— Боже мой, мне нравится мне все это… — взволнованно говорит Ракель и достает из кармана на своих джинсах мобильный телефон. — Очень не нравится… Вы сильно рискуйте, решая ехать туда совсем одни.

Ракель снимает блокировку с телефона и начинает набирать сообщение Дарвину, делая это так, чтобы Терренс и Эдвард не заметили, с кем она связывается, и что хочет кому-то отправить.

— Мы понимаем, что это может быть рискованно, — спокойно говорит Терренс. — И знаем, что нам нужно было обратиться за помощью в полицию. Мы не успели сделать это. И раз так, то будем рассчитывать лишь на свои силы.

— Я знаю, но… — все еще набирая сообщение, с грустью во взгляде отвечает Ракель и отрывает взгляд от своего телефона. — Мне все равно неспокойно. У меня какое-то нехорошее предчувствие, понимайте… Приезд в дом Майкла еще не даст гарантии, что это точно спасет Наталию.

— Послушай, Ракель, мы с Терренсом знаем, что от дяди можно ожидать чего угодно, — мягко говорит Эдвард. — Но пойми, нам нужно пойти на это. Ради Наталии. Она находится в большой опасности, и мы должны спасти ее. Мы ждали слишком долго и не можем сдаться сейчас, когда этот человек наконец-то объявился.

— Ты ничего не понимаешь, Эдвард… — тяжело вздыхает Ракель и продолжает набирать сообщение на телефоне. — Я боюсь не только за нее, но и за вас двоих. Если Майкл так сильно ненавидит вас и мечтает покончить с вами, то вам стоит быть очень осторожными с этим человеком и хорошенько думать, прежде чем выполнять его приказы. К тому же, не забывайте, что он хочет убить всех нас и в любой момент может приказать своим людям сделать это. А уж у себя дома он может сделать это без всякого шума. Никто и не догадается, что произошло, если мы все окажемся там.

— Однако мы должны рискнуть, — уверенно отвечает Терренс. — Не волнуйся, в случае опасности мы не сдадимся и сможем постоять за себя. Как сказал Эдвард, будем бороться жестче, чем когда-либо. Уж Наталию мы точно заберем из того дома. Эта девушка не должна пострадать из-за того, что у этого отморозка крыша поехала.

— Мне страшно, понимайте. Я не могу отделаться от чувства, что эта поездка может стать для вас роковой . Уж ты прекрасно это знаешь: если у меня появляется предчувствие, то вскоре обязательно что-нибудь случается.

— Я знаю, Ракель, но мы не можем прятаться, как мышки, и ждать, когда все само решится, — спокойно отвечает Терренс. — Если мы хотим, чтобы этот подонок оставил нас в покое и освободил Наталию, то надо выходить из укрытия и бороться. Нам не на кого рассчитывать. Только на самих себя.

— Ох, Терренс… — устало вздыхает Ракель и проводит рукой по лицу. — Какой же ты наивный… Неужели ты не понимаешь, что Майкл специально может зазвать вас к себе домой, чтобы сделать с вами все что угодно? Проснись, МакКлайф! Ты не сможешь приехать туда, попросить привести Наталию и увести ее.

— Я же сказал, что мы заберем ее любой ценой. Нас ничто не остановит.

— Неспроста же произошло столько всего! Сначала письма, потом нападения и преследования… Майклу может прийти в голову все что угодно! Он же действительно больной на голову! Ему надо лечиться!

Ракель заканчивает набирать сообщение для Дарвина, быстро перечитывает его и отсылает своему другу. Девушка не замечает, что Эдвард невольно бросает взгляд на нее, видит, как она набирает какой-то текст в телефоне, и слегка хмурится. Может, у него и появляются какие-то подозрения, но он ничего не говорит и оправдывает это тем, что Кэмерон просто пишет кому-то из своих друзей или коллег по работе.

«Привет, Дарвин, это Ракель Кэмерон. У меня наконец-то появились новости для тебя и мистера Джонсона. Терренс и Эдвард только рассказали мне, что Майкл объявился и попросил их обоих приехать к нему домой ровно к шести часам вечера. Похоже, друг Джейми был абсолютно прав: этот тип действительно хочет загнать их ловушку, чтобы оставить меня без поддержки. Парни не успеют вернуться и защитить меня… Мне очень страшно, и я не знаю, чего ожидать…»

— Он пытался запугивать нас, — спокойно отвечает Терренс. — Чтобы мы даже не вздумали рыпаться.

— Это было лишь началом, — говорит Ракель и убирает свой телефон в карман на своих светло-голубых джинсах. — А следующий его шаг – это чье-то убийство. Майкл не будет играть с нами до конца своих дней и однажды точно захочет грохнуть по одному или всех сразу.

— Боже, Кэмерон, откуда у тебя такие предположения? — округляет глаза Терренс. — Неужели ты думаешь, что Майкл специально приказал нам приехать к нему, чтобы грохнуть нас и Наталию у себя дома и избавиться ото всех улик?

— Я не удивлюсь, если оно так и будет. А поскольку вы оба – его главные враги, то Майкл начнет именно с вас. После вас возьмутся уже за меня! За вашу мать! И за Наталию! Возьмется за нас, когда нас уже будет некому защитить.

— Мы знаем, Ракель, — немного неуверенно говорит Эдвард. — Но возможно, он захочет еще немного подождать. Этот старый хрыч может долго тянуть кота за хвост и наслаждаться моментами, когда мы мучимся и не знаем, когда можем умереть.

— Господи, Эдвард, ну а ты с каких пор стал таким наивным? — возмущается Ракель, проведя рукой по лицу. — Такое чувство, что ты будто не понимаешь, для чего твой дядя пригласил не только тебя, но еще и Терренса.

— Я понимаю. Прекрасно понимаю.

— Черт, да проснитесь вы оба, черт возьми! Неужели вы считайте, что Майкл просто так позволит вам забрать Наталию? Да ничего подобного! Он даже ничего не потребовал взамен на ее свободу: ни денег, ни чего-либо еще. Возможность увидеть мою подругу – всего лишь прикрытие. Причина заставить вас приехать туда!

— Сейчас наша главная цель – забрать Наталию из дома дядя, — уверенно отвечает Эдвард. — Мы ждали его звонка целых четыре дня, чтобы понять, как помочь ей.

— Я знаю.

— Не переживай, Ракель, все будет хорошо, — мягко уверяет Терренс. — Даже если Майкл захочет навредить нам или твоей подруге, то мы будем защищаться от него и его людишек. Пусть этот старый болван не думает, что мы так просто сдадимся и позволим им покончить с нами. Не на тех напали!

— Пожалуйста, ребята, не отправляйтесь в дом Майкла вдвоем! — с жалостью во взгляде умоляет Ракель. — Прошу вас, Терренс, Эдвард, откажитесь от этой затеи! Я чувствую, что это закончится чем-то нехорошим.

— Что? — широко распахивает глаза Эдвард. — Ракель, что ты такое говоришь? Разве ты не хочешь, чтобы Наталия была на свободе? Ты хочешь, чтобы она погибла по вине этого больного ублюдка? Лично я не позволю этому случится и в любом случае поеду в дом дяди и заберу ее оттуда! Даже если мне придется проявить силу, я все равно уйду вместе с этой девушкой!

— Да, я мечтаю о том, чтобы она была свободна… — неуверенно отвечает Ракель, слегка прикусив губу и едва сдерживая желание выпалить правду про ловушку для Эдварда и Терренса и планах Майкла на всех МакКлайфов. — Но…

— Что « но »? Ты ведешь себя так, будто не хочешь, чтобы мы спасли твою подругу! Сама же плакала и переживала, что дядя может сделать с ней все что угодно! Но сейчас ты просишь нас с Терренсом не ехать. Как это понимать, Ракель? Я не понимаю тебя!

— Пожалуйста, не делайте этого… — дрожащим голосом умоляет Ракель, с жалостью во взгляде смотря на Эдварда и Терренса. — Это будет вашим концом…

— Но, Ракель…

— Ракель, ну-ка давай отойдем в сторону на пару секунд, — уверенно говорит Терренс, сильно нахмурившись. — Давай-давай, поднимайся.

Терренс встает с дивана, берет Ракель под локоть, поднимает ее с дивана и отводит в сторону, чтобы разобраться в странном поведении девушки, которого его смущает. Эдвард же провожает их вопросительным взглядом и погружается в свои не самые лучшие размышления, согнувшись пополам и начав сильно нервничать из-за предстоящей встречи, на которой, как он считает, Майкл действительно может убить обоих парней.

— В чем дело, Кэмерон? — недоумевает Терренс. — Что с тобой происходит? Почему ты ведешь себя так странно и настаиваешь на том, чтобы мы не ехали? Неужели ты и правда не хочешь видеть свою подругу живой?