как встретил ее.

— Да, но, блять, надо же было как-то подготовить нас! — отмечает Даниэль. — Сказать заранее, не знаю… А то приходишь сюда и бац – такой сюрприз!

— Зато какой сюрприз, м-м-м… — загадочно улыбается Эдвард. — Все равно что сделать предложение девчонке, которая ждала его несколько лет. Все равно что подарить ей дорогущую машину или квартиру в элитном районе.

— Вот бывают же люди, которых одновременно хочется прибить чугунным котлом и придушить собственными руками, но расцеловать и стиснуть в объятиях, — хмуро бросает Терренс.

Эдвард ничего не говорит и с гордо поднятой головой продолжает наблюдать за тем, как девушки даже не пытаются сдержать слезы радости и словно не думают выпускать друг друга из групповых объятий. А пока Даниэль немного лохматит волосы МакКлайфа-младшего и приобнимает его за плечи, Терренс в какой-то момент переводит взгляд в сторону и видит, как в гостиную только что кое-как приковылял Сэмми, грустными глазами окинувший всех присутствующих перед тем, как подойти к мужской тройке.

— Эй, Сэмми… — мягко произносит Терренс, протянув руку, которую Сэмми обнюхивает, и погладив его по голове.

— Не грусти, парень! — бодро восклицает Эдвард. — У нас для тебя просто ахренительная новость!

— Да, приятель, неужели ты не замечаешь, что у нас особенный гость? — загадочно улыбается Даниэль, указав в сторону девушек. — Красавицы, к нам Сэмми пришел!

Пока Анна, Ракель и Наталия переводят на Сэмми свои слезные взгляды, Хелен отстраняется от подруг и с широко улыбается при виде своего песика. Который хоть и видит ее, но почему-то ведет себя так, словно она ему незнакома.

— Сэмми, малыш мой… — дрожащим от волнения голосом произносит Хелен и на секунду прикрывает рукой. — Хорошенький… Как же я по тебе скучала…

— Иди, Сэмми! — восклицает Даниэль, мягко похлопав Сэмми по заду. — Иди, чего ты ждешь?

— Иди ко мне, мой мальчик. Иди ко мне.

Хелен опускается на корточки и жестом подзывает Сэмми к себе.

— Ну же, давай! Ко мне, радость моя. Давай! — Хелен тихонько цокает и хлопает в ладони. — Сэмми! Сэмми!

— Сэмми, в чем дело? — недоумевает Терренс. — Ты чего не подходишь? Это же твоя хозяйка!

Все вопросительно переглядываются между собой, не понимая, почему Сэмми как вкопанный стоит на месте и без каких-либо эмоций рассматривает Хелен с видом: «Женщина, ты кто?», пока она и сама несколько обескуражена из-за такого поведения своего пса.

— Сэмми… — мягко произносит Хелен. — Сэмми, это же я, Хелен. Твоя хозяйка. Неужели ты меня забыл? Да, я немного изменилась… Но… Это все еще я. Я, малыш.