— Думаю, вы вполне можете вернуться сюда завтра и провести побольше времени со своим дедушкой.
— Что ж, тогда я зайду завтра. — Ракель наклоняется к Фредерику и с легкой улыбкой на прощание целует его в щеку. — Пока, дедушка. Увидимся завтра.
— До завтра, милая, — мягко произносит Фредерик. — Отдохни как следует и береги себя.
— Хорошо.
Ракель медленно встает с койки и собирается покинуть палату, но в этот момент врач вдруг вспоминает, что хочет что-то ей сказать.
— Э-э-э, простите, мисс Кэмерон… — задумчиво произносит врач.
— Да? — разворачивается лицом ко врачу Ракель.
— Вы не могли бы задержаться на пару минут?
— Э-э-э, да, конечно. В чем дело?
— Я бы хотел поговорить с вами кое о чем, что касается мистера Кэмерона.
— Что-то плохое?
— Нет-нет, ничего плохого не беспокойтесь.
— Ладно. Я вас слушаю. Говорите, пожалуйста.
— Давайте мы с вами выйдем из палаты и поговорим в коридоре…
Врач жестом пропускает Ракель вперед, а она кивает и молча спокойно выходит из палаты. После этого мужчина поворачивается к Фредерику и уверенно говорит ему напоследок:
— А вы, мистер Кэмерон, отдыхайте и набирайтесь сил. Перед отходом ко сну я еще раз зайду к вам и проверю ваше состояние.
— Хорошо, — кивает Фредерик.
Врач разворачивается и покидает палату Фредерика вслед за Ракель, закрыв за собой дверь и оставив мужчину совершенно одного. А сразу после этого девушка с легким испугом в глазах смотрит на мужчину и крепко сцепляет пальцы рук, приходя в ужас от одной только мысли, что он все-таки хочет сказать ей что-то ужасное.
— О чем вы хотели со мной поговорить? — неуверенно спрашивает Ракель.
— О, прошу вас, не переживайте вы так, — мягко произносит врач, замечая, что Ракель выглядит очень напряженной. — Я не собираюсь говорить ничего, что может вас шокировать.
— Правда?
— Я просто хочу дать вам некоторые советы.
— Советы? — слегка хмурится Ракель. — Какие советы?
— Расслабьтесь, мисс Кэмерон, я не собираюсь говорить, что вашему дедушке может стать хуже, — уверенно отвечает врач. — Напротив, я уверен, что при должном уходе и правильном лечении он быстро пойдет на поправку.
— А в чем же тогда дело?
— Просто я хочу сказать вам, что вы не должны нервировать его хотя бы неделю или две. И заботились о нем как следует. Думаю, вы прекрасно понимайте, что вашему дедушке нужен кто-то из близких ему людей. Врачи сделали все возможное, но дальше все будет зависеть от него и от того, что для него делают окружающие.
— Да, конечно, — кивает Ракель. — Я все прекрасно понимаю… Можете не беспокоиться.
— Кстати, насколько я знаю, до того, как ваш дедушка был доставлен сюда, врачи привезли сюда еще одного человека.
— Э-э-э, а откуда вы знайте?
— Полиция сообщила нам, что произошло, и предупредила, что тот человек может быть опасен.
— А… Ясно.
— Говорят, он угрожал вам и пытался убить…
— Да, это так, — кивает Ракель. — Пара полицейских отправились с ним и врачами, чтобы ждать новостей и следить за тем, что он не сбежал.
— Да-да, мы уже говорили с ними. Они находятся на первом этаже, ждут новостей.
— А вы случайно не знайте что-нибудь об этом человеке? Как он сейчас?
— Операция пока что идет, — пожимает плечами врач. — Но поскольку у него выявили серьезные проблемы с позвоночником, это означает только одно – инвалидность на всю жизнь.
— Понятно… Значит, ему уже ничто не поможет?
— Скорее всего. Ведь позвоночник – это каркас, на котором держится все тело. Если он будет поврежден, то человек не сможет ходить и выдерживать большие нагрузки.
— Поняла…
На пару секунд в воздухе воцаряется пауза, во время которой врач повнимательнее присматривается к Ракель и слегка хмурится, пока та бросает короткий взгляд в сторону.
— Знайте, я бы настоятельно рекомендовал вам сходить домой и привести себя в порядок, — уверенно советует врач. — Больше вам здесь нечего. Так что можете идти отдыхать.
— Хорошо, я сделаю это, — тихо обещает Ракель.
— Хоть вашему дедушке сейчас нужен покой, я сделал для вас исключение, разрешив на какое-то время зайти к нему. Но больше к нему в палату не пустят никого. По крайней мере, до завтрашнего дня. Ни женщину, с которой я говорил, ни мужчину, с которым вы пришли сюда.
— В любом случае спасибо вам огромное, что разрешили мне хотя бы ненадолго зайти к нему.
— Я сделал это из жалости к вам.
— Да?
— Мне рассказали, что вы совсем плохо выглядели и были явно слишком измучены и шокированы. Мое сердце как-то екнуло, и я решил, что вам следует побыть с ним хотя бы несколько минут.
— Еще раз спасибо большое за вашу доброту.
Врач молча скромно улыбается, слегка поджимает губы и нервно сглатывает, все еще внимательно рассматривая Ракель.
— Кстати, простите, что задаю вам немного неуместный в данном случае вопрос… — неуверенно говорит врач. — А вы случайно не та самая известная модель, которая однажды пострадала из-за кого-то, кто-то ее оклеветал?
— Э-э-э… — запинается Ракель, будучи удивленной тем, что этот врач стал первый человеком за последнее время, кто узнал в ней известную модель, про которую, казалось бы, все уже давно забыли. — Да… Это я…
— Я не увлекаюсь шоу-бизнесом, но видел ваше лицо на обложках некоторых журналов и смотрел кое-какие передачи с вашим участием.
— Кстати, тот человек, которого сейчас оперируют – это тот, кто тогда оклеветал меня.
— Серьезно? — искренне удивляется врач. — Ничего себе…
— Недавно я узнала, что из-за этого человека я страдаю почти с самого рождения. Он разрушил всю мою жизнь и забрал у меня все то, что я когда-то имела.
— Ох, мне очень жаль, что все так случилось.
— Спасибо, но к сожалению, я уже ничего не смогу исправить. Что было, то было.
— В любом случае вы не должны сдаваться. Не должны позволять чему-либо сломать вас.
— Я стараюсь.
— Помните, что бы кто-то про вас ни сказал, я ни за что в это не поверю.
— Спасибо большое, — с легкой улыбкой благодарит Ракель. — Вы вселяйте в меня надежду.
— Ничего не бойтесь и идите к своей цели до самого конца, — с гордо поднятой головой настаивает врач. — Вы всегда следовали этому правилу – так что не нарушайте его и сейчас.
— Хорошо, я постараюсь, — кивает Ракель.
Мужчина-врач слегка улыбается и бросает короткий взгляд на бумаги в своих руках.
— О, простите, мне нужно идти, — задумчиво говорит врач. — У меня еще много других пациентов, которых надо проверить.
— Да, конечно, — спокойно произносит Ракель.
— Счастливо оставаться. Если вам надо будет что-то спросить про вашего дедушку, то вы можете найти меня в кабинете №678 на пятом этаже. Там всегда сидят мои помощники, которые всегда в курсе всех моих дел и тоже могут что-то вам подсказать.
— Спасибо, я вас поняла.
Врач разворачивается и быстрым шагом куда-то уходит, оставляя Ракель одну. Слова этого человека дали девушке некую надежду на то, что не все еще потеряно, и помогли почувствовать себя немножко лучше. Это заставляет ее понять, что действительно не стоит опускать руки и ожидать самого худшего. Хотя сделать это оказывается не так просто, как сказать…
Хоть Саймон отныне уже больше не посмеет потревожить ее, на душе у Ракель все равно как-то неспокойно. Да, она безумно рада, что история с Рингером закончилась раз и навсегда, а причины его мести вполне ясны. Но девушку сильно расстраивает то, что у нее есть проблемы в отношениях с подругами. А некоторые неудачи в карьере все больше побуждают девушку начать думать о том, чтобы завершить ее и стать обычным человеком.
В любом случае слова лечащего врача Фредерика, заставляют ее понять, что прежде чем принять какое-то решение, нужно хорошенько подумать. Ракель часто совершает какие-то необдуманные поступки и потом расплачивается за свое упрямство и желание все сделать по-своему. Она понимает, что на этот раз должна включить голову и очень хорошо все обдумать, прежде чем принять единственное верное решение, о котором уже никогда не станет жалеть.
