— Я и так много думаю о своей свадьбе, — с легкой улыбкой отвечает Ракель. — Но я также никогда не забываю о своих друзьях и стараюсь помогать им в трудных ситуациях.

— Я знаю, что ты очень добрый человек и всегда помогаешь своим друзьям, — дружелюбно говорит Стивен. — Но, пожалуйста, не переживай за меня. Я постараюсь найти силы, взять себя в руки, и продолжать жить. Расставание – это, конечно, очень неприятно, но не такая уж огромная трагедия.

— Это не так просто, как ты думаешь, Стив. Поверь, я тоже думала, что справлюсь с чувствами к Терренсу. Но ничего не смогла сделать и изменить то, что нельзя, было не в моей власти. Я поняла, что все-таки люблю этого человека и не хочу его терять.

— Тебе повезло, что твой жених любит тебя и готов на все, чтобы ты была счастлива. Кто бы что ни говорил про Терренса, он отличный парень.

— Поверь, тебе тоже однажды повезет, — с легкой улыбкой отвечает Ракель. — Не Деланси, так кто-то другой. Ты еще встретишь свою любовь.

— Большое спасибо, Ракель, — скромно улыбается Стивен. — Спасибо за то, что ты всегда рядом со своими друзьями и готова им помочь любым способом. Лично я очень ценю дружбу с тобой и никогда не забуду о том, что ты для меня делаешь.

Ракель ничего не говорит и слегка улыбается. А через пару секунд она оказывается в дружеских объятиях Стивена, которые происходят по его инициативе. От объятий мужчине становится чуточку легче, но не настолько, чтобы забыть о своей боли, которую он испытывает на данный момент. А немного погодя девушка отстраняется и него и слегка улыбается.

— Если тебе захочется поговорить или поделиться чем-то сокровенным, то я всегда готова тебя выслушать, — мягко говорит Ракель.

— Да, конечно, спасибо, — с натянутой улыбкой отвечает Стивен и задумывается на пару секунд, поглаживая свой подбородок. — Прости, мне нужно идти. Много дел.

Стивен быстро куда-то уходит, оставив Ракель наедине с ее мыслями, пока она грустным взглядом смотрит ему вслед и на несколько секунд о чем-то призадумывается. Но потом она понимает, что очень скоро у нее состоится интервью. Несмотря на немного подавленное настроение, которым ее только что « заразил » Стивен, Ракель быстро берет себя в руки и отправляется туда, где ее готовили к фотосессии, также собираясь дать несколько поручений своей ассистентке, что сопровождает ее на все съемки и делает все, что от нее требуется.

***

Время обеда уже давно прошло. « Five Seconds Records » – одна из самых крупных и известных звукозаписывающих студий в Нью-Йорке. Здесь находится много людей, которые куда-то ходят и что-то делают. Где-то проходит запись песен, где-то какие-то исполнители просто распеваются, а где-то проводят свое время за написанием новых песен для альбомов или играют на инструментах как для себя, так и пытаясь сочинить музыку к своим песням.

Терренс сейчас находится в студии вместе с Даниэлем Перкинсом, высоким, чуть ниже, чем он, мужчиной с волосами оттенка темный шоколад и пронзительным карими глазами, которые всегда легко сводили девушек с ума. Он – бас-гитарист группы « Against The System ». Они сейчас бы с радостью занялись написанием новых песен. Но так как их барабанщик Питер Роуз до сих пор не приехал в студию, то парням не остается ничего, кроме как наигрывать какие-то песни на гитарах. Сейчас они исполняют песню одной из своих самых любимых групп. Конечно, эту песню на акустических гитарах хорошо не сыграешь, так как она лучше звучит, когда присутствуют электрогитары и ударные. Но поскольку барабанщика сейчас нет, то остается только напевать песни, играя на двух акустических гитарах.

А закончив играть песню до конца, Терренс и Даниэль решают сделать небольшой перерыв и откладывают свои гитары в сторону.

— Потрясающая песня! — удобно устроившись на небольшом мягком диванчике, который стоит в студии, бодро восклицает Даниэль. — Она является одной из моих самых любимых. Я могу постоянно играть и напевать ее.

— Согласен! — сидя на крутящемся стуле возле микшерного пульта, воодушевленно соглашается Терренс. — Правда, она лучше звучит, когда мы исполняем ее с электрогитарами и ударными. Акустическая версия не такая крутая, как рок-версия.

— А ты скажи это нашему барабанщику, который шляется неизвестно где! — хмуро бросает Даниэль, скрестив руки на груди.

— Да уж, парень стал что-то слишком часто ходить по клубам стал и вести себя как-то странно, — слегка хмурится Терренс. — Мне кажется, что его спасать пора, а иначе нам придется искать нового барабанщика.

— Черт, да проще нового найти, чем добиться чего-то от этого! Меня все больше начинает бесить его безответственность!

— Интересно, почему он вообще так часто стал ходить в клубы и напиваться там до такого состояния, что потом стонет от того, насколько ему плохо? Ни с того, ни с сего!

— Да хер его знает! — Даниэль недовольно хмыкает. — Но клянусь, если он еще раз захочет пойти в клуб, то я как можно крепче привяжу его к стулу, чтобы он никуда не смог сбежать. Нам надо песни писать и записывать, а этот придурок где-то шляется и срывает нам все планы.

— Остынь, Дэн, прошу тебя! — сдержанно просит Терренс, похлопав Даниэля по плечу. — Если Питер написал больше песен, чем мы с тобой, это не значит, что мы хуже, чем он. Нам тоже удается писать очень даже неплохие песни, должен сказать.

— Да, но дело не только в этом! Этот человек стал наплевательски относиться ко всему, что мы делаем. Каждый раз он ищет какие-то отмазки, чтобы не работать и снова поехать в какой-нибудь клуб и нажираться. Да наверняка он там еще с девками какими-нибудь трахается по пьяни.

— Тебе не кажется, что ты относишься к нему слишком уж жестоко? Может, на него наоборот не надо давить, чтобы он понял, что это неправильно?

— Не надо давить? — удивляется Даниэль. — Да я готов прибить его за то, что он срывает нам все чертовы планы!

— Мне тоже неприятно, что Питер стал так себя вести. Но пойми, агрессией мы ничего от него не добьемся. Будь ты помягче к нему и перестань так сильно давить.

— Хм, я лучше со всей силы огрею его палкой по башке… Может, его мозги встанут на место, и он поймет, каким мудаком стал в последнее время.

— Это неправильно, Даниэль. Знаю, ситуация неприятная, и наши планы под угрозой срыва. Но мы должны оставаться спокойными.

— Раньше нам хотя бы помогал Эдвард, а сейчас он будто сквозь землю провалился… — Даниэль откидывается на спинку дивана и запускает руку в свои волосы. — Что с ним произошло?

— Он говорил, что у него есть какие-то неотложные дела, — пожимает плечами Терренс. — Эдвард стал слишком занятым в последнее время и практически с нами не общался.

— О, а ты давно разговаривал с ним в последний раз?

— Давно. С тех пор как мы вернулись из турне с Лиамом, Заком, Бредом и Нейтом, я еще ни разу не общался с ним. В последний раз мы говорили незадолго от отъезда.

— А кто-то еще общался с ним? Ракель? Твоя мать?

— Нет, они тоже не общались с ним все это время. И я как-то написал Эдварду парочку SMS на мобильный, но он так и не ответил мне.

— Интересно… — слегка хмурится Даниэль. — А ты как сам думаешь, куда он мог пропасть?

— Я, конечно, не интересовался, куда он пропал, и считаю, что это его дело. Но сейчас мне хотелось бы это узнать. Потому что как-то странно все это… Куда-то пропал, никому ничего не говорит…

— А ты у его подружки Наталии спроси. Может, она что тебе и расскажет про нашу пропажу.

— Не думаю, что она что-то знает. — Терренс слегка хмурится и проводит рукой по своим волосам. — Насколько мне известно, Наталия сейчас находится в Мехико со своими родителями. Там живет ее бабушка, которая болеет раком. Ну а Рочестеры сейчас заботятся о ней. Но Ракель вроде бы говорила, что ее семья уже скоро должна вернуться в Нью-Йорк.

— Ну она же должна с ним была как-то переписываться или созваниваться. Способов связи полно!