А пока Эдвард не отрывает взгляд от своей находки, через какое-то время в кабинет врывается темноволосый уже не молодой мужчина высокого роста. Застав здесь подростка и увидев, что тот копается в его вещах, и без того напряженный и чем-то недовольный он пулей подлетает к парню, который сильно вздрагивает от испуга и неожиданности, и крепко берет его за шиворот.

— Ты что здесь делаешь? — со злостью во взгляде требует ответа мужчина. — Я же запретил тебе даже приближаться к моему кабинету!

— Э-э-э, отец? — слегка дрожащим голосом произносит Эдвард. — Я…

— Я ведь тебе говорил, чтобы ты никогда не смел приближаться к моему кабинету и тем более к моим личным вещам. Говорил или нет, безмозглый ты мальчишка?

— Теперь я понимаю, почему ты так не хотел пускать меня сюда.

Эдвард мгновенно вырывается из хватки мужчины и уверенно смотрит на него.

— Понимаю, что здесь было то, что ты от меня скрывал, — с гордо поднятой головой добавляет Эдвард.

— Что ты несешь? — хмуро бросает мужчина.

— Знаешь, отец, мне кажется, что пришло время расставить кое-что на свои места. И наконец-то рассказать всю правду.

— О чем ты говоришь, малой? — холодно спрашивает мужчина. — Чего ты от меня, твою мать, хочешь? Сколько МОЖНО ТРЕПАТЬ МНЕ НЕРВЫ?

— А вот о чем!

Эдвард показывает фотографию, которую нашел в куртке отца.

— Об этом! — восклицает Эдвард и еще немного приподнимает голову. — Об этом!

— Что? — приходит в ярость мужчина, увидев фотографию в руках Эдварда и сжав руки в кулаки так сильно, что костяшки становятся белоснежными.

— Я мог бы понять, что здесь есть я и ты. Но кто, черт возьми, эта женщина и этот ребенок? — Эдвард указывает пальцем на незнакомую ему женщину и ребенка. — В прошлый раз ты ушел от ответа на вопрос про парня, которого обсуждал со своей женой. Но теперь я хочу знать всю правду. Правду о том, с кем ты хочешь встретиться, и кто этот парень на фотографии.

— Ты копался в моих вещах? — все больше приходит в ярость мужчина. — ТЫ КОПАЛСЯ В МОИХ ВЕЩАХ?

— Хватит кричать на меня! — повышает голос Эдвард.

— БЕСТОЛКОВЫЙ ПРИДУРОК! НЕ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО Я ТЕБЕ ГОВОРЮ?

— Неужели так трудно объяснить мне, что все это, черт возьми, значит?

— Не суй свой нос не в свои дела! Лучше бы занялся чем-то полезным! НАПРИМЕР, УЧЕБОЙ! Вместо того чтобы слоняться по всему дому без дела!

— Какого черта ты хочешь встретиться с моей матерью? – недоумевает Эдвард. — Кто, блять, эта женщина и этот ребенок?

— Следи за языком, когда разговариваешь со мной!

— Или ты успел изменить мачехе и стать отцом еще одного ребенка?

— А ну закрой свой рот, пока я не треснул по губам! — крепко сжимает руку в кулак мужчина.

— Какой он по счету, кстати? — Эдвард расставляет руки в бока. — А то я уже запутался, сколько у тебя детей! От одной женщины один, от другой родилась еще парочка… Сколько еще братьев и сестер ты мне подарил? А, папочка? Не хочешь познакомить меня с ними?

— Да ты такой, чтобы так разговаривать СО СВОИМ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ОТЦОМ? — вскрикивает мужчина. — МНЕ ЧТО, ВЗЯТЬСЯ ЗА РЕМЕНЬ И ХОРОШЕНЬКО ОТЛУПИТЬ ТЕБЯ ПО ЗАДНИЦЕ? ЧТОБЫ ЗНАЛ, КОМУ МОЖНО ДЕРЗИТЬ, А КОМУ – НЕТ!

— Да ты только это и умеешь! Орать, да ремнем по заднице бить!

— ЗАТКНИ СВОЙ РОТ, МАЛОЙ!

— Я разговариваю с тобой так, как ты этого заслуживаешь. Раз ты обращаешься со мной, как с половой тряпкой, так и я не собираюсь уважать тебя.

Эдвард ту же получает от разъяренного мужчины сильную пощечину, после которой он резко хватается за щеку.

— Ты мне поговори еще здесь! — грубо бросает мужчина. — СОВСЕМ, ТВОЮ МАТЬ, РАСПОЯСАЛСЯ, СОПЛЯК!

— Ну давай, ударь меня еще раз, — грубо бросает Эдвард, держась за щеку. — Давай, отец! Ударь!

— Видимо, ты забыл, в чьем доме ты живешь, и кто тебя кормит и одевает.

— Я не забыл. Это дом твоей жены.

— Заруби себе на носу, Эдвард, я запросто могу выгнать тебя из дома, лишить тебя всех карманных денег и запереть в твоей комнате. Я – ТВОЙ ОТЕЦ! И ИМЕЮ НА ТО ПРАВО!

— Да что ты говоришь…

— И Я БУДУ НАКАЗЫВАТЬ ТЕБЯ ДО ТЕХ ПОР, ПОКА ТЫ НЕ НАУЧИШЬСЯ УВАЖАТЬ МЕНЯ! Пока я тебя кормлю и одеваю, ты не можешь и слова пискнуть против меня! ПОНЯЛ?

— Да уж… — качает головой Эдвард. — Как мачеха может терпеть тебя? Как она могла выйти замуж за такого ужасного человека?

— А ну сейчас же заткнул свой рот!

— Ты знаешь, что я не слишком люблю ее, но все-таки уважаю свою мачеху и отношусь к ней хорошо. И мне очень жаль ее. Потому что она все время защищает тебя, выгораживает, пытается успокоить… Эта женщина – просто чудо, раз она способна контролировать тебя и не дать тебе прикончить меня со злости. Ты бы запросто сделал это, если бы она не сдерживала тебя.

— Я смотрю, ты стал больно борзый. Ну ничего, сейчас я быстро освежу тебя. Немедленно проваливай из моего кабинета и иди в свою комнату! ЖИВО! — Мужчина резко указывает пальцем на дверь. — И запомни, еще одна такая выходка – и ты вообще не выйдешь из дома и будешь целыми днями готовиться к поступлению в университет. ПОД МОИМ ЛИЧНЫМ КОНТРОЛЕМ!

— Мне семнадцать лет, отец, — с гордо поднятой головой уверенно отвечает Эдвард. — Я уже давно не ребенок, которому ты можешь приказывать, и который будет делать все без возражений, заглядывая тебе в глаза и говоря: « Хорошо, папочка! ».

— ТЫ ЕЩЕ СОПЛЯК! ЖАЛКИЙ СОПЛЯК, КОТОРЫЙ ЕЩЕ НИЧЕГО НЕ ДОБИЛСЯ В СВОЕЙ ЖИЗНИ И ОБЯЗАН СЛУШАТЬСЯ МЕНЯ!

— Прибереги эти слова для моих братьев. Через несколько лет они окончат школу и тоже будут куда-то поступать. Вот ты и будешь запирать их в комнате и заставлять готовиться к университету.

— Ар-р-р, похоже, мне и правда придется взять ремень и хорошенько выпороть тебя, чтобы вставить твои мозги на место.

— Я же говорил, что ты только это не умеешь.

— Пока ты живешь в моем доме, тебе придется делать то, что я сказал! Заработаешь на свой дом, женишься и заведешь детей – вот и будешь командовать ими. А СО МНОЙ ЭТО НЕ ПРОЙДЕТ, МАЛЯВКА!

— Да, а почему твои любимые сыночки, рожденные от моей мачехи, могут делать все что угодно, а меня ты едва ли не привязываешь к столбу за каждую провинность, как собачку?

— Потому что ты – взрослый мужик! И должен вести себя соответствующе!

— Вот как! Так ты же только что называл меня сопляком. Ты уж определись, кто я: взрослый мужик или маленький мальчик.

— Ты – кость у меня в горле! — сухо бросает мужчина. — Чертов кровосос, который выпил из меня все соки!

— Почему ты постоянно срываешь на меня зло, отец? Разве я олицетворяю собой прошлое, о котором ты хочешь забыть? Ты смотришь на меня и вспоминаешь то, что заставляет тебя отыгрываться на мне и жалеть о каких-то своих ошибках молодости! Может, я напоминаю тебе о моей матери, с которой ты наверняка разругался в пух и прах? И от которой явно свалил не по своей воле.

— И все ты, блять, знаешь!

— Разве нормальный отец будет так относиться к своему ребенку? Или у тебя так много сыновей, что тебе совсем не жалко избавиться от меня, самого нелюбимого? — Эдвард ехидно усмехается. — Ты хоть помнишь, что я – тоже твой сын? А если забыл, то я напомню.

— Ну все, щенок, сейчас я заткну тебе рот.

Мужчина поднимает руку с целью ударить Эдварда по лицу, но тот ловко уходит от удара, схватив руку отца, начав крепко удерживать ее.

— ХВАТИТ! — выходит из себя Эдвард, уставив на мужчину свой холодный взгляд. — Я БОЛЬШЕ НЕ ПОЗВОЛЮ ТЕБЕ ИЗДЕВАТЬСЯ НАД СОБОЙ!