— Понимаю… Тогда ему и правда лучше ничего не знать.

— Мы ни за что не скажем правду и будем делать все, чтобы скрыть ее, — уверенно обещает Алисия. — А иначе мистер Кэмерон может не только подпортить здоровье, но еще и очень сильно разозлиться на Терренса. Узнает про пощечину – тотчас запретит ему помогать Ракель и приближаться к ней. Хотя этого нельзя никак допустить, потому что нам очень нужна помощь этого человека. Без него мы потеряем нашу девочку.

— В любом случае вам не стоит всецело доверять ему.

— Мистер Кэмерон и так едва терпит Терренса только лишь ради Ракель. А так бы он уже давно высказал ему все, что он думает о нем.

— А ты сама как думаешь, Терренс и правда поможет Ракель или откажется от своих слов в последний момент? — неуверенно спрашивает Амелия.

— Ты знаешь, мне кажется, он здорово напуган и боится нас, — задумчиво предполагает Алисия. — Боится провиниться перед нами.

— Значит, он делает все это только из страха перед тобой и мистером Кэмероном?

— Нет, вовсе нет. Терренс явно сожалеет обо всем, что сделал, и пытается хоть как-то загладить свою вину перед моей племянницей.

— Только как отреагирует Ракель?

— Она пока что ничего не знает о его помощи. И не узнает до последнего.

— Если бы узнала – пришла бы в ярость.

— Ракель умоляет меня не разговаривать с ней про этого человека и даже упоминать его имя. — Алисия тихо вздыхает. — Хотя иногда мне очень хочется сесть и расспросить ее обо всем, что она чувствует на самом деле. Что она хочет сделать: попытаться простить его и начать все сначала или же поставить точку в отношениях с ним и готовить себя к новым.

— А ты сама как думаешь, что она чувствует по отношению к нему? — интересуется Амелия.

— Мне кажется, она в глубине души любит его, но пока не может признаться в этом. Или не может это понять. Она ведь еще совсем неопытная в любовных делах и не знает, что такое любовь.

— Думаешь, она не понимает?

— Ракель никогда не была серьезно в кого-то влюблена. Это ее первые серьезные отношения. Ну а ты сама понимаешь, что первая любовь никогда не забывается. Да и вообще, любую любовь трудно забыть за один день. Иногда на это могут уйти годы или даже целая жизнь…

— Это случай моей бабушки. Она в молодости развелась с дедушкой из-за какой-то глупости, а потом всю жизнь жалела об этом и не смогла забыть о любви к нему. Несколько раз выходила замуж, но никого не смогла полюбить так же сильно, как его. Даже если все ее мужчины были хорошими и заботились о ней.

— Это редкость, но случается.

— В любом случае сейчас и правда не стоит расспрашивать ее об этом. Придет время – и Ракель сама заговорит про Терренса. Когда она больше не сможет держать свои чувства в себе…

— Даже если она решит никогда не возвращаться к нему, я не хочу, чтобы это решение сделало мою девочку несчастной. Вдруг она тоже не сможет никого полюбить… Ты ведь говорила, что она должна выйти замуж только один раз.

— Кто знает, дорогая. В любом случае это ее жизнь. Ее решение. Она уже не ребенок и должна нести ответственность за свои поступки.

— Ах, Амелия…

Алисия с грустью во взгляде тихо вздыхает.

— Сколько же еще моей девочке пришлось пережить… — подавленным голосом отмечает Алисия. — Я даже не знаю, как она смогла пережить все это.

— А сколько ей еще предстоит пережить! — восклицает Амелия.

— Может, все дело в ее характере? Может, именно благодаря ему она еще не сошла с ума и как-то держится?

— Вполне возможно… Эта девушка сильна духом и может так или иначе взять себя в руки ради определенной цели. Если она понимает, что должна что-то сделать, то стискивает зубы и делает.

— Так написано на ее руках?

— Именно.

— Только она должна понять, что не может быть героиней и спасать себя и других в одиночку. Ракель наивно верит, что сумеет вразумить Саймона и убедить сдаться и оставить ее в покое. Мы с мистером Кэмероном говорим ей, что этого не будет, но она будто не слышит нас.

— Может, даже и хорошо, что вы рассказали Терренсу про встречу. Есть шанс, что он не позволит ему что-то с ней сделать.

— Он сам попросил меня держать его в курсе всех событий.

— Вот как…

— Мы не просили его о помощи – Терренс сам изъявил желание помочь. Написал мне сообщение, попросил о встрече, попросил рассказать все, что нам с мистером Кэмероном известно, и предложил свой план по уничтожению Рингера.

— Ну раз сам попросил, значит, и правда хочет помочь.

— Кстати, Терренс также рассказал нам о еще кое-каких делах, которые натворил мистер Рингер.

— Неужели он сделал что-то еще?

— Да, оказалось, что Рингер – мошенник с большой буквы!

— Мошенник?

— Он обманывал доверчивых людей, предлагая им славу и признание. Но ради этого Саймон вымогал деньги у бедных жертв якобы для того, чтобы кому-то за что-то заплатить. Правда, получив желаемое, он скрывался и обрывал все связи с теми, у кого брал деньги.

— Ничего себе… — Амелия призадумывается на пару секунд. — Знаешь, подруга, а я подозревала , что здесь что-то нечистое. Почему-то была уверена, что этот человек далеко не невинный.

— Так он и не невинный, — кивает Алисия. — Терренс лично все подтвердил.

— Ясно.

Алисия в этот момент про себя думает:

«Интересно, действительно ли Терренс ничего не знал о том, что делал Саймон? Или же он соврал мне и мистеру Кэмерону? Лично я бы нисколько не удивилась, если бы это было так.»

— И я не понимаю, почему Терренс вообще связался с ним? — недоумевает Амелия. — Почему согласился дать ему работу личного водителя?

— Кто знает, подруга, — пожимает плечами Алисия. — Терренс ничего об этом не сказал.

— Интересно, сколько он платил этому Саймону за работу?

— Возможно, достаточно. Ведь насколько я знаю, Терренс очень хорошо платит служанкам, которые работают в его доме.

— Да, скорее всего.

— Полагаю, Рингер решил воспользоваться моментом, чтобы поднакопить побольше денег для того, чтобы подкармливать своего дружка, который по его приказу и публиковал все эти ложные статьи о моей племянницы.

— Не исключено, — задумчиво произносит Амелия.

— В любом случае никто даже и не думал подозревать его в том, что тогда произошло. Ракель как-то упомянула его, но была уверена, что он очень даже неплохой человек. — Алисия замолкает на пару секунд и качает головой. — Никто не думал, что он окажется во всем виноватым. В распространении сплетен и отправке тех анонимных писем.

— И правда говорят, что в тихом омуте черти водятся, — задумчиво говорит Амелия.

— Верно…

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза.

— Слушай, Амелия, ты извини меня, но мне нужно идти, — задумчиво говорит Алисия. — Скоро Ракель поедет на встречу. Мы с мистером Кэмероном должны поддержать ее.

— Хорошо, не буду задерживать, — кивает Амелия.

— Мы с тобой потом поговорим. Я обязательно позвоню и расскажу, чем все закончилось.

— Буду с нетерпением буду ждать твоего звонка. И надеяться, что все закончится хорошо.

— Дай бог, милая…

— Ну пока.

— До скорого.

Амелия нажимает кнопку завершения вызова и с телефоном в руках еще какое-то время о чем-то размышляет с грустью во взгляде. Но затем женщина кладет его на место и направляется в комнату своей дочери Хейли, чтобы проверить, как она поживает.

« Хоть бы эта встреча закончилась хорошо … — умоляет Амелия. — Хоть бы Саймон ничего не сделал с Ракель… Господи… Я так не хочу, чтобы эта девушка пострадала… »

Оказавшись в детской, Амелия осторожно подходит к кроватке, в которой мирно посапывает Хейли, и начинает тихонько покачивать ее.

«Она не должна пострадать, — думает Амелия. — Она не должна умереть. Саймон Рингер обязанполучить по заслугам и сполна ответить за все свои деяния. Я хочу, чтобы этот человек оставил бедную девушку в покое… Прекратил так мучить ее. Ракель это не заслужила…»