— Вот и хорошо. Пока что ни один из вас не имеет права приближаться к ней. — Майкл ехидно усмехается. — Не хватало, чтобы эту девчонку хватил удар до того, как мои племянники приедут сюда. А то ее душенька нежная, может не выдержать таких потрясений.

— Я понял вас, мой господин. Не беспокойтесь. С ней ничего не случится, клянусь своей жизнью и своей головой.

— Хорошо, — с легкой улыбкой кивает Майкл. — Я рад, что ты такой понимающий и не споришь со мной. Мне безумно нравятся люди, которые подчиняются моим приказам без всяких возражений.

— Стараюсь сделать все, чтобы удовлетворить вас, — вежливо говорит Эрик.

— Мне это приятно . — Майкл выпивает немного вина из своего бокала. — Ладно, можешь пока быть свободен и заняться своими делами. Оставь коробку с оружием здесь. Я хочу лично оберегать это сокровище.

— Хорошо. С вашего позволения.

Эрик уходит из кабинета, закрыв за собой дверь. Майкл же допивает остатки вина, ставит пустой бокал на стол, берет в руки пистолет и снова начинает рассматривать его. Немного погодя мужчина заглядывает внутрь черной бархатистой коробки и находит несколько патронов, аккуратно лежащих на небольшой подушечке. Он осматривает их все и, убедившись в том, что у него есть все необходимое, кладет оружие обратно в коробку и накрывает ее крышкой. После чего Майкл гордой походкой с высоко поднятой головой подходит к окну и со злорадной улыбкой начинает смотреть за тем, как четверо охранников, среди которых есть Эндрю с Отто, наматывают круги и обсуждают то, что заставляет их громко смеяться.

— Назад пути нет, моя месть свершится уже сегодня, — уверенно говорит Майкл. — Сегодня вы ответите мне за все, мои дорогие Эдвард и Терренс. Как и блондиночка Наталия и брюнеточка Ракель. И ваша мать, которая очень скоро отправится к своему муженьку и сыночкам на небеса. У меня все уже готово для того, чтобы как следует повеселиться сегодня вечером. Осталось лишь дождаться приезда этих двух паразитов.

Майкл широко улыбается и качает головой, скрестив руки на груди.

— Ах, Джейми, Джейми, какой же ты был наивный и глупый… И какого черта все твердили, что ты такой умный и одаренный? Как человек без мозгов может чего-то добиться, если обвести его вокруг пальца ничего не стоит? Ты, дебил, думал, что я изменюсь и стану добрее. Забуду о мести и буду любить своего младшего братика, как всегда хотели мамочка с папочкой. Они постоянно говорили мне, что я обязан любить младшенького братика. Должен заступаться за него, подтирать ему сопли и уступать ему во всем. А мне оно на хер не нужно было! Я никогда не хотел иметь ни братьев, ни сестер и никому не собирался быть нянькой. Какого черта родители решились на еще одного ребенка? Как будто я умолял их подарить мне братика или сестренку!

Майкл злостно усмехается.

— Да, брат, ты не на того напал! — с гордо поднятой головой восклицает Майкл. — И за всю свою жизнь так и не понял, что я никогда бы не стал любить тебя. И дружить с человеком, который лишил меня всего, что досталось тебе одному. И я не успокоюсь, пока моя месть не свершится. Я никогда не откажусь от своих желаний и доведу дело до конца. Очень скоро твои сыновья и любимая женщина и две прекрасные девушки составят тебе компанию где-нибудь на небесах. Ваши тела будут гнить в сырой земле, а у каждого из вас будет своя могила. А я буду продолжать жить и сделаю все, чтобы стать еще успешнее. Чтобы мое имя прогремело на весь мир. Чтобы меня включили в список самых богатых и успешных людей не только в этой стране, но и во всем мире. Может быть, я даже смогу стать политиком и буду инициатором многих законов, которые изменят жизни всех людей в этой стране. Вот увидите, дорогие родственнички, я добьюсь столького, сколько вы сами не смогли добиться за свою короткую жизнь. Впрочем, никто из вас уже не увидит моих успехов.

Майкл еще несколько секунд стоит возле окна, наполняет свой бокал небольшим количеством вина и продолжает медленно попивать его. Он даже и думать не хочет о том, что что-то может помешать его планам, и уверен в том, что у него все получится. Мужчина наслаждается каждой секундой, которая все больше приближает его к моменту, когда осуществятся все его мечты.

***

Время около половины четвертого дня. Эдварду и Терренсу быстро удалось добраться до дома последнего, чтобы рассказать Ракель о том, что Майкл назначил им встречу. И девушка понимает, что Виктор был прав: для парней действительно уготовлена ловушка. И даже если она и договорилась с Дарвином и Виктором о помощи, это не значит, что все закончится хорошо.

— Что? — приходит в ужас Ракель, резко соскакивает с дивана и уставляет на Эдварда с Терренсом, стоящих возле нее, ошарашенный взгляд. — Майкл хочет видеть вас у себя дома?

— Да, в шесть часов вечера мы должны быть у него дома, — спокойно отвечает Эдвард. — И к сожалению, у нас нет выбора. Мы должны ехать.

— Это его условие для освобождения Наталию?

— Про ее освобождение он не сказал ни слова, — отмечает Терренс, держа руки скрещенными на груди. — Майкл сказал, что всего лишь позволит Эдварду увидеть Наталию, но для этого ему нужно явиться со мной к нему домой.

— И ты собрался ехать туда вместе с ним?

— У меня нет выбора, — пожимает плечами Терренс. — Он сам сказал, что я не смогу вечно бегать и скрываться от него. Лучше разобраться с ним сейчас, чем откладывать это на потом.

— Но зачем он попросил приехать еще и тебя? — изображает непонимание Ракель, округлив глаза. — Что Майклу от тебя нужно?

— Понятия не имею. Но этот тип ясно дал понять: или я приезжаю к нему добровольно, или кто-то из его людишек притащит меня к нему насильно. — Терренс тихонько хмыкает. — И по разговору видно, что это – та еще падла. Тебе надо было слышать, как грубо он разговаривал с Эдвардом. И как оскорблял меня… Хотя мы с ним вообще не знакомы!

— Нет… — качает головой Ракель, все больше начинает нервничать. — Нет, это опасно … Я чувствую, что все это не кончится добром.

— Мы все прекрасно понимаем, — с грустью во взгляде отвечает Эдвард, расставив руки в бока. — Но надо покончить с этой историей и забрать твою подругу. Она уже четвертый день торчит в том доме вместе со всеми этими психами, которые могут сделать с ней все что угодно. Я боюсь даже представить, как она будет выглядеть, когда мы увидим ее.

— О боже… — Ракель прикладывает руку ко лбу, все больше опасаясь того, что ее самые худшие опасения и предупреждения Виктора подтверждаются и начав дышать намного чаще из-за волнения и напряжения, что овладевают ее телом. — А если он что-нибудь сделает с вами? Вы не думали, что все это неспроста?

— Если это его условие освобождения Наталии, то мы обязаны поехать туда, — уверенно заявляет Эдвард и присаживается на диван, слегка сгорбившись и начав нервно потирать руки. — Мы заберем ее оттуда любой ценой и будем защищать ее и самих себя жестче, чем когда-либо.

— Не беспокойся, мы сделаем все, чтобы спасти твою подругу, — обещает Терренс, присев на другой диван. — Она больше не останется в том доме в окружении Майкла и всей его шайки, среди которых есть и Уэйнрайт.

— Боже, мне даже подумать страшно о том, что она находится там же, где и это чудовище, — тяжело вздыхает Ракель и присаживается на третий диван. — Что они там делали с ней все эти четыре дня? Сможет ли она пережить этот кошмар? Эта девушка такая ранимая и впечатлительная. Мне страшно за нее.

— Согласен, ей будет тяжело забыть все, что с ней произошло, — с грустью во взгляде говорит Эдвард. — Но чем скорее мы спасем ее, тем быстрее Наталия сможет прийти в себя.

— Возможно, мы сможем убедить Майкла оставить нас всех в покое, — добавляет Терренс. — Если он захочет увидеть наши подписи на бумагах об отказе от наследства, то мы с удовольствием это сделаем. Пусть подавится всем! Лишь бы он оставил нас в покое!

— Именно! Мы даже думать не станем и подпишем все, что он нам даст. Пошел он к черту с этими деньгами! Не это сейчас важно.