— Осужденный Юджин Уэйнрайт, вам понятен приговор суда? — спокойно интересуется Дезмонд.
— Куда ж еще понятнее-то… — с закатанными глазами хмыкает Юджин.
— Садитесь.
Юджин присаживается на свое место и бросает еще более хмурый взгляд на Нельсона, нервно перебирающий пальцы рук, сложенных перед ним на столе.
— Присутствующие в зале, вам всем понятен приговор суда? — интересуется Дезмонд.
— Да, Ваша Честь, — раздается по всем залу.
— Суд благодарит всех, кто участвовал в этом процессе. Я объявляю это дело закрытым.
Дезмонд берет молоток судьи и ударяет им по специальной поверхности. После чего по всему залу раздаются радостные возгласы и аплодисменты, говорящие о том, что они приветствуют данное решение суда. Наталия встает со своего места с прикрытым обеими руками ртом и мокрыми от слез глазами, смотря куда-то в одну точку. Она не успевает понять, как Эдвард заключает ее в свои крепкие, трогательные объятия, которые та принимает с большим удовольствием, закинув руки ему на шею, в изгиб которой девушка прячет свое лицо, и издав еще несколько всхлипов. Видя, как его возлюбленная трясется от перенапряжения, мужчина мягко гладит ее по спине и голове с надеждой, что это поможет ей расслабиться. В этот момент обнимаются Летиция и Энтони, отвечают на объятия Ребекки и Джейми и принимают теплые слова тех, кто сидит поблизости. А как только Наталия отстраняется от Эдварда, она принимает объятия Ракель и Терренса и всех, кто подходит к ней, чтобы успокоить и напомнить, что все закончилось, и от всей души благодарит Герберта, который блестяще выполнил свою работу.
Пока все поздравляют девушку и выражают свою радость, Юджин бросает свой испепеляющий, дикий взгляд на слегка побледневшего Нельсона, которого он буквально собирается убить, сжимая свои огромные руки в кулаки и напрягая каждый мускул своего тела.
— Ну ты и сволочь, Родригес, — сквозь зубы шипит Юджин. — У тебя, блять, совсем мозгов нет? Не мог вытащить меня из тюрьмы?
— Извините, мистер Уэйнрайт, но доказательств вашей вины было предостаточно, — разводит руками Нельсон. — Эта девчонка и адвокат Торрес неплохо подстраховались и сумели доказать, что вы пытались изнасиловать ее.
— СУКА! ТЫ ЗАВАЛИЛ УЖЕ ВТОРОЕ ДЕЛО! САМ ЖЕ СКАЗАЛ, ЧТО ЭРИКА ПРИЗНАЛИ ВИНОВНЫМ, А ЭТОГО УБЛЮДКА ЭДВАРДА – НЕВИНОВНЫМ!
— В том случае все тоже было очевидно. И отпечатки пальцев, и результаты анализа ДНК.
— ТЫ ДОЛЖЕН БЫЛ ЧТО-ТО СДЕЛАТЬ! — Юджин резко бьет кулаком по столу. — ЕСЛИ ТЫ ЕЩЕ ДЕЛО МАЙКЛА ЗАВАЛИШЬ, ТАК КАКОГО ХЕРА ТЕБЯ ВООБЩЕ ПОТЯНУЛО В АДВОКАТСКУЮ ПРОФЕССИЮ? КОГО ОН НАМ, БЛЯТЬ, НАШЕЛ?
— Если бы у нас был шанс, я бы вытащил всех вас. Но здесь все против вас. Шансов у мистера МакКлайфа и всех остальных тоже очень мало. Его осудят с вероятностью девяносто девять процентов. А вам и мистеру Брауну добавят еще несколько лет.
— Безмозглый мудак! — шипит Юджин. — Ничего не можешь сделать! Будь этот мелкий щенок МакКлайф нашим подзащитным, он бы сделал КУДА больше, чем ты, дурень!
Судья Дезмонд жестом дает полицейским понять, что можно уводить с собой Юджина. Они тут же подходят к осужденному и берут его под руки, чтобы увести из зала, пока он поливает грязью Нельсона, который и сам не рад, что провалил уже два дела. Но стоит им только поднять его со стула и пройти с ним некоторое расстояние, как он с негромким рыком вырывается из хватки полицейских и отходит в сторону, но очень быстро оказывается пойманным ими. Тогда Уэйнрайт делает это с еще большим усилием и, пользуясь тем, что никто не замечает этого, подлетает к Наталии и грубо вцепляется в ее волосы.
— А-А-А-А! — во весь голос вскрикивает Наталия. — НЕ НАДО! МНЕ БОЛЬНО!
Истошный крик привлекает внимание всех ее друзей, близких и знакомых, а полицейские реагируют в тут же секунду, все вместе пытаясь оттащить взбешенного преступника от ошарашенной девушки, явно не ожидавшая, что подобное могло случиться. Ей на помощь приходит и Эдвард, пока девушки и женщины отходят на безопасное расстояние и со слезами на широко распахнутых глазах наблюдают за происходящим, а мужчины собираются в небольшие компании: к Терренсу подходят Питер с Даниэлем, Энтони, Джейми и Фредерик стоят вместе, а Кристофер, Кевин и Бенджамин собираются в одну кучу и встают недалеко от МакКлайфа-старшего и его друзей.
— ДУРА! — вопит Юджин, мертвой хваткой вцепившись в волосы кричащей во все горло Наталии. — Глупая крашеная курица! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ! Я УБЬЮ ТЕБЯ, МЕРЗАВКА, УБЬЮ!
— Отпустите девушку, осужденный! — требует один из полицейских, вместе со своими коллегами пытаясь оттащить Юджина от Наталии. — Отпустите ее! А иначе мы будем вынуждены принять меры.
— ДА ПОШЕЛ ТЫ К ЧЕРТУ!
Юджин резко разворачивается и кулаком врезает по лицу одного полицейского, сталкивает еще двоих лбами и со всей силы бьет четвертого прямо в пах. Он бы врезал и Эдварду, но тот реагирует сразу же после того, как преступник сжимает руку в кулак, которую он приподнимает в тот момент, когда она оказывается в нескольких сантиметрах от его щеки, резко опускает ее вниз и сам врезает ему кулаком в челюсть, заставив его потерять равновесие и свалиться на пол.
— Только пальцем ее тронь, ублюдок, а иначе я за себя не отвечаю, — угрожая Юджину пальцем, низким голосом уверенно заявляет Эдвард. — И мне по хер, что со мной сделают за нарушение порядка.
— Уйди с дороги, отморозок! — грубо бросает Юджин, резко поднявшись на ноги, и грубо отталкивает Эдварда в сторону. — Не с тобой разговариваю!
Никто не успевает понять, как Юджин снова вцепляется Наталии в волосы и залупляет ей сильную пощечину, после которой она громко вскрикивает от боли и ужаса.
— Поганая шлюха, — сквозь зубы цедит Юджин. — Надо было грохнуть тебя еще в тот день. Если я знал, что у тебя такой длинный язык, и ты осмелишься заявить на меня в полицию, то с удовольствием прикончил тебя, а твой труп отдал бы собакам на растерзание. Не надейся, что я буду сожалеть. НИКОГДА, ПОТАСКУХА!
— НЕТ, НЕ НАДО! — истошно кричит Наталия.
— Очень жаль, что я не догадался распространить все эти фотографии по Интернету и дать всем понять, что ты – мерзкая шлюха, которую никто и даром не заберет.
Эдвард пытается убрать руки Юджина от волос сильно дрожащей и безутешно плачущей Наталии. Но поскольку его хватка слишком мертвая, мужчина просто со всей силы врезает коленом прямо по паху Уэйнрайта и кулаком бьет его по спине, когда тот сгибается от боли в нижней части живота. А когда МакКлайф-младший грубо хватает обидчика его возлюбленной за шиворот, он смотрит на Терренса и взглядом просит его увести девушку на безопасное расстояние. Тот сразу его понимает, приобнимает плачущую девушку и отводит ее подальше от опасного человека, который с рыком пытается вырваться из хватки младшего из братьев МакКлайф.
— Все хорошо, дорогая, все хорошо, — тихим, мягким голосом пытается успокоить Терренс, нежно гладя Наталию по голове и крепко обнимая ее.
— Не плачь, дочка, не плачь, — мягко говорит Энтони, погладив издающую всхлипы Наталию по голове и обняв ее, когда Терренс отстраняется от нее. — Мы не дадим тебя в обиду. Все хорошо, радость моя, твой папа рядом.
— Не рыпайся, сука! — сквозь зубы цедит Эдвард, свободной рукой вцепившись Юджину в волосы. — Была бы моя воля, я бы вырвал из тебя все органы! Тюрьма – это слишком мягкое наказание для такого больного ублюдка, как ты!
— Заткнись, щенок ты недоразвитый, — презренно хмыкает Юджин. — Иди лучше за мамину юбку спрячься! Поплачь немного! Ты же только это и умеешь делать, сопляк.
— Ошибаешься, Уэйнрайт. — Эдвард уставляет свой презренный, надменный взгляд на Юджина. — За эти несколько месяцев многое изменилось. В том числе и я. Я изменился. И уже никогда не буду тем Эдвардом МакКлайфом, которого ты знал. Неизменным осталось немногое. Например, мое желание защищать тех, кого я люблю. И на этот раз я буду делать это еще жестче. Не жалея всяких мразей, вроде тебя.
