— В любом случае ты всегда можешь рассчитывать на нашу помощь.

— Я знаю… — Даниэль бросает легкую улыбку. — Спасибо, ребята.

Пока в воздухе на пару-тройку секунд воцаряется пауза, Даниэль с грустью во взгляде вспоминает то, как Анна заявила ему о расставании и влепила пощечину после того, как он поцеловал ее.

«Я сделаю все, чтобы помочь Анне… Чтобы доказать ее отцу, что я не хотел изменять ей. Я не брошу ее в беде. Если этот ублюдок хоть пальцем тронет ее, он пожалеет об этом.»

— Слушай, старик, ну ты совсем-то духом не падай, — спокойно говорит Терренс. — Я понимаю, что тяжело, но ведь из любой ситуации можно найти выход.

— Только не в моем случае, — низким голосом произносит Даниэль. — Анна не хочет ни видеть, ни слышать меня. Не вспоминает все то, что между нами было. Эта девушка думает лишь об одном – о моем поцелуе с Бланкой.

— Она злится , — объясняет Питер. — Ревнует . Будь ей плевать на тебя, Анна никак не отреагировала бы на твою выходку. Ей было бы плевать, даже если бы ты перецеловал всех девушек на своем пути.

— Вот именно! — восклицает Терренс. — Сейчас она неспособна думать трезво и анализировать ситуацию. Понять, что измена произошла не потому, что она чего-то тебе не додала, или потому, что ты не любил ее.

— Обидно, когда ты говоришь правду, а тебе не верят.

— Просто дай ей время немного успокоиться, — предлагает Эдвард. — А может, Анна будет в таком отчаянии, что забудет об обиде и попросит тебя защитить ее от того мудака. Она не будет вечно терпеть его унижения и когда-нибудь захочет выбраться из этого ада.

— Попросит или нет – мне все равно, — уверенно отвечает Даниэль. — Этот отморозок дорого заплатит за то, что посмел причинить вред этой девушке.

— Он может быть куда опаснее Уэйнрайта, — отмечает Терренс.

— По хер. Я не трус и не собираюсь прятаться. Уэйнрайт уже заплатил за то, что причинил вред моей сестре, а теперь пришло время той твари, которая издевается над Анной.

— Будем надеяться, когда-нибудь она это оценит и поблагодарит тебя, — выражает надежду Эдвард.

Даниэль ничего не говорит и лишь бросает мимолетную улыбку. После чего он на пару секунд о чем-то задумывается и вдруг задается вопросом, на который так и не получил ответа.

— Секунду, я чего-то не понял… — слегка хмурится Даниэль и подозрительно смотрит на Питера, Эдварда и Терренса. — А откуда вы вообще знайте про того мужика? Питер… Ты сказал, что узнал об этом первый .

Питер нервно сглатывает и поджимает губы, понимая, что теперь вынужден признаться в том, что он не заступился за Анну, и может навлечь на себя гнев Даниэля.

— Да… — неуверенно произносит Питер, крепко сцепив пальцы рук и бросив на них короткий взгляд. — Я узнал это первым и… Все рассказал ребятам.

— Откуда? — спрашивает Даниэль. — Откуда тебе известно, что над Анной издевался какой-то тип?

— Э-э-э…

— Ты явно чего-то недоговариваешь. Складывается впечатление, будто ты хочешь что-то от меня скрыть.

— Послушай, Даниэль…

— Отвечай на вопрос, Роуз! — раздраженно прикрикивает Даниэль и резко соскакивает с койки, пока Терренс и Эдвард напряженно переглядываются между собой. — Выкладывай все, о чем ты хочешь промолчать!

Перед тем, как что-то сказать, Питер бросает неуверенный взгляд Эдварду и Терренсу, которые уверенно кивают, как бы давая понять, что лучше рассказать правду.

— Я видел это, — тихо признается Питер, опустив взгляд на сложенные перед собой руки. — От начала до конца…

— Уже что-то, — низким голосом произносит Даниэль и скрещивает руки на груди. — Вот и рассказывай, что ты увидел.

— В тот день я был в торговом центре… — начинает тихо говорить Питер, нервно одергивая кусочек бинта на травмированной руке. — Был с Джессикой… Мы поговорили и попрощались. Я немного прогулялся по торговому центру и увидел Анну, сидящую на скамейке напротив какого-то магазина. Подошел к ней и попытался узнать, почему она не разговаривает с нами… Но так и не смог получить от нее ответ. Ну а потом к нам подошел тот самый тип. Он мне сразу не понравился, и я видел, что Анна боялась его. Когда он обнял ее, она сильно испугалась, но делала вид, что все хорошо. Но было видно, что ее улыбка была фальшивая . Этот тип представился возлюбленным Анны, а она это не отрицала. И я тогда реально охренел… Был в шоке от того, что она решила встречаться с тем мужиком, от которого так и веяло сплошным негативом. Ну а потом они с Анной попрощались со мной. Я постоял немного и пошел на парковку. И… Вскоре вновь увидел Анну с тем типом. Который показал себя во всей красе…

Питер замолкает на пару секунд, крепко сцепив пальцы рук и немного тяжело дыша.

— Он начал орать на нее. Был в бешенстве от того, что она заговорила со мной. Мол, у нее нет на то право. Анна пыталась оправдаться, но в ответ получила еще большую порцию унижений. Что она уродливая, бездарная, бестолковая… Тот тип критиковал ее за то, что она вообще родилась женщиной. Он терпеть не может девушек и женщин и не считает их за людей… В какой-то момент он со всей силы ударил Анну по лицу… Так слово за слово – и тот тип начал жестоко избивать ее… Анна умоляла его остановиться, но его это только больше злило. Он остановился лишь пару минут спустя. Ну а после этого он силой запихнул в машину и свалил с парковки.

Даниэль молча слушает все это от начала до конца, внимательно вникает в каждое слово и начинает довольно часто дышать, чувствуя, как внутри него все стремительно закипает.

— Нет слов… — низким голосом произносит Даниэль. — У меня просто нет слов…

— Это правда , Даниэль, — неуверенно подтверждает Терренс. — Тот тип избивал Анну на глазах у Питера.

— Он попросил нас собраться все вместе в тот же день и рассказал об этом, — добавляет Эдвард.

— И… — крепко сжимает руки в кулаки Даниэль. — Ты… Наблюдал ? Наблюдал за всем этим со стороны?

— Спрятался за свою машину и наблюдал. Его тачка недалеко от моей. Так что… Я мог все видеть и слышать.

— И ты ничего не сделал? Не помог Анне? Не заступился за нее? Не увел подальше от того ублюдка?

— Нет… — резко выдыхает Питер. — Я ничего не сделал… Просто стоял и смотрел…

Даниэль медленно выдыхает и прикладывает руку ко лбу, напрягая все свои мышцы и едва сдерживая желание что-то сделать с Питером.

— Ахереть… — очень низким голосом произносит Даниэль и крепко сжимает руки в кулаки, пока его дыхание заметно учащается. — Просто ахереть…

— Спокойно, Даниэль, спокойно, — пытается успокоить Эдвард. — Не нервничай. Расслабься.

— Значит… — Даниэль бросает хмурый взгляд на Питера. — Пока эта больная сука избивала мою девушку, ты, блять, стоял в сторонке и наблюдал за всем этим?

— Я испугался , — неуверенно признается Питер. — Побоялся связываться с этим ублюдком. Он мог размазать меня по стенке.

— Это не оправдание, Роуз! — холодно бросает Даниэль. — Не оправдание твоей трусости!

— Да, я трусил ! Испугался, что этот отморозок убьет меня. Он сам сказал Анне, что если бы я заступился за нее, то мне пришел бы конец. Мой труп был бы закопан где-нибудь в земле.

— Как ты мог? Как? Как мог стоять спокойно на то, что на твоих глазах избивали слабую девушку? Мою девушку!

— Нет, я был спокоен! Я просто ахренел! Это был первый случай, когда мужик избивает девушку на моих глазах. Я никогда прежде не видел ничего подобного!

— И что? — громко возмущается Даниэль, активно жестикулируя. — Надо было позволять и дальше позволять этому мудаку дубасить девушку?

— Мне очень жаль, Даниэль, — с жалостью во взгляде говорит Питер. — Да, это было очень подло с моей стороны, но я не хотел, чтобы все так закончилось.

— А ты не жалел, когда Анна страдала? Не жалел, когда бедняжка терпела все те унижения и побои?

— Во всем виновата трусость. Страх не справиться с таким опасным человеком.