— Я тебя умоляю… Кто посмеет наказать меня за то, что я страстно желаю такую сексапильную девушку?

Терренс вовлекает Ракель в более долгий поцелуй в губы, во время которого он то кончиками пальцев ласкает ее горло, то просто держит за шею, мысленно ликуя, когда он слышит очень тихий, чувственный стон.

— Которая и сама хочет, чтобы я принес ей радость… — низким голосом добавляет Терренс и оставляет парочку коротких поцелуев на уголках рта Ракель.

— Я хочу? — удивляется Ракель и презренно ухмыляется. — Да меня тошнит от твоего присутствия!

— Хоть мы с тобой не живем вместе, ты все равно принадлежишь мне.

— Серьезно? С какой это радости?

— Потому что я так хочу.

— Да что ты!

— А значит, я имею полное право делать с тобой что угодно.

— Скорее бы уже забыть, что ты был моим парнем, — с частым, затрудненным дыханием огрызается Ракель, отчаянно сопротивляясь возбуждающим ласкам Терренса, но терпя поражение и очень часто издавая тихие стоны от удовольствия, что умело дарит ей этот человек.

— Я тоже жду не дождусь этого момента. Но мое влечение к тебе слишком сильно. И я не могу его сдержать.

— Зато я ничего не чувствую. — Ракель прикрывает в глаза и сильно кусает нижнюю губу, пока Терренс щедро покрывает изгиб ее шеи короткими поцелуями. — Ничего …

— Можешь сколько угодно сопротивляться мне и говорить, что тебе не возбуждают столь незабываемые ласки.

Терренс медленно проводит чуть приоткрытым ртом по изгибам шеи Ракель и на пару секунд обхватывает им ее подбородок, понимая, что его возбуждение только больше возрастает.

— Но я-то знаю, что они всегда приводили тебя в восторг, — добавляет Терренс. — Заставляли стонать и извиваться, словно кошечка… С самой нашей первой встречи… Когда ты строила из себя недотрогу. Когда отрицала, что я тебя не возбуждаю.

— Ты себя перехваливаешь, — низким голосом язвит Ракель.

— Уж кто, как никто другой, знает все твои слабости и умело пользуется ими… — с самодовольной улыбкой говорит Терренс, замечая, как часто грудь Ракель поднимается и опускается в зависимости от ее сбивчивого дыхания. — Я очень хорошо знаю твое тело и умею подчинить его себе за считанные минуты…

— Ар-р-р, какая же ты сволочь, МакКлайф… — тихо стонет Ракель и закатывает глаза от удовольствия, когда Терренс нежно целует ее впадину на горле. — Черт…

— Нравится? Могу поцеловать еще!

Терренс оставляет второй более тянучий поцелуй в горловой впадине Ракель, которая снова тихонько стонет с легкой дрожью.

— Вот кобель… — раздраженно рычит Ракель. — Наглый и бессовестный… Сначала обжимался с той крашеной курицей, а теперь полез ко мне целоваться…

— Ты, конечно, та еще сучка, которая до смерти бесит меня и вызывает у меня желание придушить ее. — Терренс медленно опускается до ключиц Ракель и оставляет на них волнительные поцелуи и легкие засосы. — Однако ты – сексапильная чертовка. Слишком сексуальная… Неотразимая сучка, которая заводит меня так сильно, как не заводила еще ни одна девушка, с которой мне довелось встречаться.

— Пусть тебя заводит какая-нибудь другая… — грубо бросает Ракель. — Вон иди к той швабре! Пусть она удовлетворяет все твои похотливые желания.

— Эта девчонка меня никак не привлекает. Мне она не нужна.

— Да конечно, не нужна! Вон с каким удовольствием целовал и обнимал ее!

— Поделюсь с тобой одним секретом: я тусуюсь с ней только ради карьеры гитариста в группе, куда меня принял ее отец.

— Да что ты!

— И чтобы точно обеспечить себе блестящее будущее, я разыгрываю перед ней огромную любовь. — Терренс ехидно усмехается. — А она, глупенькая дурочка, думает, что я так просто забыл тебя и теперь безумно влюблен в нее.

— Да видно, забыл… Пока не увидел меня.

— Тебя невозможно забыть.

Терренс одаривает Ракель еще одним продолжительным поцелуем в губы, но теперь с тихими стонами начинает активно использовать язык для того, чтобы поласкать самые чувствительные места во рту девушки.

— М-м-м, черт… — с наслаждением произносит Терренс, пока он одной рукой крепко держит Ракель за горло, а второй водит по изгибам ее талии, бедрам и ягодицам. — Ты сводишь меня с ума… Черт…

— А меня от тебя тошнит! — с презрением во взгляде заявляет Ракель.

— Заткнись, сучка!

— Как только не стыдно совать свой язык мне в рот после того как он побывал во рту той шлюхи! И бессовестно лапать меня за сиськи и задницу.

— Мой язык там еще не был.

— Да что ты!

— Я же говорю, все это просто игра. Ради карьеры. Ради шанса, которого я так долго ждал. И мне это легко удается. Тем более, с девчонкой, которая по уши влюблена в меня еще со школы. И готова прыгать передо мной голой, лишь бы привязать меня к себе.

— А ты, кобель, и рад … — ехидно усмехается Ракель. — Рад потрясти своими причиндалами перед любой девкой.

— Поверь, красотка, я ничего не чувствовал, когда целовал ее. Просто использую свои актерские способности и изображаю страсть. Делаю вид, что влюблен в нее. Что не понимаю, почему раньше не обратил на нее внимания. И я так хорошо играю, что эта девчонка даже не догадывается о том, что она мне вообще не нужна.

— Я вот до сих пор не понимаю, какого черта решила связаться с тобой. Это была моя самая огромная ошибка. Я думала так тогда… И думаю так сейчас…

— Да? А знаешь, почему ты привлекла меня с самого начала?

— И знать не хочу!

— Ты не похожа на других девчонок.

Терренс оставляет несколько поцелуев на изгибе шеи Ракель, которая медленно выдыхает с закатанными глазами.

— Они всегда вели себя одинаково, — признается Терренс и проводит по этому же изгибу шеи Ракель губами. — Все заглядывали мне в глаза и были готовы делать что я хочу. Никто не был готов сопротивляться. Никто не смел отказать мне. Девчонки с самого начала вели себя довольно уверенно и заваливали меня комплиментами. Мне не надо было ничего просить – они сами восхваляли меня.

Терренс щедро осыпает все лицо Ракель короткими поцелуями, пока та довольно тяжело дышит с прикрытыми глазами.

— Но тут я встретил тебя , — добавляет Терренс и оставляет нежный поцелуй на губах Ракель. — И ты вела себя совсем наоборот. Сначала была очень стеснительной и немножко испуганной, но постепенно раскрывалась и становилась более уверенной. Даже более дерзкой, чем другие. Ты стала настолько дерзкой, что не собиралась осыпать меня комплиментами. Начала строить из себя недотрогу. Надо было очень постараться, чтобы приблизиться к тебе. Хотя это было не так уж сложно… Надо было всего лишь приобнять тебя за талию и приласкать твое тело.

Терренс прикладывает руку к щеке Ракель и большим пальцем второй проводит по ее губам.

— Это стало для меня неким вызовом , — уверенно добавляет Терренс. — Мне было намного интереснее иметь дело с той, которая ведет себя как неприступная королева. Которая вызывала во мне ревность, флиртуя со всякими мужиками и делая меня единственным, кого она не замечает. А мне так хотелось сделать все, чтобы добиться от нее полного подчинения и целой кучи комплиментов. Не зря говорят, что недоступное намного интереснее.

— Ты никогда не добьешься от меня комплиментов, — с гордо поднятой головой заявляет Ракель. — И я никогда не подчинюсь тебе. Никогда не стану твоей рабыней. И не буду делать что-то после твоего первого же приказа.

— Этим ты мне и нравишься . Мне интересно добиваться тебя. Интересно бегать за тобой и делать все, чтобы ты стала моей. Это то, что отличает тебя от всех девчонок. Ты отказываешься подчиняться и даже не думаешь заглядывать мне в глаза и быть готовой сию минуту сделать для меня все что угодно. — Терренс оставляет короткий поцелуй на изгибе шеи Ракель, которая в этот момент прикрывает глаза и тихо выдыхает. — Именно поэтому я бы никогда не смог полюбить Рэйчел. Она совсем не такая, как ты. Эта девчонка слишком послушная и ведет себя так же, как и все другие. А мне это совсем не интересно. Я не хочу, чтобы девчонка была амебой, которая легко прогибается под других. Меня больше привлекают такие упрямые и непокорные сучки, как ты.