— Нет, Даниэль, нет. Не настаивай. Я не буду это делать.

— Анна…

Даниэль заключает Анну в свои крепкие объятия, одаривает ее поцелуем в щеку и затылок и еще крепче прижимает к себе, нежно гладя ее по голове, пока та слегка трясется, издает тихие всхлипы и нервно водит руками по его спине.

— Ну все, тише, малышка, успокойся, пожалуйста, — шепчет Даниэль и аккуратно вытирает слезы Анны под ее глазами, которые он в какой-то момент нежно целует. — Все хорошо…

— Мне страшно… — издает тихий всхлип Анна.

— Не надо. Со мной тебе нечего бояться. Я никому не дам тебя в обиду.

— Ты не сможешь спасти меня от той собаки.

— Не бойся того песика, он очень хороший. Честное слово.

— Нет, это неправда.

— Сейчас ты сама в этом убедишься. Давай вернемся к ребятам. Они беспокоятся за тебя.

— Нет, Даниэль, не надо.

— Доверься мне. Если бы песик и правда был злой, я бы ни за что не пустил тебя к нему.

— Пожалуйста…

— Ну все, принцесса, перестань плакать. — Даниэль размыкает объятия с Анной, обеими руками гладит ей щеки и одаривает милым поцелуем в губы, пока та продолжает сильно трястись. — Пошли к ребятам. Давай-давай.

Даниэль быстро встает на ноги и помогает тихонько плачущей Анне сделать то же самое. А затем он крепко приобнимает ее и ведет к своим друзьям, которые все это время с грустью и тревогой наблюдают за происходящим между влюбленными и иногда переглядываются между собой. И как только девушка оказывается очень близко к Сэмми, спокойно сидящий между Хелен и Питером, она еще крепче прижимается к своему возлюбленному.

— Эй, подруга, ты в порядке? — проявляет беспокойство Хелен.

— Да, в порядке… — дрожащим голосом неуверенно отвечает Анна.

— Почему ты пошла туда, когда мы все были здесь? — удивляется Ракель.

— Боже, ты что, плачешь? — повнимательнее присматривается к Анне Наталия. — Анна, ты чего…

— Ничего… — тихо, произносит Анна. — Просто…

— У тебя какие-то проблемы? — спрашивает Терренс. — Ты чем-то расстроена?

— Я… — Анна бросает испуганный взгляд на Сэмми, смирно сидящий рядом с Хелен с высунутым языком. — Собака …

— Это мой песик, — слегка улыбается Хелен. — Зовут Сэмми.

— Да, подруга, погладь его, — предлагает Эдвард. — Он такой милашка!

— Нет… — качает головой Анна. — Я не могу… Я…

— Эй, в чем дело? — погладив Сэмми по голове, удивленно спрашивает Питер. — Неужели ты боишься собак, раз так испуганно смотришь на Сэмми?

— Вообще-то, да… — неуверенно отвечает Анна. — Я до смерти боюсь собак… И… Не хочу… Чтобы она была здесь…

— Господи, Анна, ты с ума сошла! — слегка улыбается Наталия. — Как можно бояться такую лапулю?

— Не могу быть уверенна… Он… Нападет на меня…

— Не бойся, Анна, этот пес очень дружелюбный, — со скромной улыбкой мягко теребя Сэмми за уши, уверенно говорит Терренс. — Даже слишком .

— Ты только посмотри в эти глаза, — с легкой улыбкой добавляет Эдвард. — Разве может такой милый пес кого-то тронуть?

— Я говорил ей то же самое, но она стоит на своем, — признается Даниэль, крепко обнимая Анну и гладя ее по голове. — Даже надумала уехать домой, лишь бы не видеть Сэмми.

— Боже мой, подруга, как ты можешь такое думать! — недоумевает Хелен. — Сэмми и мухи не посмеет обидеть. Он совершенно безобидный.

— Подружка, ну ты чего! — слегка улыбается Ракель. — Нашла чего бояться!

Сэмми негромко лает пару раз, покорно сидящий рядом со своей хозяйкой Хелен, заставляя Анну слегка вздрогнуть от страха и покрепче обнять Даниэля.

— Ты только посмотри, какой он хорошенький! — восклицает Наталия, подходит к Сэмми и чешет его за ухом, скромно усмехнувшись, когда в какой-то момент тот тычется носом в ее ладонь и обнюхивает.

— Нет! — с широко распахнутыми глазами вскрикивает Анна и начинает еще тяжелее дышать. — Не трогай! Отойди от него! Он тебя укусит! Эта собака злая и плохая!

— Перестань, милая, — с легкой улыбкой говорит Наталия и мягко треплет Сэмми за уши. — Смотри, я глажу Сэмми, а он тянется ко мне.

— Пожалуйста, ребята, отойдите от него. Я не хочу, чтобы он причинил кому-то из вас вред.

— Перестань, Анна, — уверенно произносит Эдвард.

— Сэмми сумел покорить сердце даже такой заядлой кошатницы, как я, — добавляет Наталия. — Ты ведь прекрасно знаешь о моей сумасшедшей любви к кошкам.

— Он нападает на меня… — шмыгает носом Анна.

— О чем ты говоришь, Сеймур? — с округленными глазами удивляется Хелен. — Сэмми и мухи не обидит! Он может напасть на тебя только лишь от радости. Например, когда я долго не вижу его, мой мальчик всегда бурно встречает меня, вставая на задние лапы, вытягиваясь во весь рост и пытаясь облизать мое лицо.

— Я подтверждаю ! — восклицает Питер. — Я не знаю пса добрее, чем Сэмми.

— Этого не может быть… — резко качает головой Анна.

— Боже, Анна, почему ты так боишься Сэмми? — недоумевает Ракель.

— Не только его… Я боюсь собак .

— Но почему? — удивляется Питер.

Анна несколько секунд молчит и испуганно смотрит по сторонам, а потом скрещивает руки на груди, пока Даниэль все еще прижимает ее к себе.

— На меня напала собака, когда я была маленькая, — неуверенно признается Анна. — Большая черная…

— Напала собака? — округляет глаза Эдвард.

— Да… Она вцепилась мне в руку так сильно, что я кричала как резаная… — Анна демонстрирует всем свой небольшой шрам на передней части запястья правой руки. — Вот даже шрам остался…

— Господи… — с ужасом в глазах качает головой Наталия.

— Но почему? — недоумевает Даниэль. — Почему та собака напала на тебя?

— Понятия не имею, — пожимает плечами Анна. — Я ничего не сделала, чтобы спровоцировать. Просто захотела погладить…

— Ты была одна в тот момент? — спрашивает Терренс.

— Нет, я куда-то ходила с папой… В какой-то момент он на что-то отвлекся, а я увидела ту собаку и пошла к ней. Ну и… — Анна тихо шмыгает носом. — Он сначала громко рычал и скалился… А стоило мне потянуть к нему руку, как тот пес вцепился в нее зубами. И… Та собака начала таскать меня из стороны в сторону…

— Ничего себе… — ужасается Питер.

— Ты никогда не говорила об этом, — отмечает Ракель.

— Тогда отцу и еще какому-то человеку с трудом удалось оттащить этого пса от меня, — со слезами на глазах тихо рассказывает Анна. — Не знаю, кто это был… Папа просто попросил его помочь… Ну а у меня после этого вся рука кровоточила… Боли я не чувствовала, ибо была глубоко шокирована. Могла лишь безутешно рыдать и прижиматься к папе. Пока он вез меня в больницу, чтобы убедиться в том, что с моей рукой ничего не случилось. И слава богу, все было хорошо. Не считая глубокого шрама от острых зубов.

— Хочешь сказать, что с тех пор ты и боишься собак? — заключает Хелен.

— Да… — Анна тяжело вздыхает. — Мне до сих пор страшно находиться рядом даже с маленькой собакой… Все время вспоминаю тот случай… И даже помню, как мама сильно ругала папу за то, что он не уследил за мной. Да и от бабушек с дедушек ему досталось… Мол, он чуть ребенка не угробил… И должен благодарить Бога за то, что я легко отделалась.

— Анна, дорогая… — с жалостью во взгляде произносит Наталия.

С этими словами Наталия подходит к Анне и на пару секунд заключает ее в крепкие объятия, затем к ней подходят и Ракель с Хелен, а после еще и Эдвардом с Питером и Терренсом подтягиваются.

— Теперь вы понимайте, почему я так боюсь? — неуверенно спрашивает Анна. — Почему не могу быть с вами…

— Конечно, понимаем, — мягко отвечает Ракель. — Но ты не должна бояться именно Сэмми.

— Он плохой…

— Нет, Анна, Сэмми не такой злой, как та собака, — спокойно говорит Терренс и гладит рядом находящегося Сэмми по голове, который с удовольствием тянется к нему. — Смотри, он сам тянется ко мне, когда я его глажу.